Беглец из Крайпруса (СИ) - Медведев Данил "Странник"

Собрав срезанные патлы в кулак, поднял их к носу и глубоко вдохнул. Запах чужой и своей крови, пота и земли, дешевой кожи шлема и дыма от костров полностью забили давний запах матери, которая в последний раз особо усердно вычёсывала меня. Как же давно это было. И больше этого не будет. Отныне только короткий волос, никаких поблажек моим врагам, никакой возможности на слабость. Только жёсткий ёжик хищных пепельных волос.

Повышен навык: Ходок +1

Строчка о таком ценном в нашем нелёгком занятии навыке не заставила себя долго ждать. За тот день, как мы вышли из Отолдо, а мне вновь пришлось передвигаться на своих двоих, вместо телеги покойного магистра чародея, это было уже второе такое сообщение. С одной стороны мне нравилось такое развитие, а с другой были ноющие ноги и многочисленные смерти среди пленников. Оно и не удивительно.

Ведь нам пришлось пробираться по чуть притоптанному аду жизни, которой лучились почувствовавшие влагу растения. Нам пришлось нелегко. И это было мягко сказано. Я был более менее привыкший передвигаться по спутанным растительностью тропам, люди же оказались к этому не приспособленными. С тех пор как мы вышли из Толя количество пленников сократилось на пятую часть. За этот день пришлось убить ещё половину от оставшихся, ведь стражники не собирались бросать заключённых, только потому что они не могут идти. Их пришлось подгонять до потери сил, а затем изнеможённых протыкать пикой в спину. Единственный орк, идущий со мной, обливался уже не первым десятком потов, но продолжал упорно идти. Путь давался ему с трудом, но он оказался крепким на это парнем. Можно было с уверенностью сказать, что ходить под палящим солнцем ему уже доводилось ни раз.

Чем дальше мы удалялись от Толя, тем жарче и суше становился климат. Близость водного простора чуть увлажняла его, и вблизи торгового города росли странные высокие голые деревья с огромными листьями на самой верхушке, трава и кусты. Затем зелень постепенно уменьшалась и уменьшалась до травы и лишайников, а теперь вовсе сошла на нет. Сегодня стартовал третий день от Отолдо. Мы оказались в пустыне, где падали не только неподготовленные к таким долгим путям пленники, но и солдаты. И если о последних заботились, ложа их ослабевшие от негативных эффектов тела в телеги, то нас просто добивали. Из всех осталось около трёх десятков тех, кто несмотря ни на что шёл и шёл, сбивая ноги и заливая глаза жгучим потом. Пустыня была не милосердна. Идти большую часть приходилось ночью, а в самый солнечный пик забиваться под дно телег и инженерных установок.

Именно здесь удалось впервые хоть немного передохнуть и прийти в себя. До этого ходьба забирала все силы. Всё внимание было на том, чтобы не упасть изнеможённому в песок. И стараться нужно было не потому что тебя никто не станет поднимать, а потому что песок этот был горячий и острый, как наждак. Шкура стиралась об него клоками, а подхваченная ветром полоска пыли не редко разбивала до крови лицо. В особенности это касалось тех, у кого крепость была ниже десятки. Но даже мне с моими шестнадцатью единицами было крайне неприятно. Полоска песка быстро ударяла в лицо, обжигая и создавая впечатление, что теперь на нём зияет рубленная рана. Проводишь пальцами, чтобы убедиться в этом, а на руке лишь противный липкий пот, высыхающий белыми разводами. Если бы в таком походе нас не кормили и не поили на ровне с солдатами, пустыня оказалась бы последним нашим рубежом.

