Центр - Дмитрий Щербинин

— Мне тоже страшно, но мы ещё, всё-таки, не трупы. А ну-ка, помоги мне сдвинуть этот ящик.

Общими усилиями они сдвинули один, а потом и ещё несколько ящиков. Накренили и обрушили стеллаж; в результате — выход в коридор оказался полностью перегорожен.

Кззедда молвила, жалобно:

— А я думала: мы будем прорываться.

— Ишь ты, какая героиня. Решила с законниками в пострелюшки поиграть?.. Так они половчее тебя стреляют.

— Честно говоря, мне вообще ни разу стрелять не доводилось.

— Ну а я тоже — не любитель оружия. Однако, кое-что на досуге всё-таки изучил. Даже и стрелять приходилось. Знаешь — попадалась агрессивная фауна на некоторых мирах. Правда, стрелял только усыпляющими.

— Что же мы — ждать теперь будем?

— Вот уж глупое занятие — ждать. Нас отсюда точно выкурят.

— Как… выкурят?

— Ну, например, пустят газ. Усыпляющий или смертоносный. Но что ты так дрожишь. Ведь я уже кое-что придумал.

Кззедда поспешно вытерла ладошкой слёзы, которые, одна за другой катились по её щекам, и проговорила:

— Ты меня извини. Я просто очень за жизнь свою боюсь. Я ведь молодая. Мне так жить хочется! Вот какая я трусиха…

— Ничего-ничего. Я тебя понимаю… Жить-то всякому хочется…

С этими словами Дэкл ворошил ящики, поднимал и отбрасывал то одно, то другое оружие, и, наконец, довольно, хмыкнул:

— Есть…

Он поднял и положил на стоявший посреди оружейной стол массивнное, тяжёлое орудие с широкой пушкой, проговорил:

— Теперь только заряд осталось найти…

В дверь начали колошматить, снаружи раздавались крики законников:

— Именем Нокта — откройте!..

Другой голос произнёс:

— Как же — откроют они! А если откроют, то голову тебе снесут! Они ж в оружейной!..

— Отходим! Быстро!.. Ну ничего — долго они там не просидят…

Дэкл, опираясь на плечо Кззедды, часто нагибался, подбирал и тут же отбрасывал коробки с различными зарядами, бормотал:

— Не то… всё не то…

Наконец произнёс:

— Вот, то самое…

Он поднял весьма объёмистую коробку, прошёл вместе с ней к столу, там начал разрывать упаковку, бормоча:

— Ну, надо же, как намотали… Будто это подарок на день рождения…

Кззедда, как могла помогала ему. Наконец им удалось раскрыть упаковку, внизу лежал цилиндр.

Девушка спросила:

— Что это такое?

— Сейчас узнаешь… — пробормотал Дэкл, вставляя цилиндр в нижнюю часть заранее положенного на стол орудия.

Наконец, это ему удалось. Он произнёс:

— Теперь отходим — к двери. Живо!

Они отошли к завалу, возле двери. Там Дэкл направил орудие на противоположную часть этого помещения, проговорил:

— У-х, и жарко сейчас будет.

— Страшно мне! — повторяла Кззедда. — А вдруг взорвётся? Ты откуда знаешь, как всё это действует?

— Доводилось читать…

— Подожди!

— Нет, ждать некогда…

И Дэкл указал на густой, тёмно-зелёный дым, который начал выбиваться из-за зарешёченного отверстия под потолком.

— Видишь: уже травят нас. Когда эта гадость до нас доберётся, мы точно перестанем бояться, и вообще — чего-либо чувствовать.

С этими словами Дэкл нажал на спусковой крючек. Из дула орудия вырвался полупрозрачный, желтоватый луч и ударил в противоположную стену. Луч пульсировал — то сжимался, то раздувался, орудие в руках Дэкла вибрировало, нагревалось.

Что же касается противоположной стены, то она несколько секунд оставалась без изменений, а затем из глубины её проступило алое свечение. Затем свечение стало белым, стена начала оплывать. Нахлынули волны жара. Кззедда закашлялась, вцепилась в плечо Дэкла, простонала:

— Зачем всё это…

Дэкл прохрипел:

— Я просто хочу вырваться на свободу! Я раньше не ценил свободу! А теперь вот ценю…

Дэкл закашлялся. Жар увеличился уже до такого предела, что капли пота текли и по его лицу, и по рукам. Накалялось и орудие — оно не было рассчитано на столь длительное, непрервыное использование. Затем орудие и вовсе отключилось. Но надобность в нём уже отпала.

Раскалённая стена аэроцикла оплыла вниз, и стала видна часть летного поля. Похоже, что находящиеся в этом грузовом аэроцикле законники ещё не подняли общей тревоги. Надеялись, что удастся избежать серьёзных неприятностей.

Кззедда вскрикивала дрожащим голосом:

— Что же мы натворили?..

— Бежим! — крикнул Дэкл, и, припадая на ногу, двинулся к раскалённому выходу.

Всё же он обрадовался уже тому, что он может двигаться и без помощи Кззедды, и даже тащить её, перепуганную, плачущую, за собой. Значит, его нога не была сломана.

Но ещё предстояло преодолеть то место, где булькал, лопался крупными пузырями расплавленный металл. Когда они оказались в трёх шагах от этого багрового озерца, жар сделался таким, что и Дэклу уже казалось, что его кожа горит, что он слепнит.

Кззедда уткнулась в его плечо, и молила:

— Мы же сейчас сгорим! Сделай что-нибудь!..

Глаза слезились, но всё же Дэкл видел, что прямо рядом с ним горят коробки с боеприпасами. Пока что горела только упаковка, но ведь они в любое мгновенье могли рвануть.

Дэкл попытался повалить железный стеллаж, но тут же отдёрнул обожённые руки — стеллаж тоже раскалился.

Он прохрипел:

— Кззедда, мне нужна твоя помощь! Слышишь?! Надо повалить этот стеллаж! У меня только одна здоровая нога…

Девушка кивнула, и вместе с Дэклом ударила ногой по стеллажу. Тот покачнулся, но не упал. Отчаяние, чувство того, как близка смерть, придавали им сил. Последовало ещё несколько сильных ударов, после чего стеллаж повалился прямо на расплавленный металл.

Одновременно с этим произошёл взрыв. Правда, пока что не слишком большой, так как рванул только ящик с патронами. Но всё-равно несколько осколков просвистели рядом с ними.

Кззедда всё время наровила уткнуться в плечо Дэкла, спастись от жары, а он тащил её за собой. Вот забрались они на перевёрнутый стеллаж, поползли по нему к выходу.

Дэкл уже ничего не видел. Ему казалось, что он умирает, падает в расплавленный металл. Жар вгрызался в его кости, в мозг. И всё же в пылающем мозгу ещё вспыхнула мысль: "Надо прыгать!".

Он приоткрыл глаза, и увидел, что они на краю упавшего, и тоже уже плавящегося стеллажа, а прямо перед ними дышала жаром пробоина в борту аэроцикла; в трёх метрах, на поверхности взлётного поля кипел расплавленный металл.

Сзади прогремел взрыв — рвануло ещё что-то из боеприпасов; стеллаж вздрогнул, начал крениться вниз.

Дэкл крикнул Кззедде:

— Прыгай!

— Нет! Не могу! Горю я!..

Дэкл с силой дёрнул её вверх, так что она оказалась на ногах. Затем, вместе с ней рванулся вперёд.