Ведьма и живая вода - Ника Веймар

когда начало темнеть. Усталые, но довольные. А за ужином выяснилось, что за сегодня прибыло целых пять девушек. Оставалось дождаться всего двоих, о чём заявила всезнающая Бертания.

Как и я в первый день прибытия, новоприбывшие вяло и нехотя ковырялись в тарелках. Зато мы, вдоволь надышавшиеся свежим горным воздухом, бойко смолотили свои порции. Имена и фамилии свежей пятёрки гостей горной долины мне ни о чём не говорили, но, учитывая тенденцию, я не сомневалась, что все они племянницы, внучки, дочери или ещё какие-нибудь родственницы градоуправителям и прочим высоким чиновникам, либо им просто повезло родиться в достаточно богатой семье, которая могла позволить купить приглашение на праздник Урожая в Монтариусе за любые деньги.

На сей раз я благоразумно помалкивала и не спешила предлагать свою помощь страдалицам. И вовсе не потому, что мне было жаль эликсиров. Я прагматично рассудила, что чем больше дей Родерик будет занят заботами об их самочувствии, тем меньше времени, сил и желания у него останется на слежку за мной. Да и обрастать чересчур уж большой компанией не хотелось: это тоже могло обернуться против меня.

К слову, архимага за ужином не было, присутствовала лишь нейса Ρадмила. Неугомонная и упорная Алмия не преминула поинтересоваться, где же дей Родерик, и получила ответ, что его задержали дела в Джимарене. Судя по недовольной гримаске, на миг исказившей красивое личико нейсы Шиз, мысли у неё по поводу неотложных «дел» архимага возникли вполне определённые. А стоило оборотнице удалиться, Алмия в привычной бесцеремонной манере тут же известила новоприбывших, чтобы те даже думать не смели про верховного мага Монтариуса, и не забыла злобно покоситься в мою сторону.

Девушки спорить не стали, мне показалось, что им сейчас было вообще не до делёжки перспективных женихов. Четыре гостьи промолчали, приняв слова нейсы Шиз к сведению, а пятая, полноватая блондинка со слегка раскосыми глазами и простым, я бы даже сказала, деревенским лицом поморщилась, шевельнула пухлой ладонью и фыркнула:

— Да пожалуйста! Твой архимаг так на меня зыркнул сегодня, что сердце в обратную сторону заколотилось. Сразу видно: дикий зверь в нём живёт. С таким от страха помрёшь раньше времени.

— Я его приручу, — самодовольно заявила нейса Шиз.

А мне отчего-то отчаянно захотелось проклясть меренгу с брусничным кремом, которую Алмия изящно держала двумя пальчиками. Нашлась укротительница! Пусть бы рубиновая прослойка плюхнулась в декольте красавице! Но этим вечером мне категорически нельзя было привлекать излишнее внимание, так что пришлось отказаться от заманчивой идеи. Зато блондинка, неловко повернувшись, локтем скинула со стола чашку с остатками ягодного морса и как раз на сидевшую рядом Сантию. Благословение работало и исправно обеспечивало девицу поводами обновить гардероб.

— Моя шёлковая юбка! — ахнула нейса Чармер, вскакивая. — Ты, безрукое создание, хоть знаешь, сколько она стоит?

Блондинка страдальчески нахмурилась, потёрла виски, затем сосредоточилась и щёлкнула пальцами. Кольцо с прозрачно-жёлтым камнем на одном из них слабо засветилось, юбку Сантии окутало мерцание, а затем пятно исчезло.

— Ой, ну было бы из-за чего орать, — процедила блондинка. — И так в голове туман, а еще ты со своей юбкой.

— Нейса Стейнбек, — обратилась к ней напряжённо что-то вспоминающая Бертания, — это же ваш старший брат в прошлом месяце стал держателем второго по значимости пакета акций фабрики по выпуску бытовых артефактов?

— Можно просто Аврора, — кивнула блондинка. — Не совсем. Два дня назад он получил контрольный пакет, и к акциям прилагалось приглашение для меня на праздник. Поэтому я здесь. Глядишь, выйду замуж за принца. Чем плохо? — Она расхохоталась, но тут же умолкла и снова потёрла виски. — Ох, головушка моя… Гремит и стучит в ней, будто там кузницу оборудовали. Пойду-ка я к себе и отравлюсь волшебным кристаллом из банки, выданной архимагом, авось полегчает.

— А не боишься? — поинтересовалась Далила.

— Пфффф, — фыркнула Аврора. — Чего? Гишелы еще никого из приглашённых в гроб не загнали, вряд ли с меня начнут. До завтра, нейсы, уж простите, сегодня вы мне все на одно лицо.

В полном молчании она поднялась из-за стола и вышла из столовой.

— Гляньте-ка, грязь на башмаках не обсохла, а она на принца нацелилась, — фыркнула Сантия, разглаживая юбку. — Всегда поражала наглость нищих выскочек, неожиданно получивших богатство.

— Можно вывести девочку из глуши, но манеры за один день не привить, — поддержала её Алмия.

— То ли дело привычка знатных нейс поливать грязью за глаза, — не удержалась я. — Сразу видно: люди неукоснительно соблюдают правила этикета. К слову, нейса Шиз, поведайте, почему вы осуждаете Аврору за озвученную в шутку мечту выйти замуж за принца, нo при этом считаете нормальным заявлять всем о своих претензиях на архимага?

— Это совершенно другое! — прошипела Алмия. — Тебе не понять!

— Ну да, ну да, — усмехнулась я, вставая. — Именно так я и подумала. Это другое. Хорошего вечера, нейсы.

Далила и Бертания допили морс и тоже вышли из столовой вслед за мной. Когда поднялись на наш этаж, Берта легонько коснулась моей руки и вполголоса спросила:

— Кори, а тебе и впрямь нравится дей Родерик, или ты просто издеваешься над Алмией? Учти, она мстительна, а у её семьи большие связи. Как бы она не устроила неприятности твоим родным.

Погружённая в свои мысли, я вздрогнула, не сразу поняв, что она обращается ко мне. Машинально попыталась поправить:

— Ле… — Тут же осеклась, лихорадочно соображая, как выкрутиться, и наконец договорила: — Лестно, что ты думаешь, будто ей есть дело до племянницы гранд-ведьмы малого ковена! И вообще, воевать с ведьмой себе дороже. — На этой фразе я нехорошо усмехнулась. — Пусть попробует, если себя и родню не жаль. — А затем демонстративно зевнула, деликатно прикрыв рот ладошкой, и протянула: — Всё, я на сегодня недвижимость. Нагулялась, устала и безумно хочу спать. Доброй ночи, девушки. Да хранит ваши сны мать-Природа.

Оказавшись у себя, перевела дух. Фух, кажется, никто ничего не заметил. Но внимательнее надо быть и осторожнее! Не хватало еще вот так по-глупому раскрыть свой обман. Оставила дверь в отведённые мне покои приоткрытой на волосок, чтобы слышать доносящиеся из коридора звуки. Дождалась, пока всё стихло, вышла на балкон, убедилась, что резиденция погрузилась во тьму и свет горит лишь в одном окне этажом выше, взяла заранее собранную сумку со всем необходимым, бросила на ветер щепоть порошка оморочь-травы и быстро-быстро проговорила вслед:

— Закрути, заворожи, глаза от меня отведи и дикому зверю и лихому человеку, и полуночной птице. Да будет по слову моему.

Шепоток действовал не