Дымная гора - Эрин Хантер

— Я уверен, что… — начал Токло, но рев огнезверя не дал ему договорить.

В следующий миг огнезверь выскочил из-за склона горы и начал с ревом спускаться в долину. Дым и облака пыли вылетали у него из-под лап, глаза сверкали жутким огнем. Каллик обдало холодом, словно она с высоты прыгнула в ледяную воду. Впервые на ее глазах огнезверь сбегал с Черной тропы в долину, но страшнее всего было то, что он сделал это не просто так, а чтобы поймать и убить их всех!

— Бежим, — мрачно скомандовал Токло.

Прыгнув вперед, Каллик помчалась по траве и услышала рядом топот Токло.

— Если потеряемся, — пропыхтел он на бегу, — встречаемся у самого высокого дерева на краю долины.

Подняв голову, Каллик мельком увидела верхушку сосны, возвышавшуюся над деревьями в начале долины.

Она слышала, что огнезверь подбирается все ближе и ближе. Его рычание становилось то громче, то тише, в зависимости от того, бежал он по ровной земле или перелезал через камни и поросшие травой кочки. Как огнезверям удается бегать быстрее медведей, ведь у них такие маленькие черные лапы?

Обернувшись на бегу, Каллик увидела, что двое плосколицых стоят, высунув головы из спины огнезверя. В руках у них были длинные огненные палки, и они целились прямо в нее!

Бац! Бац! Вжжик!

Что-то со свистом пролетело над самым ухом у Каллик.

«Смертельные камешки!»

Она лихорадочно соображала. Луса была маленькой и черной, она легко могла спрятаться в тени между скал, так что плосколицые ее не заметят. Тем более если Каллик уведет их прочь.

— Луса! — закричала Каллик, оборачиваясь и ища глазами подругу. — Беги вон к тем скалам слева! Если успеешь добежать, спрячься там, а потом потихоньку перебирайся к деревьям. Беги быстрее, слышишь?

Она изо всех сил пихнула Лусу, и та со всех лап помчалась к камням.

А сама Каллик побежала в другую сторону. В серых рассветных сумерках ее белая шерсть бросалась в глаза, словно лужа тюленьей крови на белом льду.

Бац!

Она увидела, как Токло врезался в Уджурака и повалил его на землю за мгновение до того, как еще один смертельный камешек просвистел у них над головами.

— Превращайся, Уджурак! — взревел Токло. — Превращайся! Ты должен!

— Нет! — в отчаянии завизжал маленький гризли. — Я останусь с тобой! Я тебя не брошу! Я медведь и хочу быть медведем!

Бац, бац!

— Я погибну, защищая тебя, если ты сейчас же не превратишься, — прорычал Токло. Он сказал это тихо, но с такой яростью, что Каллик расслышала каждое слово даже сквозь топот собственных лап. В этот миг лапы едва не подвели ее. Она хотела остаться рядом с Токло, но знала, что должна увести плосколицых подальше от Лусы. Сердце ее едва не разорвалось пополам, когда она все-таки заставила себя пробежать мимо. Она бежала, чувствуя, что смерть в любой момент может вонзиться ей в бок, продырявив шкуру.

Что-то захлопало над ее головой, и Каллик испуганно пригнулась, но тут же увидела, что это полярная сова-Уджурак взмыл в небо, спасаясь от смерти. Темные клочки медвежьей шерсти еще виднелись на его белых крыльях.

Внезапно она услышала, что огнезверь замолчал, и это было еще страшнее. Теперь Каллик не знала, с какой стороны он подбирается к ней и как близко находится. Прыгнув за большой камень, она испуганно выглянула из-за укрытия.

Где же плосколицые?

Каллик судорожно втянула в себя воздух, пытаясь успокоиться. И тут ее вдруг осенило — даже если она не видит врагов, она может их учуять!

В этом конце долины дыма было меньше, поэтому запахи чувствовались острее. Кроме того, от плосколицых сильно пахло противной жидкостью из бутылок, которые Луса показывала ей, когда они рылись в мусоре. В тот раз Луса предупредила ее, что эта жидкость отвратительна на вкус, а воняет и того хуже. Тем не менее, от всех четырех плосколицых так и несло этим смрадом.

Принюхавшись, Каллик поняла, что двое из них убегают в другую сторону, зато другие двое были где-то совсем рядом. Успеет ли она добраться до деревьев до того, как они ее заметят? Припав к земле, Каллик стала медленно отползать от камня.

И тут она услышала тихий шепот у себя за спиной.

Медленно обернувшись, Каллик увидела двух охотников, стоявших всего в нескольких медведях от нее. Оба смотрели прямо на нее. Молчаливый огнезверь в ожидании стоял за их спинами.

