Полнолуние - Mona Lisas Nemo

Вот гул тысяч голосов стих, когда в образовавшийся круг вошёл мужчина. Ему можно было дать около тридцати семи-сорока лет; за ним проследовала девушка лет двадцати. Оба с нескрываемой неприязнью осмотрелись по сторонам, а после этого повернулись в сторону Джона Грэйтона.

— Покончим с этим быстрее, — громко, с вызовом, сказал следопыт, — давайте, делайте то, ради чего существуете.

— Мы не собираемся причинять вам никакого вреда, — ответил господин, — напротив, я хочу поговорить с вами.

— Это же само собой разумеющееся, — на этот раз отозвалась девушка, — оборотни, которые никого не хотят убивать, не смешите меня! — И она притворно рассмеялась, что не скрыло истерических ноток в её голосе. — Всё равно вы от нас ничего не узнаете.

Илона заметила, как её отец еле заметно улыбнулся, но тут же попытался скрыть эту улыбку рукой. Вызывающее поведение их неожиданных ночных гостей забавляло его.

— Знаете, — встав, произнёс Джон, — вопреки распространенному мнению среди следопытов, мы не являемся зверьми.

Услышав эти слова, девушка демонстративно усмехнулась. Мужчина же сохранял внешнее спокойствие, однако его выдавали глаза. Ох, и неудачный выдался у них день. Оказаться среди заклятых врагов и к тому же абсолютно беспомощными.

— Я повторяю, мы такие же разумные существа, как и не-волки. И не так жестоки, а если и жестоки, то не более чем вы. Можете успокоиться, смерть вам не угрожает.

— Мы не пойдём на переговоры с тем, что создал сам дьявол, с оборотнями, — проговорил следопыт, смело смотря на Джона Грэйтона.

— А я и не прошу идти на переговоры с оборотнями, я прошу пойти на переговоры с людьми, не такими как вы, но всё же людьми.

— Да неужели вы думаете… — хотела возразить девушка, но мужчина остановил её.

Молодая следопыт удивлённо посмотрела на напарника, но всё же промолчала.

— Тогда я предлагаю вам пройти в мой кабинет, — обратился Джон к старшему следопыту, — а о вашей спутнице позаботиться моя дочь. Вам это ничем не грозит. Нас тут, как вы заметили, достаточно, и если бы мы хотели уничтожить двух обезоруженных следопытов, то сделали бы это уже давно.

Оба охотника переглянулись между собой. Их лица не выражали ничего кроме недоверия и безысходности.

— Утром я выделю отряд, чтобы вас доставили к внешним границам. Ночью в лесу для людей очень опасно. Я настаиваю, чтобы вы переночевали в замке.

Опаснее, в лесу? Следопыты ещё больше нахмурились.

— Мы отведём вам отдельную комнату или две, как пожелаете, запрётесь изнутри. Также, для того чтобы вы удостоверились, что никого из вас не заразили, по окончании нашей беседы выпьете жидкое серебро.

— Нам подойдёт одна комната с двумя кроватями, — напряжённо изрёк следопыт.

— Вы голодны? — Поинтересовался Джон.

— Нет, — резко и категорично ответил ему мужчина.

— Конечно нет, — подойдя к Илоне, весёлым голосом шепнула ей на ухо Миранда, — небось боятся, что мы их отравим. Хотя эти двое такие противные, может им и стоит дать попробовать какую-нибудь интересную настойку Нелли.

Илона улыбнулась.

— Илона, я поручаю тебе занять нашу гостью на некоторое время, — сказал господин.

Илона, улыбнувшись, подошла к девушке следопыту.

— Идите за мной, — сказала она приглашая.

Вторая девушка ничего не сказала. Её напарник тоже молчал. Она с проблеском надежды посмотрела на мужчину, но тот одним суровым взглядом заставил скрыть все свои мысли. И следопыт последовала за оборотнем, расправив плечи и всем своим видом показывая, чтобы её напугать — придётся хорошенько постараться.

— Проследи, чтобы она не причинила Илоне никакого вреда, — тихо обратился Джон к Тому, а потом удалился в свой кабинет вместе со вторым следопытом и Константином.

— Ну и многих ты убила? — Не выдержала следопыт, когда они шли по коридору.

— Меня зовут Илона, — невозмутимо ответила та шагающей рядом с ней особе.

— Я Мона, — представилась та точно не веря себе. — Так что, много людей убила?

— Я никогда и никого не убивала.

— В смысле? — Недоверчиво протянула Мона.

— Я тут с рождения, а убивать у нас запрещено, тем более к этому никто и не стремиться.

— Да неужели? А я вот слышала что оборотни не пушистые лапочки.

— Может быть уличные, но вот мы высокоорганизованны.

— Вы то?

— Мы то. А что, ты видела здесь на каждом шагу истерзанные тела, вас били, пытали, унижали и конечно же вы уже мертвы, а это загробная жизнь, вот ты её и постигла.

Мона усмехнулась.

— А вы ещё и шутить умеете, — с иронией заметила она.

— Мы ещё и дышать можем, — с не меньшей иронией ответила Илона.

Они свернули в другой пустынный коридор и уже через несколько минут вошли в библиотеку. Там как всегда горели свечи и, как и ожидала Илона, здесь никого не было.

— Неужели мрачные коридоры кончились? А я уже думала, мы так и будем ходить туда-сюда в ожидании, что какому-нибудь оборотню придёт в голову навернуть меня.

Илона решительно повернулась спиной к Моне, желая дать той понять, что не боится её и пройдя к длинному столу села за него. Следопыт последовала её примеру, она устроилась за столом напротив Илоны. Обе одновременно, точно перед битвой, решительно сложили руки.

— Милое местечко, — просто вымолвила Мона. — Сразу чувствуется мрачное влияние многовекового истребления людей. Чудесная архитектура. Безвкусное сочетание всяких стилей.

— Это как раз люди переняли у нас нашу архитектуру. Замок стоял здесь, скорее всего, с начала времён, а ваши цивилизации только позаимствовали у нас некоторые идеи. В один век одну, в другой — другую

— И как живётся оборотню убийце?

— Мы не убиваем людей и не нападаем на них.

— Что-то с трудом верится, — Мона смерила Илону изучающим взглядом.

Следопыт подпёрла голову рукой, так что её светло-каштановыми кудри свесились почти к столу, большими тёмными глазами, которые обрамляли густые длинные ресницы, она смотрела перед собой. Оливковая кожа сияла в свете свечей.

Илона с интересом рассматривала следопыта, особенно её привлёк блеск глаз. Было в них что-то такое неукротимое.

— В нашем замке по части причинения кому-либо вреда очень жёсткие правила. Раньше вы воевали с уличными оборотнями, а по ним нельзя судить о нас. Мы не убийцы, — настаивала Илона. — И не станем ими.

Услышав эти слова Мона отрешённо посмотрела в сторону.

— Оборотни убили мою семью, — буднично проговорила она. — Они растерзали моего брата у меня на глазах, тогда ему было всего два года. Потом убили родителей, перекусили им шейные артерии и сделали это просто так, оборотни уже не были голодны. Это даже нельзя назвать животным инстинктом. Они делали это сознательно. Моя мать с отцом захлебнулись кровью и лежали в ней с застывшим ужасом в глазах. Меня спасли те, кем я сейчас являюсь. А теперь хочешь расписать, какие вы хорошие?