Закон пустыни - Кристиан Жак

– Почему вы взяли на службу бывшего управляющего Кадаша, чья нечистоплотность известна всем?

– Моя служба по найму людей совершила ошибку. Мы с Кадашем были убеждены, что этот презренный человек покинул провинцию.

– Он ее действительно покинул, но лишь для того, чтобы встать по главе вашего большого имения возле Гермополя.

– Он назвался чужим именем. Будьте уверены, завтра же я его уволю.

– В этом нет необходимости. Он в тюрьме.

Судовладелец поглаживал свою маленькую бородку, из которой торчали несколько непокорных волосков.

– В тюрьме! Какое же преступление он совершил?

– А вы не знали, что он укрывает краденое?

– Укрывает! Как это ужасно!

Денес казался возмущенным.

– Незаконная торговля амулетами, он хранил товар в сундуках, – уточнил Пазаир.

– У меня, в моем поместье? Невероятно, немыслимо! Я бы хотел, чтобы эта история осталась между нами, мой дорогой судья; нельзя допустить, чтобы этот негодяй запятнал мою репутацию.

– Выходит, что вы одна из его жертв.

– Зная, что я редко бываю в этом поместье, он использовал меня самым подлым образом. Дела держат меня в Мемфисе, и я не люблю деревню. Надеюсь, он будет сурово наказан.

– Вы ничего не знаете о том, чем занимается ваш управляющий?

– Абсолютно ничего! Совесть моя чиста.

– И вам неизвестно, что в вашем поместье он прячет большие ценности?

Судовладелец выглядел изумленным.

– Не может быть! Какие ценности?

– Это тайна следствия. Вам известно, где находится ваш друг Кадаш?

– Здесь. Он очень утомлен, и я предложил ему остаться у меня.

– Если его здоровье позволяет, могу я его видеть?

Встревоженный Денес послал за зубным лекарем.

Энергично жестикулируя, не в силах усидеть на месте, Кадаш пустился в путаные объяснения, то отрицая, что он нанимал управляющего, то обещая его немедленно выгнать из поместья. На вопросы Пазаира он отвечал выспренними и бессмысленными фразами. Или седовласый лекарь терял разум, или он морочил судье голову. Пазаир прервал его.

– Я прихожу к выводу, что вы ничего не знаете, ни тот ни другой. Видимо, торговля амулетами шла мимо вас.

Денес поздравил судью с такими выводами. Кадаш исчез, не попрощавшись.

– Его можно извинить: возраст, переутомление…

– Следствие продолжается, – добавил Пазаир. – Управляющий всего лишь мелкая сошка; я найду организатора этой аферы. Будьте уверены, я поставлю вас в известность.

– Вы меня очень обяжете.

– Я бы хотел переговорить с вашей супругой.

– Не знаю, когда она вернется из дворца.

– Я зайду вечером.

– Это необходимо?

– Абсолютно.

Госпожа Нанефер предавалась любимому занятию – шила наряды. Судью провели в ее мастерскую. Тщательно накрашенная, она кроила рукав длинного платья, и приход судьи встретила с раздражением.

– Я устала. Когда тебя беспокоят в собственном доме, это неприятно.

– Я очень сожалею. Ваша работа восхитительна.

– Мой талант портнихи произвел на вас впечатление?

– Огромное.

Нанефер слегка растерялась.

– Что означает…

– Где вы берете ткани, из которых шьете?

– Это касается только меня.

– Ошибаетесь.

Супруга судовладельца отложила свою работу и оскорбленно встала.

– Я вас прошу объясниться.

– В вашем поместье, в Среднем Египте, среди прочих подозрительных объектов найдены рулоны льна, одежда и покрывала. Полагаю, что все это принадлежит вам.

– У вас есть доказательства?

– Строго говоря, нет.

– В таком случае избавьте меня от этих откровений и покиньте мой дом.

– Я вынужден это сделать, но скажу вам одно: провести меня вам не удастся.

Пантера закончила свою работу. Волосы умершего вчера больного, несколько зерен ячменя, украденных из могилы ребенка, прежде чем ее закроют, яблочные семечки, кровь черной собаки, уксус, ослиная моча, древесные опилки – приворотное зелье получится надежным. Уже две недели светловолосая ливийка буквально ложилась костьми, чтобы добыть все ингредиенты. По-хорошему или по-плохому, но соперница это снадобье выпьет. Истощенная любовью, она навсегда потеряет вкус к любви и разочарует Сути. И тогда он ее бросит.

До Пантеры донесся какой-то шум. Пройдя через сад, в маленький белый домик кто-то вошел.

Она потушила лампу, освещавшую кухню, и вооружилась ножом. Значит, она посмела! Эта стерва преследует ее в ее собственном доме, видимо, рассчитывая свести с ней счеты! Непрошеная гостья вошла в комнату, открыла дорожную сумку и начала кидать туда вещи. Пантера занесла свое оружие.

– Сути!

Молодой человек обернулся. Увидев блеснувшее лезвие, он увернулся. Ливийка уронила нож.

– Ты с ума сошла?

Он поднялся и, прижав лезвие ногой, схватил ее за запястья.

– Это что, нож?

– Чтобы пронзить ее!

– О ком ты говоришь?

– О той, на которой ты женился.

– Забудь ее и меня тоже.

Пантера вздрогнула.

– Сути…

– Ты видишь, я уезжаю.

– Куда?

– Секретное задание.

– Лжешь, ты идешь к ней!

Он расхохотался, отпустил ее, засунул последнюю тряпку в сумку и повесил ее на плечо.

– Можешь быть спокойна, она со мной не едет.

Пантера вцепилась в любовника:

– Ты пугаешь меня. Объясни все, умоляю!

– Меня могут привлечь к ответственности как дезертира, поэтому мне надо уехать из Мемфиса как можно скорее. Если полководец Ашер поймает меня, я умру в ссылке.

– И твой друг Пазаир не вступится за тебя?

– Я совершил ошибку и расплачиваюсь за нее. Если я исполню его поручение, то с Ашером будет покончено, и я смогу вернуться.

Она страстно обняла его.

– Если ты солгал, – пообещала она, – я убью тебя.

С помощью подчиненных Кани Кем провел следственные действия в мастерских, производящих самые дорогие амулеты, но его усилия оказались тщетными. Верховный страж покинул Фивы и сел на судно, направлявшееся в Мемфис, где продолжил расследование, также не давшее результатов. Нубиец погрузился в размышления.

Эти великолепные предметы, ставшие объектом незаконной торговли, видимо, производились ремесленниками-одиночками. С помощью своего незаменимого павиана Кем провел несколько допросов. Один из свидетелей, карлик-сириец, согласился помочь следствию за три мешка ячменя и осла, не старше трех лет. Составлять докладную по всей форме и дожидаться обещанного вознаграждения официальным путем заняло бы слишком много времени. Поэтому нубиец решил пожертвовать собственным карманом, но пообещал карлику пересчитать ему ребра, если тот злоупотребит его доверием. В своих показаниях сириец упомянул об одной подпольной мастерской, открывшейся два года тому назад в северном квартале, возле судоверфи.