Год совы (СИ) - Ахмелюк Федор

- Двести видов? – упавшим голосом сказал Кореец.

- Успокойся, из этих двухсот грибников интересуют хорошо если двадцать. Хотя есть можно, конечно, больше половины. Но ты все равно начинай со всем известных грибов.

- И что, думаешь, я за пару дней все это выучу?

- Я этой книгой сильно разнообразил свой грибной рацион. – ответил Ахмелюк.

- Спасибо тогда. Ну так что, берете меня? Спать там у вас есть на чем и где? – спросил Кореец, повернувшись к Сычу и Леониду.

- Раскладушка вроде в чулане стоит. Кажется, рабочая. В большую комнату перетащим, а там мы уже и уедем скоро – так занимай любое место, - пояснил Леонид.

Еще немного посовещавшись насчет перспектив размещения, они втроем удалились к Корейцу, помочь погрузить ему барахло в «шестерку» Сыча.

Дождь лил всю ночь, но перед рассветом облака все-таки разошлись, и к полудню успели даже подсохнуть лужи на улицах. Серо-голубая «шестерка» с нижегородскими номерами, пыхтя и фыркая мотором, пробивалась по иссеченной ямами и канавками грунтовке: везти в себе пусть и не очень большие задницы, но в количестве четырех штук, по такой местности было непросто. День клонился к вечеру. Кто вечером ездит за грибами – поступает, несомненно, мудро, так что на ознакомление с местной флорой, а если повезет, то еще и фауной, у путников оставалось часа три-четыре, не больше. Ехать собирались долго: то Сыч рвался попробовать покопать, то Дана грозилась, что не будет возиться с грибами, вдобавок еще в доме не обнаружилось нужного количества ножей и корзин, поэтому корзину для Корейца пришлось одалживать у соседского старика. Но в конце концов все же выбрались в лес – самый ближний, буквально на границе города, впрочем, чтобы не переться через поле по высокой мокрой траве с риском угодить по колено в лужу, решили подъехать по грунтовке к самому лесу. Когда-то давно, в нулевые, в овраге возле этого места, на краю леса, местные свиньи устроили несанкционированную свалку крупногабаритного мусора, и только лет пять назад их наконец-то взяли за всякие места, а наваленный хлам засыпали землей. Дорога уже начала зарастать и размываться дождями, так что Сыч все то время, пока они чуть ли не днищем скребли по полю, уныло матерился и грозился остановить машину посреди поля, предоставив спутникам вымокнуть с головы до ног по пути до, собственно, леса.

Естественным образом четверка грибников разделилась: Сыч и Дана пошли изучать опушку, где по логике вещей должно было быть много маслят, тогда как Леонид и Кореец углубились в лес, там добыча обещала быть серьезнее – буквально в двадцати метрах от кромки леса Леонид ухватил здоровенный, но еще ядреный боровик. Незаметно они разбрелись по разным сторонам, упустив друг друга из вида. Спохватился Леонид не скоро.

- Ты Корейца не видел? – спросил он, выбираясь на поляну к показавшемуся на ее конце Сычу.

- Не-е, - помотал головой Сыч, - а что, отбился от стаи?

- Походу, да. Я ему сказал, чтобы далеко от меня не отходил, да бес его знает, может, нашел чего много и увлекся…

Вдвоем они поорали пару минут на разные лады, но никто так и не откликнулся.

- Твоя дама где?

- Да тут где-то по канавам лазит. Может, грибы нашла, а может, кусты подходящие для какой-нибудь нужды. А, так вон она…

Сыч махнул рукой в сторону пробирающейся к ним женской фигурки.

- Вы что тут стоите? Там полная канава лисичек.

- Они резиновые. – хмыкнул Леонид. – И не до лисичек нам. Корейца не видела?

- Какого корейца? – вытаращила глаза Дана.

- Ну чувака, который с нами приехал!

- Почему он «Кореец»?

- Потому что он кореец и жрет все время корейскую морковку. За собак не скажу, не знаю, - протянул Сыч, внимательно оглядываясь по сторонам, - и все же, ты его не видела?

- Нет, я же с тобой ходила все это время. Если ты не видел, стало быть, и я не видела.

- Пойдем в мою сторону. Может, он все еще там. – предложил Леонид.

- Ну да, пошли. Вообще, человек без компаса в лесу постоянно отклоняется вправо и рано или поздно начнет ходить кругами…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Тьфу, черт, я же даже и не заметил, как он оторвался…

- Да найдем, куда он от нас денется? Лес-то небольшой. Хотя… тут где-то рядом брошеная дорога, вдруг он на нее вышел и по ней пошел? Так он да, черт знает куда забредет.

