Изнанка. Осколок души. - Lena Romanova

сочиться сукровицей. При более детальном осмотре подобные рассечения и царапины обнаружились и на боках, руках и особенно на животе. Да на бедняге можно сказать живого места не осталось! Ан, нет, ошиблась.  Спина и ноги остались практически нетронутыми. Но это совсем не утешает.

«Бедняга, даже не представляю каково ему сейчас. Будь я на его месте, я бы непросто тихонечко стонала, а выла бы в полный голос!»

Решив, что самое первостепенное, что ему требуется- это избавление от болевых ощущений, со скепсисом посмотрела на прихваченные лекарства.

Очень сомнительно, что даже гигантская доза всевозможных зелий здесь поможет. Даже с учётом того, если мальчонку под завязку напичкать эликсирами, и целиком обмазать притоками, мазями и примочками. Тут необходимо что-то более существенное. Нужна магия.

Теперь я сообразила о чём именно просила меня Альма, вот только не представляю, как это возможно сделать. Одно дело так сказать создать на руках " охлаждающие рукавицы", совсем другое- соорудить тонкий, но обширный пласт покрывающий большую часть человеческого тела. А ведь речь то идёт о ребенке! Как спрашивается наложить заморозку, не задев нежное детское сердечко? А если не приведи случай, в процессе нарушится кровообращение, и внутренние органы вконец откажут функционировать? Это ж я своими руками, получается укокошу дитё. Как мне потом родственникам в глаза смотреть? Какие оправдания подыскивать?

Но и в стороне, безучастной, оставаться не могу.

Потому, сделав глубокий вздох, максимально концентрируюсь, и приступаю к реализации намеченного. Руки от повышенного напряжения, (да и боязни) не просто дрожат- ходуном ходят. Кончики пальцев не просто светятся- искрят и потрескивают.

Все же вокруг самых глубоких ран появляется бархатистая каемочка.

Искаженные болезненной гримасой черты лица постепенно стали разглаживаются. Скованные мышцы покидать напряжение, и через некоторое время тяжёлое дыхание выровнялось. Мальчуган погрузился в спокойный безмятежный сон.

«Все… думаю, на этот раз достаточно. Вроде получилось, как нельзя лучше».

Признаюсь, сама от себя такого не ожидала. Да что там говорить... Взмокла как после холодного душа. Как только представлю, что чуть расслабить поводья тотальному контролю, и всё... Пиши пропало. Моя сила напрямую несёт одну лишь смерть. Смерть в ее первозданном виде. Напрочь отрезая малейшие шансы на выживание. Теперь, я в этом была уверена, как никогда. И это реально пугало.

Тихонько поскрипывая половицами, удалились, давая возможность маленькому пациенту отдохнуть и набираться сил.

Лаура, (а именно так звали мать двух совершенно разных, но близких по крови и духу отпрысков) засуетилась и стала, спешно порхать по всей избе, метаться и суетиться, спешно накрывая на стол.

- Что ж это я... Даже не удосужились накормить вас с дорожки-то. Небось проголодались. У меня давно уже всё готово, так что присаживайтесь, не стесняйтесь.

Вот это правильно! Ни за что не откажусь! Тем более, после магических манипуляций появился просто зверский голод. И судя по озорному блеску в материнских глазах, кое кому это чувство так же ведомо. Ах да! Точно! Альма же говорила, что ее матушка врачеванием занимается. Мне же лучше. Не буду тогда кукситься и жеманиться, а смело накладывать двойную порцию. Потому что хочу жрать.

Именно жрать, потому, что магические манипуляции разбудили во мне просто зверский аппетит.

Лаура с умилением наблюдала как подруги усиленно орудуют ложками с благодарностью подчищая нехитрую деревенскую снедь. Когда с угощением было покончено, потянулась неспешная беседа. Мать не встревала, но внимательно слушала. Очень было интересно чем живёт новая молодежь, а также чем" дышит" ее родная дочка.

- Все же я очень опасаюсь, что за отлучку тебе придется отвечать. Ладно я, ничем особенным не наделена, ну вышвырнут и ладно. Поделом будет. Погорюю немного, да успокоюсь. Как и планировала ранее, займусь врачеванием. На хлеб заработать сумею, и на том спасибо. Я уже давно не питаю иллюзии, все же та капля магии, что во мне имеется отнюдь не гарант того, что удастся доучиться до следующего курса, потому, так отчаянно стремилась хоть немного заработать, пока ещё имеется такая возможность. Но ты- то, совершенно другое дело. У тебя на кону стоит многое.

И все же страх, и волнение не оставляли Альму ни на минуту, постоянно бередя чувство вины, и собственную ответственность за возможные неприятности.

- Перестань. Хватит наконец терзаться. Насчет академии можешь даже не париться. Она давно перестала для меня оставаться оплотом мудрости и знаний, и знаешь, что... Может оно и к лучшему. Я начинаю подумывать о том, чтобы самой добровольно покинуть стены и продолжить жизненный путь вне ее.

- А не связано ли это с теми событиями, которым я лично была свидетелем? - Лукаво поинтересовалась Альма, надеясь вывести меня на откровенность.

Что ж будет тебе откровенность. Давно уже накипело, только никак решиться не могла. Словно чего-то не хватало

- Не говори ерунду. Просто разочаровалась. Не этого я добивалась, начиная протаривать собственную дорожку. Думала, что с легкостью найду ответы, на основные интересующие меня вопросы. И знаешь, что? Что я начинаю понимать... Это лишь видимость. Фикция. То, чего не существует на самом деле. Знаешь, я боюсь... Банально боюсь, что, однажды не удержавшись нанесу непоправимый урон. Что та самая помощь, на которую изначально надеялась, обернулась для меня кладезем новых неприятностей, и невзгод. Все те чаяния, которые поддерживали долгое время, обернулись самым настоящим провалом. Очень хочется отречься от всего... схорониться за маской невозможности, не нести на себе груз ответственности как перед прошлым, так и перед грядущим. Надоело всё.

Повисла гнетущая тишина. Каждый невольно задумался о своем. О том, что мучило и терзало ранимые души.

Неизвестно, сколько бы еще продолжался этот молчаливый междусобойчик, если бы ночную тишину не прорезал истошный крик. Из соседнего помещения. Там, где почивал маленький пациент.

Не сговариваясь, все опрометью бросились малышу на выручку.

При входе, запутавшись в сброшенном одеяльце, немного задержались, этого мгновения хватило, чтобы испуганная мамаша успела первой добежать до своего чада, и теперь суматошно удерживала его мечущиеся худенькие ручки. Более того, ребенок целиком и полностью выгнулся дугой, и просто душераздирающе кричал. Внезапно рухнув на влажные от пота и крови простыни, бессознательно стал отбиваться и вырываться. И когда у него получилось, начал активно раздирать себе кожу. Внезапно отросшими острыми когтями. При этом не прекращая завывать и вопить. На долю секунды глаза приоткрылись, и я успела уловить полный муки и звериной жажды взгляд, начавшихся транспортироваться зрачков.

Что ж никто не предупредил, что приходится иметь дело с новоявленным оборотням. И судя, по всему, у него первый оборот!

Постойте, а не рановато ли?