Адская Академия - Кейлет Рель

бред. Ялина умерла? Мы же вчера еще с ней виделись на паре по зельеварению.

— Мира, держите себя в руках, — холодно сказала магистр Берск. — Иначе мне придется отправить вас к лекарям, чтобы освидетельствовать, вменяемы вы или нет?

Меня разбирал очередной приступ нервного смеха, однако угрозу куратора я восприняла со всей серьезностью. Если Железная Дева угрожала мне психушкой, тут уж не до шуточек. На Земле еще существовали палаты с мягкими стенами, и даже лекарства. А в Аду? Может, здесь такие расстройства вообще не лечат. Просто запирают странных и буйных в четырех стенах, изолируют от общества и на этом все.

А маги за счет обмена энергией с миром еще и живут долго. Очень долго. Больше двух веков, кто-то вообще может умереть лишь от несчастного случая или от рук конкурентов. Каникулы в приюте для буйнопомешанных меня не прельщали, и я заткнулась.

Джесс прекрасно справлялась с ролью дипломата, а Нереус поддакивал в нужных местах. Я лишь служила экспонатом “Чем чреваты полевые практики для глупых адепток”.

— Ясно, — мрачно произнес Стараг, выслушав полную версию событий от Джесс.

Куратор лишь качала головой. На беду, аккурат в этот момент к нам выскочил запыхавшийся Лайонел.

— Почему я не могу вас дозваться, студенты? — рявкнул он. — Ни один портал не сработал!

— Здесь повсюду навешаны артефакты антимагии, — спокойно пояснила куратор.

А затем развернулась к преподавателю по некромантии и мягко улыбнулось. После такой вежливой многообещающей улыбки слабонервным вроде меня хочется повеситься. Хорошо, что Лайонел уже был трупом.

Глава 32

Нас отослали в главный корпус и усадили в кабинете куратора, велев ждать и не выходить. Я меряла шагами комнату, прокручивая события в памяти кадр за кадром.

Нереус сидел в углу, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу. Он смотрел в одну точку и ни на что не реагировал. Даже мои метания его не раздражали, хотя обычно некромант вел себя куда сварливее.

Джесс тихонько всхлипывала. Магистр Берск усадила ее в свое кресло и накапала успокаивающей настойки ярко-зеленого цвета. Не знаю, что там было намешано, но Джесс не пробрало. Она до сих пор размазывала слезы по лицу, стараясь не слишком громко шмыгать. Перед ней валялось пять комков: платки, которые уже стали непригодны для утирания соплей.

Я тоже не могла успокоиться, вот только мой мозг не позволял просто сесть и поплакать. Он требовал найти угрозу и предпринять хоть что-то, чтобы нейтрализовать ее.

— Я-ялина, — произнесла Джесс, заикаясь, — жила с Тиной.

— Ценная информация, — буркнул Нереус. — И как она нам поможет?

— Пока никак, — ответила я. — В ту ночь на меня наткнулся Аслан. Затем ушел в лес. Мне кажется, он следил за мной.

Повисла пауза. Джесс вдохнула, выдохнула, швырнула на стол куратора очередной платок и возмутилась:

— Почему ты так поздно возвращалась?

— Сама знаешь, мы с Гривуром засиделись. Еще доклад готовила для Берск. Она мне листы выдала, вот только та тварь их сжевала. Придется выпрашивать новые. Еще и конспекты…

— Наша одногруппница умерла, а ты об этом думаешь? — возмутилась Джесс. — Как можно быть такой жестокой?!

— Знаешь, Ялине моя скорбь не поможет. А вот другие девушки еще могут погибнуть, в том числе и ты. И я. Все мы рискуем попасться тому человеку, который так зверски расправился с бедной Ялиной, что она аж стала вурдалаком.

Нереус уронил голову на ладони. Он сгорбился над полом, тяжело дыша, словно собирался выбросить из желудка все лишнее, особенно съеденный пару часов назад бутерброд.

— Мира права, — глухо сказал он. — Хотя ее манера обзывать убийцу человеком напрягает. Они, конечно, те еще уроды, но их не стоит так часто упоминать. Вдруг призовутся?

— И отлично, — уныло произнесла Джесс. — Стравим их друг с другом, и пусть разбираются.

— А если объединятся?

— Так даже проще, — улыбнулась я. — Когда преступников двое, их проще вычислить. Никто не может работать слаженно, не оставляя улик. Тем более всегда будет слабое звено, которое может подвести подельника, выдать себя…

— Откуда ты столько знаешь о преступниках? — вздохнула Джесс. — Путаешь корсет и корсаж, но разбираешься в моральных уродах. Чему тебя учили родители?

— Выживать.

— Ах да, страшные сказки, подготовка к худшему, — слабо улыбнулась огневичка. — Может, сменим тему? У меня голова сейчас взорвется.

— Давайте, — усмехнулась я. — У Нереуса получилось сотворить заклинание!

— Слабо, — отмахнулся некромант. — Почти не помогло.

— Мы все живы, — настойчиво произнесла я, — потому что у тебя что-то получилось. И потому что Джесс устроила взрыв.

Огневичка покраснела до корней волос, и ее испачканные копотью рыжие волосы полыхнули искорками, как вечерний костер из сухих поленьев. Она не хотела признавать, но все же обрадовалась, когда магия ее не подвела. Я предполагала, что сегодня Джесс преодолела свой страх ненароком кому-то навредить огнем. Нереус наоборот расстроился. Его первое заклинание наверняка было чем-то мощным, и в итоге почти не сработало. А второе он даже дочитать не успел.

В своем мире Нересус был сильным некромантом, способным упокоить целое кладбище, а сейчас его сил едва хватило, чтобы оттолкнуть вурдалака.

— Нам нужно больше заниматься, — решила я. — учиться пользоваться силами. Это уже не вопрос успеваемости и наказаний от Берск, это буквально вопрос нашего выживания в стенах этой Академии.

— Лайонел не даст нам заклинания, пока не зазубрим все обряды похоронные, — покачал головой Нереус. — И не научимся определять нежить по одному только запаху.

— Воняют они знатно, — поморщилась Джесс.

— И отлично! — ответила я, не теряя оптимизма. — Проще будет распознать, запах-то яркий. Не пропустим. Подумать только, я стану сомелье по трупным ароматам! Вот уж не мечтала.

Джесс прыснула и испуганно прикрыла рот ладошкой. Все это время над нами висела неловкая атмосфера. Смерть трудно пережить. Особенно чужую.

Кажется, ребята даже не знали, как на такое реагировать. Мне же пришлось побывать на нескольких похоронах, одни я организовывала сама. Конечно, смутное беспокойство новость о смерти Ялины вызывала, но у меня получилось не зацикливаться. Нереус же и Джесс не знали, что с этим делать. Плакать? Хоронить? Ругаться? Все это было слишком для первой полевой практики.

Я обрадовалась, когда тень смерти наконец сошла с их лиц. Мы были живы, а это сейчас важнее остального.

Дверь распахнулась и на пороге появилась злая как тысяча чертей куратор. Зилия Берск окинула нас строгим взглядом поверх очков и махнула в сторону шкафчика с затемненным стеклом:

— Успокоительное взяли. Живо.

Мы с Нереусом наперегонки кинулись исполнять поручение. Слегка заторможенная Джесс лишь отхлебнула еще чая. Конечно, она-то уже полчаса прикладывалась к успокоительной