Цена предательства - Андрей Мансуров

В сознание он пришёл словно рывком.

Только что вокруг были темнота и тишина, и вдруг – вот он! Возник, словно ядерный ракетоносец, выскочивший из-подо льда на северном полюсе…

Но что это за странное место?! Почему вокруг… Какие-то бассейны и ёмкости из стекла? (Или это – пластмасса?) С… Да – с разноцветными… словно бы растворами!

От одних ванн идёт пар, поверхности в других покрыты – будто корочкой льда. Некоторые – густые, словно сироп, или мёд. Другие – кажутся воздушно-невесомыми, словно в ёмкость налит туман… Зелёные, синие, красные, фиолетовые жидкости.Странно пахнущие. Он различал трепещущими ноздрями и имбирь, и кофе, и мускатный орех, и – не то – сандал, не то – ладан. И ещё сотни, тысячи незнакомых и иногда излишне резких запахов.

И стоят ёмкости со всем этим безобразием вроде как в огромном ангаре – крыши, правда, не видно, но она где-то там, наверху, угадывается. А вот стены – видно. Причём – обе. Они весьма (Ну, относительно, конечно!) близко: всего в десятке шагов. Стены похожи на самые обычные: оштукатуренный, или окрашенный, бетон.

Ладно, ангар – так ангар. Правда, больше всё же похоже на широкий коридор, ведущий… Куда?

Что ему теперь с этим делать? Ведь он – всё ещё человек?

Он ощупал себя. Осмотрел. На всякий случай попялился на копчик – нет, хвоста ещё нет. И бородавок не заметно. (Ха-ха.)

Да, он – человек.

Но неспроста же он здесь, в этом странном месте, оказался? Конца длиннющему не то – коридору, не то – цеху, не видно. Всё теряется в дымке и парах, поднимающихся от некоторых чанов-ванн. Что делать?

Возможно, ему «тонко» намекают, что ему придётся побывать во всех этих чанах, чтоб его тело стало как у сустара? И, возможно, при этом у него преобразится каким-нибудь образом и… сознание?

А что ему, как он сказал Лестеру, терять?! Назвался груздем – полезай в кузов.

Вперёд!

Михаил смело забрался по выступающим снаружи ступеням на борт ближайшего, первого, бака. Спустился по таким же ступеням, обнаружившимся и на внутренней поверхности стенки. Осторожно (Ну – так! Страшно – как ещё никогда! Зная сустаров, похоже, можно и правда – потерять человеческий облик. И – навсегда.) погрузил в жидкость палец ноги. Хм. Температура, вроде, комнатная. Или, скорее, такая же, как у его тела?

Не больно. Не тепло и не холодно. То есть – словно жидкости и нет. Вернее – она есть – вон, когда ногой водишь – ощущается сопротивление! – но температуру подобрали точно. Да, она вроде бы равна температуре его тела.

Ладно, хватит комплексовать – вперёд!

Он прыгнул в жидкость так, чтобы сразу погрузиться с головой.

Он не боялся утонуть – жидкости в баке было едва на метр: всегда можно встать, если она слишком низкой плотности, и не будет удерживать его тело по закону Архимеда.

Зеленоватая масса сомкнулась над головой: он глянул вверх. Вау!

Как описать?..

Парение в космосе. Нирвана. Полный восторг. Нет, не то.

Он чувствовал необъяснимый душевный подъём – словно наконец исполнил кому-то давно обещанный обет. Или – отдал старый долг. Или, после долгих лет отсутствия, вернулся домой – туда, где его ждали. И твёрдо верили, что он, несмотря ни на какие преграды и приключения, вернётся!..

Как описать то, для чего нет названия?

Он понял: плотность этой, первой, жидкости специально подобрана так, чтоб он мог – дышать прямо в ней. Почуяв, что не в силах больше задерживать дыхание, он и вдохнул. Лёгкие вначале отозвались резью и трепетом, и тело пронзили вспышки боли: словно он попал в бетономешалку! Но потом всё как-то успокоилось, и он понял, что жив. И дышит… Нормально. Если, конечно, можно назвать нормальным дыхание под водой.

А ещё он чувствовал, подсознательно понимал – словно знал когда-то раньше о таком! – как жидкость проникает в поры его тела, похоже, замещая собой клетки его тела. И вызывая при этом ощущение щекотки и ещё большей непривычности происходящего.

Но он не чувствовал беспокойства. Вернее – серьёзного беспокойства. Ну так – сон же! Да, на этот раз он чётко знал: он – во сне! И волен сам выбирать, что ему делать!

Ну так он знает, что ему делать: раз ощущение покалывания и наслаждения прекратилось – пора лезть в следующий чан!

Чанов, в которых он побывал, оказалось много. Ох, много.

Особенно ему запомнился тот, где у него изменилась кожа. Все эти бородавки – бр-р-р!.. Но – они нужны для дыхания, когда плаваешь в воде: микрожабры!.. Нет: не жабры. Что-то другое, более сложное и эффективное!

В другом баке на его спине выросли роговые пластины. (Теперь-то он понимал, знал – что это как раз те самые антенны, что позволяют передавать мысли на огромные расстояния!)

Затем был чан, где трансформировались ноги. На них… Отросли мощные пальцы и когти. Он чуть не поцарапался, пока наладилась координация движений. Но потом всё пришло в норму. Он поразился, как легко носить броню из гибкой и прочной (Прочней мейлара!) чешуи. Столь гибкой, что совершенно не сковывает движений.

И он на могучих новых конечностях очень легко и уверенно выбрался из этого чана. Забрался в следующий.

Был и чан, где снова пришлось глотнуть и вдохнуть несколько литров густой и пряной на вкус жидкости – для изменения, как он понимал, где-то инстинктивно, а где-то уже – разумом – внутренних органов. Он словно интуитивно теперь чуял, знал: вот. В этом чане нужно дышать под поверхностью. В этом – не нужно. А в этом – нужно глотать, пока буквально не потечёт из ушей…

Чан, где пришлось глотать довольно много странной комковато-студенистой субстанции, предназначенной для мозга, задержал его дольше всех. Ох. И здоровый же у него теперь мозг!.. А ещё почти сразу он понял, почему сустары не спят. У них, как у земных дельфинов, полушария, оказывается, «бодрствуют» по очереди.

Теперь его тело стало абсолютно нечувствительным к температуре окружающей среды: кожа с чешуйками, оставаясь эластичной, стала невероятно сложно устроена: наподобии термоса. Биотермоса. Жаль, что он не учёный – у него просто не хватало в словарном запасе терминов, чтобы описать, как теперь действует его кожа! И какие ему предоставляет возможности!

В очередном чане у него прорезались и отросли, словно из рёбер, недостающие средние лапы.

Нет, не лапы – хожни. Так они называются. Он держал голову над поверхностью тягучей, как сироп жидкости медового цвета, и ждал. Знал, понимал каким-то образом, что формирование новых элементов скелета и мышц новых конечностей займёт довольно много времени.

Дождался. Из чана вылез уже как шестилапый. То есть – с четырьмя хожнями и двумя… руками? Нет, они называются – делатели. Потому что с их помощью можно всё делать… Он даже не задумывался о согласованности действий новых конечностей: всё получилось, словно включился некий внутренний автомат, автопилот, отвечающий за его движения.