Сыч и Леонид двинулись назад, в ту сторону, с которой вышел Леонид, внимательно оглядывая кусты – не мелькнет ли где синяя спортивная куртка Корейца, но все было тщетно. Тем временем уже явно начало смеркаться.

- Он телефон с собой взял? Ты его телефон знаешь? – спросила Дана, откидывая со лба прядь мокрых волос – в лесу ничего толком не просохло после вчерашнего дождя.

- Нет, откуда? – спросил Сыч.

- Ну вы даете. Телефоны не берете, номеров друг друга не знаете.

- Да блин, откуда я знал, что он от меня оторвется, я же ему сказал – держись меня, из виду не выпускай! – рявкнул уже заметно разозлившийся Леонид.

- А может, это ты от него оторвался. – Сыч показал пальцем на корзину Леонида, где высилась горка крепких молодых боровиков и подберезовиков. – Грибы, они такие. Так заведут, хрен выберешься. Даже такого Сусанина, как ты.

- Может, Ахмелюку позвонить? Он-то должен знать его номер.

- Звони, да.

Тщетно. Сотовая связь до этих дебрей не добралась, лес не попадал в зону покрытия ближайшей вышки, а может, просто что-то мешало. Сунув бесполезный телефон в карман, Леонид заглянул в ближайшие кусты.

- Смотри. Кореец тут был, - он ткнул пальцем в кучку вывороченных грибов с нездорово заостренными растрескавшимися шляпками, - мне-то не надо выворачивать из травы кучу волоконниц [1], чтобы понять, что это какая-то несъедобная дрянь, я и так знаю, что от них добра не жди. Так делают только нубы [2], а Кореец – нуб. Срезал, вертел в руках, не понял, что за гриб, и выбросил.

- Больше никаких следов не оставил?

- Как же. Вон еще куча. Если, конечно, это был он, а так, может, тут еще кто-то шляется?

- Может и шляется. Хотя мы же далеко от опушки, - возразила им Дана. – Этот другой бы скорее всего в другом месте леса зашел.

- Зашел в другом, а вышел в этом, делов-то…

Еще минут пять они нервно орали втроем на все стороны вокруг. Никакой реакции.

- А может, он уже вышел из леса и ждет нас у машины? – предположил Сыч.

- Пойдем, в самом деле, к машине, и еще оттуда поорем. Может он бродит где-то возле опушки, ближе к машине, чем мы сейчас, и оттуда нас услышит.

Но у машины никого не оказалось.

- Кореец, мать твою!! – совсем уже яростно заорал Леонид. – Вылазь из леса-а! Поехали домо-ой!

Само собой, тщетной оказалась и эта попытка.

- Ладно. Поехали. Завтра в милицию пойдем, если к утру сам не придет. Лес тут небольшой, сильно не заблудишься, быстро найдут. - проворчал Сыч.

Они молча погрузили корзины в багажник и уехали, на прощание пару раз посигналив.

Утро началось со скандала.

- Ты совсем идиот? Зачем вот ты его взял с собой в лес, зная, что он ни ориентироваться не может, ни грибов не знает, да и кто он нам вообще? – Дана с угрожающим видом надвигалась на Сыча, вяло уминающего сосиску, стоя у окна. – Что мы теперь делать будем? А если его там медведь сожрет?

- Да нету там медведей, успокойся, мы там сто раз уже бывали, - Леонид устало – как будто не проспал почти девять часов – плюхнулся за стол и потянулся за чайником.

- И ты тоже хорош гусь! Сам, главное, вызвался за ним присматривать, и сам же упустил! Звони в полицию!

- Да позвоню, дай хоть пожрать. И вообще, раз встали раньше – могли бы и сами позвонить, - фыркнул Леонид, намазывая на хлеб паштет. – Тут, знаешь, время-то не стоит на месте.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Зачем я вообще поехала с тобой в твой чертов отпуск? Ты же ребенок, тупой маленький мечтательный ребенок! Клады, грибы, деревня какая-то чертова! Тебе в отпуске больше нечем заниматься, только в перегное рыться?

- Уж всяко интереснее, чем за тобой по пляжу ходить и всекать каждому турку, который начнет к тебе катить шары. – буркнул Сыч, дожевав сосиску. – Или дома в зомбоящик залипать. Я тебя с собой не тащил, в конце-то концов. Сама напросилась.