Растрёпанные чувства - Анна Скуратова

- О маме? - Алина надула губки и нахмурила лобик, - Она о нас не думает и мы не будет о ней думать.

- Нет малышка, ты не права, мама думает о нас, просто она далеко. Какие-то срочные дела, заставили её так поспешно уйти.

- Ага, наверное - буркнула в ответ Алина и спрыгнула с папиного колена, - Дела как же. Не хочу о ней говорить. Она предательница.

Стремглав выскочив, девочка захлопнула дверь и скрылась у себя в комнате.

На лекции Лена села, как обычно в углу первого ряда аудитории. Она не собиралась менять своих привычек и бежать вглубь, чтобы прятаться от ненавистного и одновременно желанного человека.

- Ни что, не подскажет ему отныне о моих чувствах. Все проходит и это я вскоре я забуду, как страшный сон. Сотни девчонок влюблены в него, так пусть эта сотня и продолжает строить ему глазки, от меня он больше не получит ни вздоха, ни взгляда...ничего.

Игорь размеренным широким шагом, вошел в аудиторию и ряды волнами принялись затихать. В синих джинсах и светлой рубашке, казался почти подростком, если бы не широченные плечи и острый взгляд серых, пронзительных глаз.

Многие студентки вооружились самыми обворожительными улыбками, на что Игорь никогда не считал нужным реагировать. Та единственная, которую он отверг и которую, так страстно желал, не улыбнулась, встретившись с ним взглядом. Но она и не отвернулась, её взгляд, будто скользнул сквозь него. Просто и легко.

- Он мне безразличен, - шептала про себя Лена, - он мне безразличен. Я смотрю и не вижу его лица, его фигуры, его шелковистых волос. Тьфу... не вижу, совсем не вижу.

Игорь пожал плечами и ступил на небольшой помост, где сел за стол и принялся листать журналы, сверяя присутствующих со списками.

Далее последовала лекция. Сегодня она была несколько пресной, на что обратили внимание все, кроме Лены, которой несмотря на свою установку на безразличность, не удавалось в полной мере все видеть в сером, однотонном свете.

Преподаватель чувствовал, что всё идет не так как обычно, но ничего не мог с собой поделать. Апатия и безразличие ко всему боролись в нем с педагогическим воспитанием. Игорю так хотелось выбросить из головы жену, Лену, он хотел оставить место в своем сердце для одной Алины, но у него это не получалось. Как же он злился на себя.

Всякий раз оборачиваясь на Лену он видел, как она прилежно конспектирует за ним, такие пустые для него сейчас, ключевые моменты лекции, как она иногда поднимает на него глаза, но в них уже нет того недавнего обожания, трепета, нет слез и радости, нет ничего.

Отчаянье пыталось расцарапать ему душу. Он посмотрел на одинокую миниатюрную манящую фигурку, сидящую у окна и усыпанную солнечным светом.

Лучики солнца вплелись в её рассыпанные по плечам каштановые волосы. Она прикусила в задумчивости верхнюю губу отчего ротик стал совсем крошечным. Игорь скользнул взглядом по её почти прозрачной от солнца щеке, нежной шейке и решил сесть на некоторое время за спасительный стол с высокими цельными стенками.

Желание охватывало его целиком, сейчас он проклинал и жалел, что не довел дело до конца, когда была такая возможность и Лена засыпала за стенкой от него, в его собственной постели. Он почти не понимал о чем говорит вслух, но студенты сидели смирно, одновременно слушая и записывая. Тряхнув головой, Игорь постарался взять себя в руки.

- Невозможно, чтобы молоденькая девчонка так запала мне в душу. Это все из-за воздержания, - мекали в сознании мысли, между высказанными вслух порциями лекций, - Я люблю свою жену. Она мне все ещё законная жена. Глупые...глупые мысли, глупая жизнь, бестолковая жизнь. Тяжело.

Он действительно не мог разобраться в своих чувствах и ощущениях. Игорь знал только одна, ему очень хочется испытать телесную близость с Леной, испить до дна её прелесть и красоту, вдохнуть весь до капли аромат её тела, волос, ладоней, коленей. И он не знал, как долго сможет сдерживать это желание, против которого не помогла ни близость с Леной, ни её отдаление. Игорь по прежнему хотел её так же сильно, как в тот первый день в отделе 'Детский мир', когда почувствовал влечение к этой воинствующей защитнице своей маленькой подопечной.

Спасительный стрекот звонка, освободил его от назойливых взглядом нескольких десятков студентов.

Толпа потихоньку разбредалась, выходя в коридор. Стайка девушек, окружила молодого преподавателя, щебеча и смеясь.

Игорю едва удалось увидеть сквозь плотную стену из женских тел, одинокую, понурую фигурку Лены, бредущую к выходу. Ему так хотелось подскочить к ней, обнять, прижать к себе и ...дальше...что дальше? Лены скрылась, шагнув в дверной проем.

Игорь поднялся из-за стола, нервно покусывая губы.

Уже у двери в коридор его остановила одна особенно ретивая студентка. Белокурая Лина, покоряла мужские сердца одним только взглядом, раскалывая их как грецкие орехи. Её никогда не интересовал Игорь, как впрочем не интересовал пока ни один мужчина на свете, все они казались ей пресными и неинтересными. Она твердо шла к намеченной цели, а именно к покорению нефтяного магната, который откроет перед ней богатую, светскую жизнь. А впрочем знаменитый киноактер или известный дизайнер - в целом разницы не имело. Лина регулярно ходила в солярий, отчего её кожа приобрела приятный бронзовый отлив, парикмахерская, маникюрша, тренажерный зал и диплом для галочки, вот дескать 'я ещё и умна', чтобы было чем щеголять перед мужем.

Педагоги с их крошечными зарплатами не вызывали в ней вдохновения, но накануне она схлестнулась с Тамарой в споре, который прочно засел в голове.

- Нет на Земле такого мужчины, который устоял бы перед моим неземным обаянием и сказочными чарами обольщения.

- Болтушка, - рассмеялась Тамара, - тебе даже учителя нашего по истории не завалить.

- Глупости, если бы мне этого захотелось, он уже ползал в ногах и целовал подошвы моих ботиночек.

- Ха-ха-ха, - Тамара не собиралась отступать, ей очень хотелось поставить эту высокомерную, крашеную блондинку на место, - тебе это не под силу. Не первое поколение билось за эту добычу.

- Фи, велика добыча. Мелкий учителишка, с маленькой квартиркой и дочерью в нагрузку. Тоже мне подарок судьбы.

- Он самый красивый мужчина на земле, - с грудным придыханием ответила Тамара, - а ты может твердить все что угодно, но тебе его никогда не заполучить, даже на ночь.

- А вот и заполучу! - топнула ножкой, обутой в дорогой сапожок, Лина.

- А вот и не сможешь! - подзадоривала Тамара.

- Дай мне срок неделю и я его уложу, как миленького. Вздыхать по мне будет только в путь.

- Не велик ли срок? - засмеялась Тамара, - неделя? Может сразу месяц?