Страховое право - Алексей Худяков

Гражданский кодекс вообще не оговаривает, кем может быть оспорена страховая стоимость имущества, указанная в договоре страхования. Поэтому данная стоимость может быть оспорена любым лицом, для которого этот вопрос представляет интерес (стороной договора, иным участником страхового отношения, перестраховщиком, лицом, ответственным за причинение вреда, и т. п.).

Возникает вопрос, какой же нормой права в данной ситуации следует руководствоваться. Ясно, что для страховщика более выгодным является Закон, для страхователя – ГК. Предпочтение же следует отдать ГК, так как он в данной ситуации выступает в качестве акта, обладающего более высшей юридической силой.

Что же касается существа дела, то установление правила о неоспоримости предусмотренной договором страховой стоимости направлено на защиту интересов страхователей (выгодоприобретателей) и обеспечение исполнения договора страхования в том виде, в котором он был заключен.

Говоря о размере страховой суммы, Закон «Об организации страхового дела» устанавливает, что при страховании имущества страховая сумма не может превышать его действительной стоимости (п. 2 ст. 10). Гражданский кодекс дополняет данную норму весьма существенной оговоркой: «…если договором страхования не предусмотрено иное (выделено нами. – А. X.)» (п. 2 ст. 947). Причем эта оговорка, что совершенно очевидно, выступает в качестве альтернативы к предусмотренному законом общему правилу, согласно которому страховая сумма не должна превышать страховой стоимости. Таким образом, норма Закона императивна, а норма ГК – диспозитивна; Закон категорически запрещает превышение страховой суммы над стоимостью страхуемого имущества, ГК допускает такую возможность. Сразу же отметим, что в данном случае предпочтение должно быть отдано ГК, так как материальные (горизонтальные) страховые отношения, регулируемые договорным методом, являются предметом гражданского права. Закон же, как и следует из его названия, регулирует вертикальные (организационные) страховые отношения. Размеры страховой суммы и страховой стоимости определяются договором и, собственно говоря, эти вопросы вообще не должны быть предметом Закона «Об организации страхового дела». К тому же согласно п. 2 ст. 3 ГК нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать ГК, т. е. в данном случае установлен приоритет Кодекса.

В принципе, возможность установления страховой суммы в размере, превышающем страховую стоимость имущества, можно толковать как проявление свободы договора, которая является основным принципом гражданского права. И если стороны договорились, совершенно осознанно и не обманывая друг друга, застраховать вещь, которая реально стоит 10 тыс. руб., на 50 тыс., то это их дело. Однако такая постановка вопроса противоречит принципу страхового дела, согласно которому страхование имущества не должно приводить к обогащению страхователя. А здесь такая возможность возникает – в соответствии с договором страховая сумма может превышать страховую стоимость.

Однако, еще более запутывая ситуацию, ГК устанавливает, что если страховая сумма, указанная в договоре страхования, превышает страховую стоимость имущества или предпринимательского риска, то договор является ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость (п. 1 ст. 951). Ничтожность договора означает его недействительность независимо от признания его таковым решением суда (п. 1 ст. 166 ГК).

В итоге имеет место довольно странная юридическая конструкция: страховая сумма в силу соглашения сторон может превышать страховую стоимость (п. 2 ст. 947 ГК), однако в части этого превышения договор страхования является ничтожным (п. 1 ст. 951 ГК).

Попытка объяснить эту ситуацию путем разъяснения, что страхователь и страховщик вправе во взаимному соглашению установить страховую сумму, превышающую страховую стоимость, взяв за основу предполагаемую стоимость имущества на момент совершения страхового случая (т. е. восстановительную стоимость), вряд ли имеет достаточные основания. Статья 947 ГК по поводу страховой стоимости совершенно четко предусматривает, что это стоимость, которую имеет имущество именно в день заключения договора. Поэтому расчет стоимости страхуемого имущества применительно к какому-то иному моменту (в частности, на день свершения страхового случая) дает основание считать, что страховая стоимость данного имущества определена неправильно.

