Пропавшая - Мэри Кубика

и Джош предстанет в неблагоприятном свете. Обвинят второго невинного человека.

Джош, словно прочитав мои мысли, признается:

— Они спросили, где я был вчера и может ли кто-то подтвердить, что я работал.

— Алиби потребовали? — недоумевает Беа, и Джош кивает. — То есть они считают, это ты что-то сделал с Мередит?

— Не знаю, что именно они считают, — говорит Джош, — просто делают свою работу.

Тактичность Джоша меня восхищает. На его месте вполне можно было потерять спокойствие — я бы точно потеряла, уже метала бы громы и молнии.

— К слову, алиби у меня есть, — сообщает Джош, но как-то неохотно, словно занимался он чем-то плохим.

В груди у меня сжимается. Неужели Джош с кем-то виделся? Неужели он изменяет Мередит?

— И где же ты был? — нерешительно интересуется Беа, очевидно думая о том же, о чем и я.

— Теперь это кажется такой глупостью… — уклончиво отвечает Джош.

Тогда Беа спрашивает с нажимом:

— Где ты был, Джош?

Тот глубоко вдыхает и на выдохе произносит:

— Играл в теннис.

Джош все рассказывает, и ему явно стыдно, что, пока с Мередит и Дилайлой творилось нечто ужасное, он был в элитном клубе на парной игре с важным клиентом. Значит, он вовсе не изменял!

— Я, кстати, выиграл, хотя какая теперь разница… — Джош нервно сглатывает, сдерживая слезы. Он не может дать им волю, когда в соседней комнате Лео — ради него нужно крепиться.

— Главное, не вини себя, — успокаивает Беа. У нас с ней гора с плеч упала — Джош не был с другой женщиной, по крайней мере в постели. — Ты ведь не знал.

— Конечно! Откуда тебе было знать? — подхватываю я.

Тут Беа решает сменить тему и вспоминает про труп, который нашли у реки, — труп Шелби. Джош признается, что никогда не сможет забыть эту картину, она всю жизнь будет его мучить. Вскрытия еще не было, но, скорее всего, Шелби умерла пару дней назад. Мне доводилось видеть животных, которые пролежали мертвыми несколько дней, — как страшно, наверное, Джошу было смотреть на вздутое, разлагающееся тело Шелби… Слава богу, что не на Мередит.

— Не думает ли полиция, что ее убил муж? — спрашиваю я.

— Не в курсе.

— Нам сказали, она была голой.

— Вообще-то да, — подтверждает Джош, — но сверху прикрыта одеялом.

— Одеялом?.. — недоуменно переспрашивает Беа.

Ну и ну! И вправду удивительно. Разве безжалостный убийца станет проявлять такую заботу? Другое дело, конечно, если он знал жертву, если она была ему небезразлична… В таком случае, возможно, и появится желание укрыть ее одеялом.

Я вспоминаю наш разговор с Джейсоном Тибоу, с акушеркой, все, что мы узнали о докторе Файнголде, и спрашиваю Джоша:

— Многое ли Мередит тебе рассказывает о своих клиентках?

— В смысле?

— Ты знал, что Шелби была одной из них?

По выражению лица Джоша все становится предельно ясно — он не знал.

— Мередит никогда не называла имен, чужие тайны для нее святое. Бывало, она говорила о том, каким придурком оказался чей-нибудь муж, или о том, что ребенок родился с какой-нибудь патологией, но при этом имен не раскрывала.

— Тогда ты, наверное, не в курсе, что Тибоу подали в суд на их акушера из-за врачебной ошибки и Мередит должна была давать против него показания, — объясняю я.

Джош мгновенно бледнеет.

— Откуда ты знаешь? — спрашивает он, и я рассказываю все как было. Джош с недоверием переводит взгляд то на Беа, то на меня. — Значит, вы говорили с Джейсоном Тибоу? Неосторожно вы как-то… А если именно он убил Шелби? Вдруг он и вас убил бы?

Мы с Беа не находим, что ответить. Джош нервно проводит рукой по волосам — его не на шутку пугает мысль, что Мередит оказалась замешана в какую-то опасную историю. В глазах Джоша читается отрицание, тревога: а ведь когда-то Мередит от него ничего не скрывала… Пусть, как и всегда, не называя имен, но должна же она была хотя бы упомянуть, что ей придется давать показания против врача.

— И что же, — нарушает тишину Джош, — вы серьезно думаете, что и с Мередит, и даже с Дилайлой что-то сделал тот самый доктор?

— Мы просто рассказали тебе всё, что знаем. — Я стараюсь говорить как можно мягче, ведь прекрасно понимаю, что Джошу страшно, что он весь извелся, места себе не находит… Мне и самой страшно.

Джош делает глубокий вздох.

— А возможно, — рассуждает он вслух, — это Джейсон Тибоу хочет, чтобы вы так думали. Возможно, он просто соврал.

Согласна, и такое возможно. Я Джейсона не знаю — мне не с чего ему верить. Как по мне — что он, что доктор Файнголд, оба не без греха. Однако слова Джейсона подтверждает рассказ акушерки. Ей-то зачем врать?

— Мы сами не знаем, что думать, Джош, — говорит Беа. — Но верим, что Мередит с Дилайлой в целости и сохранности.

— И все же… — вклиниваюсь я. Не хочется быть паникершей, но кое-что все-таки не стоит оставлять без внимания. — Шелби и Мередит знали друг друга. Разве это не странно?

Джош с Беа молча смотрят на меня, хотя очевидно, что это больше, чем странно, — это страшно. Раз Шелби убита, Мередит и Дилайле грозит серьезная опасность. Нужно скорее их найти — если, конечно, еще не поздно.

Мередит

Одиннадцать лет назад Март

— Доброе утро! — весело говорит Джош, входя на кухню в темно-сером полуприлегающем костюме. Его лицо светится улыбкой и уверенностью.

Уже успев принять душ и одеться, я стою у плиты, жарю блинчики и бекон. Джош подходит ко мне сзади и заключает в объятья, обдавая вкусными ароматами крема для бритья и одеколона.

— Как спалось? — спрашивает он.

— Нормально, — лукавлю я.

Спалось так себе, а вставать пришлось рано, к тому же теперь я переживаю, как там Шелби. То и дело проверяю телефон; с трех часов ночи новых сообщений так и не приходило.

— А тебе? — поворачиваюсь я к Джошу.

— Спал как младенец, — говорит он и тянется меня поцеловать. Его поцелуй совсем не похож на тот чмок, на который, как правило, нам только и хватает времени, пока не прибежали дети. На этот раз Джош целует меня нежно, неспешно, и я понимаю, как сильно соскучилась по такой простой вещи, как целовать собственного мужа. Все остальное вдруг уходит на второй план, и даже моя накопленная за несколько дней тревога на мгновение исчезает.

Тут сверху из туалета доносится шум сливаемой воды — в доме закипела жизнь, и с минуты на минуту спустится Дилайла или Лео, смотря кто из них