Охотники за умами. ФБР против серийных убийц - Джон Дуглас

1 мая исчезла учащаяся полиграфической профессиональной школы симпатичная двадцатилетняя блондинка Хитер Роксана Скэггс. Ее приятель, мать и соседки по комнате в один голос утверждали, что она собиралась куда-то с преподавателем промышленного дизайна Дэвидом Карпентером, который помогал ей покупать автомобиль у своего товарища. Карпентеру было пятьдесят лет — нетипичный возраст для преступлений подобного сорта. С этого момента факты стали выстраиваться в ряд и сеть начала затягиваться. Карпентер ездил на красном «фиате» с зазубренной выхлопной трубой. Последнюю деталь полиция «придерживала» и до поры до времени не выпускала. Дэвид Карпентер должен был попасться гораздо раньше, но он оказался на редкость везуч и к тому же действовал на территории юрисдикции нескольких полицейских округов, что всегда осложняет поимку преступника. За ним числилась судимость за совершение сексуального преступления. Но, по иронии судьбы, отследить его не удавалось; несмотря на то что Карпентер отбывал срок в Калифорнии и там же был условно освобожден, приговор выносил федеральный суд, и даже на свободе убийца числился в ведении федеральных органов. Так он проскользнул сквозь ячейки сети. Не менее парадоксальным было то, что Карпентер и его вторая жертва Барбара Шварц, у трупа которой он потерял очки, лечились у одного окулиста! Однако по каким-то причинам врач не видел послания шерифа.

Появились другие свидетели, в том числе женщина, которая объявила, что узнала в показанном по телевидению фотороботе механика с корабля, на котором двадцать лет назад она с детьми плавала в Японию. Мерзавец до смерти пугал ее постоянным навязчивым вниманием к ее юной дочери. Питер Берест, управляющий отделением банка «Глен Парк Континентал Сэйвингс энд Лоунс» вспомнил работавшую неполный день кассиром школьницу Анну Келли Меньивар, которая исчезла в прошлом декабре. Тогда этот факт не связали с Убийцей с тропы, хотя тело Анны тоже обнаружили в парке на горе Тамалпэс. Миловидная, доверчивая девушка особенно любезно обходилась с клиентом, страдавшим сильным заиканием, которого в 1960 году арестовали за нападение на молодую женщину в армейском поселении в Пресидио к северу от Сан-Франциско.

Полиция Сан-Хосе и ФБР установили за Карпентером наблюдение и вскоре произвели арест. Оказалось, что в детстве мальчика растили деспотичная, часто грешившая рукоприкладством мать и не менее суровый, по крайней мере в эмоциональном плане, отец. Дэвид отличался сообразительностью выше среднего уровня, но из-за сильного заикания его постоянно дразнили. В детстве по ночам он страдал хроническим недержанием мочи и проявлял жестокость к животным. А когда вырос, изливал обиду и ярость в неожиданных приступах гнева и ненасытных сексуальных приставаниях.

Первый раз Карпентер был арестован и осужден за нападение с молотком и ножом на женщину в Пресидио. Это произошло сразу после рождения ребенка в его уже почти распавшейся семье. Позже жертва рассказала, что, когда озверевший преступник кинулся на нее, его заикание совершенно прошло.

Со всех концов страны от выпускников Национальной Академии ФБР начали приходить запросы, и в 1978 году директор Уильям Уэбстер официально разрешил инструкторам Бихевиористической службы давать консультации по проблемам составления психологического портрета. К началу 80-х годов служба сделалась широко известной. Я занимался только текущими делами, а Рой Хейзелвуд и Боб Ресслер консультировали, насколько им позволяла преподавательская работа. И хотя мы были довольны результатами своей деятельности, наверху продолжали сомневаться, эффективно ли используются людские ресурсы. Поэтому в 1981 году силами подразделения Внутреннего исследования и развития (ВИР), которое в то время возглавлял перешедший из БЫ Говард Тетен, была предпринята первая серьезная попытка изучения эффективности того, что в то время носило название Программы составления психологического портрета. Именно неофициальные консультации Тетена положили почти случайное начало этой программе, и теперь ему интересно было узнать, какие она дала результаты и стоит ли руководству продолжать направление.