Стражник ударил пару раз палкой по телеге и из-под лицевого платка раздалась приглушённая команда. Нужно вставать и, опять не разбирая дороги, шагать, прикрывая уставшие глаза от солнца и стараться не упасть на осыпающемся из-под ног песке. На удивление, командиры почему-то сделали слишком быстро очередной привал. За временем следить не удавалось, поэтому чередование привалов происходило по степени утомления. «Не разбираешь путь» — дорога только началась. «Еле переставляешь ноги и качаешься из стороны в сторону» — уже половину прошли. «Закрываешь глаза, шагая вслепую, чтобы хоть немного сэкономить силы и идти, лишь бы не убили» — уже скоро. «Телега впереди встала» — падай под неё и жди. «Ударил пару раз палкой» — поднимайся, всё по новой.

Сейчас мы шли примерно на стадии качание со спутанными шагами, но караван почему-то всё равно встал. Спрашивать с чем это связано не было никакого желания, просто хлебнуть горячей воды из общей бадьи и упасть ничком. Если остаются какие-то силы, можно глянуть логи и посмотреть не выросли ли характеристики.

Вчерашний день был легче, потому что большую часть пути шагали ещё по высохшим степям и какой-то каменной проплешине, длинной в пару километров. За это Система поскупилась лишь на одного ходока, сегодня награда была такой же, хотя день ещё не закончился. Но в довесок развитым оказался и ещё один навык:

Повышен навык: Ходок +1

Повышен навык: Истязатель +1

Вряд ли этот навык мне поможет выжить сейчас, но возможно в будущем такой поход покажет свои плоды.

* * * * *

На третий, казалось, вечный день, от Отолдо мы уже шагали по пустыне Ронт. Не столько жаркая, сколько пыльная и опасная пустошь. В ней почти никто не жил, отсюда монстры, чьи панцири защищали их от «острых» песков жили здесь вольготно. От пустыни Осо, в которой стоял город Толь, Ронт отличалась своими барханами. Здесь постоянно дули сильные ветра, надувая настоящие горы из острого вечно осыпающегося песка. Идти и ехать на телегах по ним был сущий ад. Но радовало то, что пустыню Ронт мы пересекали в самом узком её месте, для этого караван даже отклонился больше положенного на восток, чтобы по выходу из пустыни вновь вернуться на свой маршрут, ближе к западу.

Между пустынями Ронт и Осо пролегала проплешина климатического убежища. Воздушные потоки и гористая местность на западе создавали здесь благоприятную среду для степных полей и пастбищ. За Ронт есть ещё одна пустыня — самая жаркая на восточной половине континента. Пустыня Гипе тянется сильно к востоку, прижимаясь почти к самому океану, и наше счастье, что тащиться ещё и через этот пыльник нам не придется.

Ронт была намного умереннее, чем Гипе, но и здесь солнце жгло около одиннадцати часов без перерывов. После второго от полудня привала, мы снова двинулись в путь, чтобы через час неожиданно остановиться. Причина была крайне странной, сумевшей привлечь внимание всех, кто в этом пустынном аду чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы стоять на ногах.

Армия пересеклась с караваном странствующих торговцев, которые так же как и мы пересекали Ронт в узком перешейке. Тактики сразу же вызвали хозяина каравана и его близких людей на допрос, чтобы выяснить, что им известно о местности за пустыней. Большинство сотников, также передвигающихся на телегах, составили им компанию пока инженеры, гладиаторы, редкие солдаты и стражники, едущие в седле, принялись осматривать товары торговцев.

Хир первым спрыгнул с телеги и направился в голову каравана. Немного неожиданно было видеть как такой хорошо экипированный человек хочет приглядеться к товарам странников, впрочем, и в этом можно было найти зерно рационализма командира. Ведь у странствующих торговцев попадаются иногда довольно редкие, а случалось так, что и эпические вещи. При этом законы, по которым существовали странствующие торговцы, обязывали их торговать всеми товарами, что есть у них в наличии, даже если это окажется что-то мифическое. Благодаря этому закону, такие торговцы всегда привлекали любого встреченного, а уже там могли всунуть всё подряд, даже то, что человек никогда бы не купил с не задурманенным рассудком.

Добравшись до вставшей на привал головы каравана, заметил странную картину. Люди в балахонах с капюшоном и платком на лице сидели в огромных костяных зверях на цепи.