Проклятие орхидей - Елена Владимировна Гордина

и Влад тянули лиану на себя. Олеся хваталась левой рукой за камни, пытаясь на них опереться. Еще усилие – и девушку вытянули наружу.

Дмитрий тут же освободил Олесю от лианы и снова кинул ее в яму:

– Следующий!

Павел толкнул Олега в плечо и схватил брошенный конец:

– Пусти!

– Да пошел ты! – Олег рванул Воронина на себя и придавил к земляной стене. – Гнида.

– Мразь. – Павел хотел размахнуться, но места не было, и поэтому он ударил Олега кулаком в нос. – Еще хочешь?

Тихомиров, не обращая внимания на струящуюся по подбородку кровь, вцепился Павлу в шею:

– Придушу, сволоту!

– Папа! – Насмерть перепуганный голос Влада подействовал на Олега отрезвляюще. – Папа!

Павел взглянул наверх и процедил сквозь зубы, отталкивая Олега от себя:

– Скажи спасибо своему выродку.

– Что? – Тихомиров снова набросился на Павла. – Да я тебя сейчас!

– Павел! – грязная, в порванной футболке Олеся сидела у самого края. – Вы что, хотите там остаться навсегда?

– Почему? – буркнул Воронин, отодвигаясь от Олега на максимально возможное расстояние.

– Потому что меня кто-то сюда столкнул. СТОЛКНУЛ! Вы понимаете, что это значит? – Олеся была страшно зла. – А значит, этот кто-то все еще бродит рядом. А вы, два здоровых мужика, метелите друг друга как придурки.

– Все, я вылезаю. – Олег схватил конец лианы и, отталкиваясь ногами от стенок, начал подниматься наверх. Дмитрий и Влад еле-еле удерживали лиану в руках.

Павел с ненавистью сплюнул и поддал ногой ворох прелых листьев. Неожиданно громкое шипение заставило его содрогнуться всем телом, неизвестно откуда, совсем рядом, появилась темно-бурая лента, которая, извиваясь и виляя, поползла прямо на него.

– Помогите! – не своим голосом заорал Воронин и, схватив брошенный ему конец лианы, моментально вскарабкался наверх. – Там змея!

Путешественники бросились к краю ямы.

– И, похоже, не одна, – в ужасе пролепетал Влад. Желто-бурое от листьев и змей дно ямы теперь извивалось и шипело. Как минимум три огромные змеи ползали по тому месту, откуда только что вытащили незадачливых искателей орхидей.

– Еще одна, – теряя самообладание, выпалила Олеся и отпрянула назад. – Я не могу на это смотреть!

А змеи прибывали и прибывали. По всей видимости, Павел случайно потревожил их гнездо, и теперь хозяйки ямы пытались разобраться с незваными гостями.

– Смотрите! – Дмитрий тоже отодвинулся от края. – Они ползут к нам!

И действительно, одна змея, громко шипя и раздувая небольшой капюшон на спинке, играючи переползая с одного корня на другой, поднималась вверх.

– Пойдемте отсюда! – Олег схватил Влада за руку и бросился прочь. Олеся, Павел и Дмитрий побежали следом.

Едва они вылетели из джунглей, как Олеся сразу же увидела около подвесного моста чумазую Татьяну.

– Она давно здесь? – задыхаясь от быстрого бега, Олеся обратилась к Воронину, трусящему рядом.

– Давно. А что? – Павел тоже задыхался.

– А то. – Олеся остановилась и прижала больную руку к груди. Несмотря на то что рука уже начала двигаться самостоятельно, бег все равно причинял сильную боль. – Она должна была видеть, кто меня толкнул в спину. Я шла впереди, Татьяна за мной.

– Олеся Викторовна! – Татьяна бросилась к ней навстречу. – Вы живы? Господи, какое счастье! – Она обняла девушку, заставив ее снова застонать от боли.

– Рука, – пискнула Олеся, сжимая зубы. – Осторожно.

– Простите меня, – Татьяна заливалась слезами. – Я была в таком шоке, в таком шоке…

– А что случилось? – Олег, Дмитрий и Влад окружили их кольцом.

– Я была в таком шоке, – снова проверещала Татьяна и принялась рыдать. – Мы шли по джунглям… Олеся впереди… я за ней… я увидела интересный плод… Ну такой необычной расцветки… подошла к дереву, – она ревела как белуга, – и не заметила, как откуда-то появился этот страшный человек!

– Какой человек? – Олег разорвал свою рубашку и привязал Олесе руку к груди. – Вы его запомнили?

Павел обнял Олесю за плечи.

– Это местный житель?

– Я не помню, – Татьяна билась в истерике. – Я так испугалась, так испугалась! Особенно когда он толкнул Олесю в спину, и она исчезла, я бросилась бежать!

– Но почему вы не рассказали об этом папе? – Влад нервно ухмыльнулся. – Когда вы выбежали к мосту, я же сказал, что вас с Олесей Викторовной все ищут. Почему вы промолчали?

– О господи, – Татьяна просто умылась слезами. – Я была в таком шоке!

– Прекратите допрос. – Дмитрий обнял Татьяну и прижал к себе. – Вы же видите, что женщина перепугана насмерть.

– И действительно, хватит. – Олег подошел к подвесному мосту. – Нам пора валить отсюда, и валить по-быстрому. Когда мы найдем относительно безопасное место, мы поговорим обо всем. Тем более что нам есть о чем поговорить.

Тихомиров сначала нерешительно встал на хрупкое с виду сооружение из палок и лиан, а потом уже куда увереннее зашагал к середине моста.

Дойдя до конца, он резко повернулся и быстрым шагом отправился назад.

– Пойдем по очереди, так надежнее, – наконец крикнул он путешественникам, поднимая свою сумку с земли. – Влад! Ты пойдешь следующим!

Глава 26

Секунды сливались в минуты, минуты в часы, а часы в сутки. Аня порой не могла понять, что сейчас – раннее утро или поздний вечер. Монотонная, выматывающая работа, сумасшедшая жара, тучи насекомых и странные женщины, похожие на дьявольских кукол в своем безразличии ко всему.

Ее будили в четыре утра, обычная лепешка с водой, минуту на туалет – и бегом на работу, иначе она получала увесистый подзатыльник, щедро отпущенный все тем же «главой».

За несколько дней Аня успела возненавидеть этого мужчину всей душой, он постоянно был рядом с ней, Аня то и дело натыкалась на его угрюмый холодный взгляд.

Огромный котел с кипящим пальмовым соком, возле которого она проводила весь день, напоминал ей преисподнюю. Покуда варево остывало, следовало очень быстро изготовить из пальмового листа сотню-две небольших кружочков, наподобие колечек, и выложить их на три плоских камня. А потом все той же палкой, которой она помешивала варево, разлить теплый сахар по формочкам. Далее она отмывала котел и начинала все сначала.

Одуряющая жара, красное распаренное лицо, неимоверно зудящее от укусов насекомых, распухшие, обожженные руки – Аня находилась на грани безумия. Все чаще и чаще в ее голове возникала мысль о побеге. Но куда бежать? В какую сторону? К кому?

Постепенно, уставая до крайности, Аня стала забывать о Сергее, об Ия, да вообще обо всем на свете. Хотелось только одного, приползти в свой домик, на голый пол, в тишину и одиночество.

Девушка давно не мылась, перестала расчесывать волосы и хоть как-то реагировать на внешнюю жизнь. Подъем – работа – сон, подъем – работа – сон.

Нет, Ане