Была разработана анкета, которую разослали пользующимся нашими услугами клиентам — руководителям правоохранительных органов, детективам, агентствам, — в том числе управлениям полиции штатов, округов и городов, шерифам, отделам ФБР на местах, дорожному патрулю и проч. Хотя большинство вопросов имело отношение к убийствам, ВИР также собирал данные о наших консультациях различных случаев насилия, похищений, вымогательств, угроз, приставания к детям, взятия заложников, неожиданных смертей и самоубийств. Составление психологического портрета было в то время понятием расплывчатым и даже в самом Бюро трудно поддающимся оценке. Многие считали его чёрной магией и ведовством, другие — очковтирательством. Поэтому мы понимали: если анализ не продемонстрируетреального успеха, все неучебные направления могут быть закрыты.

И тем более обрадовались и вздохнули с облегчение, когда увидСледователи со всей страны горячо поддержали нашу работу и рекомендовали продолжить программу. Последний параграф документа представлял собой обобщение их писем: «Программа имела больший успех, чем мы могли представлять. Научное бихевиор ист ическое подразделение заслуживает похвалы за выдающийся труд».

Детективы сходились во мнении, что наша помощь оказывалась особенно практически ценной там, где требовалось сузить число подозреваемых и точнее сфокусировать направление расследования. Например, во время поисков преступника, совершившего в Бронксе в октябре 1979 года жестокое и потрясающе бессмысленное убийство Франсин Элвесон. Оно было по манере настолько похоже на некоторые убийства Дэвида Берковица, что полицейское управление города Нью-Йорка решило, что вдохновлял преступника не кто иной, как Сын Сэма. Мы используем этот случай на занятиях в Квонтико, потому что он наглядно демонстрирует технику составления психологического портрета и методику его использования полицией для активизиции расследования топчущихся на месте, давно не решаемых дел. Двадцатишестилетняя Франсин Элвесон преподавала в местном центре для детей-инвалидов. Меньше пяти футов ростом и около девяноста фунтов весом, она к тому же страдала искривлением позвоночника и все свое внимание и жар души отдавала ученикам. Франсин была застенчива, не отличалась общительностью и жила с родителями в многоквартирном доме на Пелхэм-парквей.

Тем роковым утром она, как обычно, отправилась на работа в половине седьмого. А примерно в восемь двадцать живший в том же доме пятнадцатилетний подросток подобрал на лестнице между третьим и четвертым этажами ее кошелек. Он спешил в школу, поэтому не успел с ним ничего сделать — только захватил с собой, а когда вернулся к обеду, отдал отцу. Тот незадолго до трех пошел к Элвесонам и передал кошелек матери Франсин, которая сразу же стала звонить в учебный центр, желая предупредить дочь, что кошелек не пропал. Но там ей сказали, что Франсин на работу не вышла. Миссис Элвесон забеспокоилась и с другой дочерью и соседом начала поиски в здании.

Ужасное зрелище поджидало их на последней площадке — там, где лестница уводила на крышу. Голое тело Франсин хранило следы нечеловеческих побоев. Позднее медицинский эксперт установил, что у неё оказались сломаны нос, челюсть и выбиты зубы. Девушка была распята и привязана к перилам собственным поясом и нейлоновыми чулками, хотя экспертиза отметила, что ее распяли уже после смерти. Так же после смерти отрезали соски и положили на груди. Натянутые на голову трусики закрывали лицо, а на бедрах и коленях виднелись следы укусов. Небольшая глубина порезов на теле свидетельствовала о том, что их произвели перочинным ножом. Зонтик и авторучку нашли во влагалище, а в волосах на лобке висела расческа. Сережки обнаружили на полу симметрично по разные стороны от головы. Смерть жертвы наступила в результате удушения ремешком-закладкой из ее записной книжки. На бедрах убийца накорябал: «Меня не остановить!», а на животе: «…вашу мать!» И та и другая надписи были сделаны одной авторучкой — той самой, которая потом оказалась во влагалище. Другой важной деталью было то, что убийца тут же рядом опорожнил кишечник, а экскременты накрыл предметами туалета Франсин.

Среди прочего миссис Элвесон сообщила полиции, что с шеи дочери пропала подвеска в виде одной из еврейских букв, которую Франсин носила на счастье. Когда она описала форму украшения, детективы поняли: тело жертвы распято таким образом, чтобы повторять его очертания. На жертве обнаружили следы спермы, но в 1979 году судебная медицина еще не умела выделять типы ДНК (ДНК — дезоксирибонуклеиновая кислота-прим. ред.). Характерные, возникающие вследствие обороны травмы рук отсутствовали, так же как следы крови и кожи под ногтями — это означало, что девушка не сопротивлялась. Единственной значимой уликой оказался найденный во время вскрытия волос человека негроидного типа.