В итоге представляется, что состыковать п. 2 ст. 947 ГК с п. 1 ст. 951 ГК, какие бы хитроумные юридические конструкции при этом не выстраивались, невозможно даже теоретически, поскольку названные пункты содержат взаимоисключающие нормы, выражающие противоположные подходы к решению проблемы. Трудно сказать, что явилось причиной этому, но ясно одно: мы имеем дело с дефектом правового акта, который можно устранить только путем внесения в него изменения. По данному поводу М. И. Брагинский пишет: «Выражение одного и того же правила диспозитивной и императивной нормами означает, что в одном случае допускается, а в другом – исключается возможность включения в договор условия, по которому размер страховой суммы превышает страховую стоимость. При подобной коллизии, которая, следует ожидать, будет устранена законодателем, приоритетом должна, очевидно, пользоваться императивная норма. Такой вывод, помимо прочего, следует из п. 4 ст. 421 ГК, который предусматривает императивные правила как нормы исключительные»[70].

Развивая конструкцию о признании договора ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает страховую стоимость, ст. 951 ГК устанавливает, что уплаченная излишне часть страховой премии возврату не подлежит (п. 1 ст. 951). Отметим, что здесь предусмотрены особые последствия признания договора недействительным, так как по общему порядку должны иметь место либо реституция (возврат части страховой премии страхователю), либо обращение этой суммы в доход Российской Федерации (ст. 167 и 179 ГК).

Установлено также, что если страховая премия вносилась в рассрочку и внесена не полностью, то оставшиеся страховые взносы должны быть уплачены в размере, уменьшенном пропорционально уменьшению размера страховой суммы. Кроме того, предусмотрено, что если завышение страховой суммы в договоре страхования явилось следствием обмана со стороны страхователя, страховщик вправе требовать признания договора недействительным и возмещения причиненных ему этим убытков в размере, превышающем сумму полученной им от страхователя страховой премии (п. 2 и 3 ст. 951 ГК).

Вернемся к вопросу, что же все-таки понимать под превышением страховой суммы над страховой стоимостью? Но предварительно отметим следующее немаловажное обстоятельство. Вопрос о превышении страховой суммы над страховой стоимостью возникает, как правило, лишь тогда, когда произойдет страховой случай и страховщик становится обязанным произвести выплату страхового возмещения. До этого момента завышение страховой суммы его мало беспокоит (а может быть, даже и радует), так как это завышение влечет увеличение размера страховой премии, т. е. приводит к росту его дохода.

Самое очевидное и легкое, что можно представить себе по поводу превышения страховой суммы над страховой стоимостью, так это ситуация, когда страховая стоимость имущества определена в договоре в размере, скажем, 100 тыс. руб., а страховая сумма – 150 тыс. руб. (т. е. с превышением над страховой стоимостью на 50 тыс. руб.). Предположим, что страховая премия, которую страхователь уплатил полностью, определена в размере 10 % от страховой суммы, что составит 15 тыс. руб.

Если руководствоваться ст. 951 ГК, то наступят следующие последствия: договор на 50 тыс. руб. страховой суммы будет считаться недействительным, поэтому страховое возмещение составит 100 тыс. руб., страховая премия (15 тыс. руб.) в полном размере останется у страховщика (как будто он по-прежнему обязан выплатить страховое возмещение в размере 150 тыс. руб.).

Но тогда возникают следующие вопросы: почему страховщик, являясь профессионалом в области страхового дела и заведомо зная, что в части превышения страховой суммы над страховой стоимостью договор является ничтожным (о чем, кстати, страхователь, тем более если им выступает рядовой гражданин, может даже и не подозревать), подписывал такой договор, и за какие такие заслуги излишне полученное страховщиком по договору оставляется ему же. В житейском плане ситуация выглядит очень просто: страховщик подписал такой договор, потому что ему было выгодно завышение страховой суммы, так как это влечет увеличение страховой премии (т. е. его дохода), и не исключено, что он сам же способствовал этому, заморочив несведущему страхователю голову сказками о прелестях страхования. И не произойди страховой случай, все бы шло тихо и мирно: страхователь пребывал бы в сладкой уверенности, внушенной ему страховщиком, что страховое возмещение не только покроет все его убытки, но даже обогатит его; страховщик бы с нетерпением ждал (такова уж его судьба) окончания срока страхования, подумывая о том, как подбить страхователя на продление договора. Но происходит страховой случай, возникает вопрос о выплате страхового возмещения. И тогда страховщик, потрясая Гражданским кодексом, объявляет страхователю, что договор ничтожен, платить он ничего не будет и никаких денег назад не отдаст. Страхователь же, заглянув впервые в жизни в этот самый Кодекс и проконсультировавшись у грамотных юристов, поймет, что его элементарно надули, но судиться бесполезно, потому что закон на стороне мошенников.