Некромант Серогорья - Евгений Витальевич Клецко

даже остановился от внезапной мысли. Не факт, что сработает, но вдруг? В инвенте целых пять свитков, зачем  идти сквозь лес. Дверь поддалась легко, старые петли явно кто-то смазал. Внутри полумрак, глаза после солнца привыкают медленно, но я уверенно затворил вход. Если и есть сейчас безопасное место, то оно в жилище Русаны.

– Ха, парень! Явился не запылился. Вот так и знал свидимся! Земля, тьфу ты, Серогорье круглое.

Я отпрянул от знакомой напористой речи, что уже слышал сегодня. Почти выбил спиной дверь, вжался как трус в доски. За столом скалит белые как мел зубы гигант в чёрных доспехах. Он улыбнулся мне ещё шире и шрам на щеке стал похож на косой месяц.

– Это было очевидно, – процедил старик, что занимал место по правую руку от Дарта. – Куда ему ещё идти. Драться толком не умеет, а уже взвалил на плечи судьбу мира. Садись Одуван, есть разговор.

Дарт, вторя седому старцу небрежно указал на стул. Пришлось повиноваться, с тёмным рыцарем шутки плохи. Я сел, и как прилежный ученик опустил локти на стол. Пусть пока всё идёт по их правилам. Если что, мигом телепортируюсь в бар, а там будет видно. Две рукояти мечей по-прежнему торчат за спиной рыцаря.. В свечном свете блики на доспехах собираются на частых вмятинах и старых следах от пламени. Неужели ему приходилось сражаться с драконами? Дарт безусловно один из лучших мечников. С ним может сравнится разве что сам магистр Мошпаран из крепости Большой Коготь, но тот далеко за серыми горами, почти на другом конце карты, а этот зверь в доспехах здесь, люто смотрит прямо в глаза.

Незнакомец в чёрной робе, с длинным, почти до плеч седыми волосами в отличие от Дарта, будто застыл во времени. В серых, забитых густым пеплом глазах читается безразличие, а на сморщенном лице отсутствуют эмоции. Что-то в нём показалось смутно знакомым. Некоторые черты внешности, как и характера нельзя скрыть. Всё встало на места, лишь увидел приставленный к стене посох с кровавым кристаллом. Однажды держал в руках и почти оставил себе, но удержался. Должно быть высокая степень познаний в некромантии помогли Амон Анвару омолодиться на пару сотен лет. Раньше тёмный жрец походил даже не на восставший труп, а на нечто среднее между зомби и мумией. Я повёл взглядом по столу. В прошлый визит юная травница  разнесла половину хижины. Почти вся посуда тогда разбилась, и откуда спрашивается новая?

– Как ты наверное догадался, мы встретились неслучайно, – гнусаво сказал Амон Анвар.

– Где Русана? Я пришёл за ней.

Дарт ударил по столу так, что чашки подпрыгнули, а причудливо разукрашенное блюдце покатилось, разлетелось на полу в мелкие черепки. – Тут мир загибается, а он ищет юбку покороче! Амон, ты уверен что это тот самый? – повернулась черноволосая голова-котёл к жрецу. Я тоже видел ворона, ну так их по Серогорью тысяча, не меньше.

Амон Анвар выдохнул, опустил пепельный взгляд. Мне стало немного стыдно, то ли за неуместный вопрос, то ли за свою беспомощность.

– Думаешь я просто так тебя до города вёз, с коня семь потов согнал? – повернулся Дарт теперь ко мне. – Ты парень давно уже должен был отставить все эти бирюльки в сторону. Мы не в игры играем, понял.

– Успокойся мой друг, – положил Анвар тощую руку на плечо Дарта. – Мой будущий ученик ещё плохо понимает происходящее. Он как рыба, что знает лишь родное озеро и не видит рыбаков у берега. Наш долг направить его в нужном направлении, а дальше, сам разберётся.

Старик оправил седые пряди за спину и улыбнулся мне, но получилось натянуто, через силу. Стало понятно, разговор даётся ему с трудом. Он бы с удовольствием превратил недоучку в чумного зомби, но почему-то вынужден подбирать слова.

– К слову, раз уж спросил, Русана скоро вернётся. Прошлые наши обиды отныне забыты, и ей ничто не угрожает. Во всяком случае от меня, – добавил Анвар угрюмо.

Дверь позади распахнулась, в хижину ворвался запах весенних цветов и дождевого леса. Не оборачиваясь понял, что угадал. Сердце сжалось, с трудом поборол желание обернуться, сказать что-нибудь доброе.

– Я опоздала? – спросил застенчивый голосок.

– Присаживайся с гостем, – ровно сказал Амон Анвар. – Ты как раз вовремя.

Дарт подскочил быстрее, чем я успел подумать, одним неуловимым движением подставил девушке стул.

– Спасибо, – кротко кивнула златовласая Русана, и взглянула на меня чарующей зеленью глаз. – Ты вернулся за мной? Я думала ушёл навсегда.

Я должен был что-то ответь. Например, что пришёл вернуть кинжал, или хотя бы поздороваться, но её невидимая сила сковала сильнее всяких заклинаний. Меня хватило лишь глупо улыбнуться и пялиться как та самая рыба из озера.

– Одуван, я о чём только-что распинался! – рявкнул Дарт, смотря как на пустое место.

– А о чём это вы беседовали пока я искала Драконий Корень? – влезла в разговор Русана, но тут же пожалела.

– Тебя это не касается ведьма, и лучше молчи пока взрослые дяди разговаривают. Корень хоть нашла? Мы с Амоном и так здесь задержались, оставаться на одном месте опасно.

Русана, как мне показалось, спрятала глаза, но на самом деле просто опустила взгляд к походной сумке через плечо. Из неё вытащила толстый жёлтый корень, похожий на перезрелую морковку,  и протянула Дарту. Рыцарь остался неподвижен, вместо этого Амон Анвар развернул ладонь кверху, и плод перелетел к нему.

– Замечательно, – сухо сказал волшебник. – Пока я буду готовить, уважаемый Дарт, могли бы вы поведать этим детям, что их ждёт дальше. Я считаю им полезно для общего развития.

– Охотно мастер.

Дарт достал из инвентаря огромный, перемотанный красной шёлковой верёвкой пергамент и расправил в стороны, так что края опрокинулись за столешницу. Сверху прижал оставшейся посудой.

Русана во всю распахнула глаза, даже дрожать перестала, настолько прилипло её внимание. Перед нами предстала одна из самых детальных карт, что когда либо видел. Никогда не подозревал о существовании подобных. Обычно всё сводилось к отображению одной из земель, а тут будто фотография целого мира с высоты полёта. Тем временем Амон Анвар водрузил перед собой алхимический стол и неспешно выставлял на грани шестиконечной звезды ингредиенты. Я заметил большой кусок мела и драконье стекло, ещё маг насыпал горкой  красный кристаллический порошок. Тёмный жрец был одним из лучших алхимиков своего времени, возможно потому я не разберу и единого слова из заклинания. Тонкие губы двигаются слишком быстро. В мире Серогорья для изготовления зелья достаточно знать формулу и иметь материалы, но мастера высших уровней умеют творить наговор, что значительно улучшает свойства