Охотники медленно подняли свои огненные палки.

«Вот как? Ладно! Попробуйте меня догнать! Я белая медведица. Я самая быстрая на свете. Вам никогда за мной не угнаться!»

Оттолкнувшись от земли, Каллик помчалась прочь.

Незнакомая сила бурлила в ее лапах, и она летела, едва касаясь земли. Когда-то они с мамой и Таккиком вот так же убегали от злых взрослых медведей. И от моржей они тоже убегали… Белые медведи умеют бегать очень быстро.

Каллик помнила, какой ужас был написан на мордах у плосколицых, на которых она зарычала возле Большой реки. Может быть, на вид она гораздо страшнее, чем сама о себе думает?

Ведь у нее есть когти и клыки, а в лапах у нее столько силы, что плосколицым и не снилось! Что если она сейчас развернется и бросится на них? Может быть, тогда настанет их очередь убегать?

Но Каллик знала, что у плосколицых есть нечестное преимущество. Огнезвери дают им скорость, а огненные палки позволяют убивать издалека, не пуская в ход когти и зубы.

Острый нюх подсказал Каллик, что плосколицые разделились и остановились, припав к земле. Интересно, что они делают?

«Направляют на меня свои огненные палки!» — догадалась она, услышав за спиной зловещее клацанье металла. Она была большой белой мишенью, отлично заметной на фоне деревьев.

И тут Каллик заметила, что слева от нее земля исчезает. Бросившись туда, она кубарем покатилась вниз по склону. Мокрая грязь облепила ее шерсть, она больно стукалась о камни и стволы деревьев, но продолжала кувырком лететь вниз. Потом она с плеском рухнула в грязный ручей, но и тут не остановилась, а продолжила кататься с боку на бок, пока шкура ее не покрылась толстым слоем глины.

Наконец Каллик остановилась и принюхалась.

Плосколицые потеряли ее из виду, но все равно продолжали бежать в ее сторону. Каллик чуяла их запах и слышала, как ветки хрустят у них под лапами. Что за неуклюжие звери! Убедившись, что шерсть ее окончательно перестала быть белой, Каллик начала осторожно взбираться на противоположный склон, прислушиваясь к доносившимся сзади звукам. Все было тихо — ни радостного топота лап, ни криков, ни клацанья огненных палок. Видимо, плосколицые ее не заметили!

Тогда она побежала. Теперь она точно знала, что ей удалось обмануть плосколицых, потому что их топот стал удаляться совсем в другую сторону.

Что с Лусой и Токло? Сумели ли они добежать до деревьев? Каллик вытянула шею и помчалась изо всех сил.

«Духи, пожалуйста, защитите их!»

ГЛАВА XXIV

ЛУСА

Скользя по мелким камешкам, Луса бросилась к скалам. Сердце ее бешено колотилось. Она не знала, сумела ли Каллик убежать, она видела лишь, что сначала белая медведица неслась рядом с ней, а потом они уже мчались в разные стороны.

Иссеченные ветром скалы и горные вершины бросали густую полосу тени на край долины, и Луса кинулась туда, чтобы укрыться. Впереди виднелись деревья, о которых говорил Токло, но чтобы добраться до них, ей предстояло перейти открытое пространство.

Но Луса не могла тратить время на размышления. Выскочив из-за камня, она в диком ужасе припустила вперед, торопясь добраться до деревьев. Ей казалось, что стоит ей очутиться под ветвями и почувствовать прикосновение листьев, как все ее страхи останутся позади. Духи деревьев не позволят ей умереть. Они спасут ее от плосколицых с их огненными палками. Однажды она уже чуть не умерла, но духи ее спасли. Они ведь знают, что она должна спасти дикий мир!

Сзади раздался громкий крик. Плосколицые все-таки заметили ее!

Бац! Бац! Бац!

Смертельные камешки просвистели над самой ее шкурой.

Не останавливаясь, Луса завизжала от ужаса. Она почти добежала! Деревья были уже совсем рядом.

Бац!

Острая боль взорвалась у нее в плече, и Луса споткнулась на бегу, но все равно не остановилась. Она даже не завыла от боли, а, подавившись криком, заставила себя еще быстрее перебирать лапами. Нельзя, чтобы плосколицые поняли, что она ослабела! Сейчас она должна быть сильной.

Огромным прыжком Луса преодолела расстояние, отделявшее ее от первого дерева. Стоило ей коснуться когтями коры, как могучая сила инстинкта подхватила ее, и Луса полезла вверх так, как учил ее когда-то Кинг — быстро, решительно и не задумываясь.

«Я черная медведица! Я лучше всех умею лазить по деревьям».