Девять смертных грехов - Антон Дмитриевич Емельянов

пожар чистотой. Корабль за кораблем — окружить, подчинить себе, остановить разрушения. К счастью, их было не очень много.

— Удивительно, но ваши письма сработали, — Сильвер следил за подсвеченными в зареве порта флагами. — Никого из крупных отрядов тут так и не появилось. Если не секрет, что вы им написали?

— Да никакого секрета! — Васко налегал на весла. Они должны были затеряться среди пиратов до окончания паники. — Написал от имени герцога Альба, что предлагаю им предать Моргана, когда я через неделю приеду наводить тут порядок. Формально я ведь действительно тут по его приказу.

— И они согласились? — Сильвер не мог поверить, что кто-то там легко поддается чужим словам.

— Не знаю, — Васко пожал плечами. — Но думаю, что они просто посмеялись.

— Вчера посмеялись, — в разговор включился шеф Хуан, — а сегодня, когда порт загорелся, задумались.

— Они решили, что это герцог напал раньше объявленного срока, — понял Сильвер. — Но зачем бы ему спешить? Разве что… — его осенило. — Они решили, что кто-то другой мог согласиться!

— И поэтому, подозревая друг друга, они не стали торопиться, чтобы понять, кто побеждает, герцог или Морган, и занять правильную сторону, — до досок причала оставалось меньше двадцати метров. Теперь лодки Васко накрывал свет от пожара, и нужно было постараться не попасться никому на глаза.

— И все же что это вам даст? Ни этот пожар, ни задержка части пиратов, ни тем более наш небольшой отряд — даже все вместе мы ничего не сможем сделать Моргану и его острову, — Сильвер так и не сумел понять весь замысел.

Завтра в городе, конечно, будет много шума, но… Сколько кораблей пострадало безвозвратно? Всего пара! Остальные уже за неделю вернутся в строй, и ничего не изменится. Молодой рубака пытался понять, на что рассчитывает барон, но ему не хватало опыта, а отвечать ему уже никто не собирался. Лодки тихо стукнулись о борт «Кракена», и барон со стражниками быстро рванули вверх. Занять корабль, выбрать момент и… Васко скользил взглядом по стоявшим перед ним людям из первой группы. Мигель, Малыш, другие стражники и пираты. Не хватало только одного.

— Где Мануэль? — голос барона дрогнул.

— Он ушел в горы на испытание Моргана, — ответил Мигель и отвел взгляд в сторону. — Мы ждали его, но он задержался. А потом пришло время выдвигаться на корабль, но… — стражник сжал кулаки. — Молодой господин очень сильный, он точно выберется.

Васко сжал зубы так, что те захрустели. Как же он сейчас ненавидел себя. За то, что оказался недостаточно силен, чтобы защитить семью. Сначала его жена, потом сын. Он никого не смог сохранить. Только честь. И то — сколько ей еще осталось? Барон сгорбился, но через мгновение расправил плечи. Он доведет дело до конца, выполнит приказ, а потом… Герцогу Альба придется за все ответить.

— Выступаем! Наша цель — большой западный склад! — барон проревел приказ, но не успел сойти с места.

По причалу промелькнула еле заметная тень, а потом на корабль на всей скорости заскочил парень с закинутыми на плечи мешками. Пять огромных баулов, было непонятно, как они на нем умещаются… Барон присмотрелся, а потом чуть не заорал во от радости. Его Мануэль вернулся!

— Отец! — тот крепко обнял Васко. — Надо уходить!

Мануэль сбросил на палубу «Кракена» свою добычу, и в тусклом свете начавшего утихать пожара блеснули золотые монеты. Очень много золотых монет.

— Там еще девушка! — Малыш заметил торчащую из другого мешка ногу. — Ты притащил труп?

— Да живая она! — возмутился Мануэль. — Добычи много, иначе мне было ее просто не утащить. Но все потом! Сначала уберемся подальше!

— Сначала склад, — Васко покачал головой. Сейчас, когда сын вернулся, он точно собирался довести их план до конца. — Если мы не подожжем сокровища Моргана, то на небольшом пожаре все и закончится. Он должен быть в ярости, ты же помнишь! В ярости, чтобы захотел наказать тех, кто выжидал, кто даже не предал, а только думал о предательстве!

Малыш с Сильвером присвистнули, наконец, осознав, что задумали ишпани. Заставить всех подозревать друг друга, ударить по страху и гордости, а потом столкнуть лбами. Возможно, это действительно был единственный способ победить. Дать пиратам проредить свои ряды, чтобы у выживших еще нескоро появилось время покушаться на побережье королевства.

— Морган уже в ярости, — Мануэль растрепал волосы. — Или скоро будет. А еще… Я нашел другой способ. Мы не просто заставим их сражаться друг с другом — мы сожжем этот остров дотла!

Васко несколько долгих мгновений смотрел на сына, словно проверяя его уверенность, а потом отдал приказ.

— Уходим, — одно слово, и десятки человек бросили оружие и разбежались по кораблю.

Нужно было вытащить якорь, поставить минимум половину парусов и поскорее убраться подальше, пока в порту еще не погасили пожар, пока вокруг царили паника и хаос. И они успели. Позади остались бухта, проход между рифами, «Кракен» отплыл на несколько километров, когда небо над островом вспыхнуло, и огромные красные крылья накрыли его от края до края.

— Вторая форма Моргана, — выдохнул барон, глядя на чужую силу, которой они бросили вызов.

— Вторая форма гранд-капитана Моргана, — поправил его Мясник, показываясь из тени. Не только некоторые пацаны умели прятать свое присутствие от других. А он уже узнал все, что хотел.

* * *

Я почувствовал Мясника только когда тот заговорил. Внутри вспыхнула паника, но мгновенно угасла. Голубая лилия расцвела внутри и отгородила от всего лишнего.

— Кто ты? — отец выхватил меч.

Он был нашим лучшим мечником, вот только Мясник словно не замечал смотрящий на него клинок. А потом рука отца дрогнула. Чистота красноволосого пирата оказалась настолько сильна, что смогла отвести в сторону даже еще не нанесенный удар.

— Я — правая рука гранд-капитана, — Мясник задумчиво смотрел сквозь нас на проявление силы своего господина. — Хотел проверить, кто еще вам помогал. Как оказалось, вас не так много. Шумные насекомые. Вы почти убежали, но пришло время расплаты.

Скука, усталость. Я чувствовал эмоции Мясника словно через пелену — эффект открытия голубой лилии проходил. Но мне и не нужно больше.

— Две недели, учитель, — я показал пирату два пальца.

— Что ты имеешь в виду? — он склонил голову набок, но не стал поправлять использованное мной обращение.

— Две недели, и гранд-капитан Морган будет уничтожен. Окончательно и бесповоротно. Вы хотели, чтобы я показал себя, выжив в горе — так я сделаю еще больше!

— Хочешь, чтобы я предал Моргана? — Мясник нахмурился.

— У нас же не война… Если один герцог бросил вызов другому, то для барона или графа не будет предательством остаться в стороне. Наоборот, помешать господину сразиться, сомневаться в его силах — вот, что было бы предательством.

Все собравшиеся на корабле переводили взгляды с меня на Мясника и обратно. Когда я сказал «учитель», отец побледнел. Когда выдал последнюю речь, шеф Хуан закатил глаза. Малыш и Сильвер, наоборот, с каждым словом лишь все ярче сияли.

А потом Мясник расхохотался.

— Маленький щенок показывает зубы. Хочешь, чтобы я поверил, будто ты не домашний пес, а настоящий волк? А хорошо! — Мясник рубанул рукой. — Две недели ты погостишь у меня, и я посмотрю, сможешь ли ты сдержать слово.

— Только если не на острове, — уточнил я.

Глаза Мясника удивленно расширились, а потом он задумчиво кивнул. Отец медленно опустил меч. Из мешка раздалось возмущенное сопение Паулы. А где-то вдали огненные крылья продолжали сжимать остров. В отличие от нас и от Мясника, гранд-пират Морган ни с кем не собирался договариваться. Он узнал о нападении, узнал о сомнениях своих рубак и теперь жестко разбирался с каждым, кто не поспешил умереть ради него.

* * *

Две недели пролетели незаметно. «Кракен» уплыл, высадив нас с Мясником на небольшом островке в десяти километрах от острова Моргана. Отец долго спорил, собираясь остаться со мной, но мне нужно было его слово и сила для реализации плана. В итоге он согласился, но напоследок о чем-то долго беседовал с Мясником один на один.

Паула тоже собралась было остаться со мной. После предательства Гастона она стала меньше доверять людям, особенно тем, кого видела впервые в жизни. Неожиданно моего слова, что ее целой и невредимой вернут в ближайший порт герцогства Осуна, оказалось достаточно, чтобы она передумала. Выслушала меня, кивнула, развернулась и отправилась на корабль, словно