Лев-триумфатор - Филиппа Карр

Через какое-то время Мария вернулась и потрогала мои волосы, затем гребнем расчесала их, купая пряди волос в солнечном тепле. Я попыталась выяснить, что она знает о моем положении, но это было невозможно.

Наверное, прошло уже более часа. Солнце стояло низко и клонилось к закату, из чего я заключила, что сейчас должно быть около шести часов вечера.

Мария пригласила меня в спальню и усадила в кресло перед полированным металлическим зеркалом. Соорудив на моей голове прическу, которая, бесспорно, шла мне, она воткнула в нее гребень, похожий на тот, который я купила у разносчика. Мне показалось, что это символ. Ведь с него все началось, а сейчас наступает кульминационный момент.

Она достала из шкафа бархатное платье цвета шелковицы, отороченное горностаем, и надела на меня.

— Чье оно, Мария? — спросила я. Она засмеялась и указала на меня.

— Кому оно принадлежало раньше? — От него шел легкий запах. Такой же, как от масла, которым меня натерли.

Она снова указала на меня. И я прекратила бесполезные расспросы.

В дверь постучали. Мария вышла, и я услышала быстрый разговор. После этого она вернулась и предложила проследовать за ней по коридору из спальни в комнату, куда Мария меня буквально втолкнула, закрыв дверь. Я увидела накрытый стол с цветами. На стенах мерцали свечи в канделябрах. Я шагнула вперед и тут же почувствовала на себе чей-то взгляд.

Дон Фелипе Гонсалес поднялся со стоявшего в тени кресла и поклонился мне.

— Где моя сестра? — спросила я.

— Мы ужинаем одни. — Он взял мою руку и грациозным жестом пригласил к столу.

— Мы будем разговаривать на вашем варварском языке, — сказал он, — так как я знаю его.

— Это будет лучше, — ответила я, — так как я знаю только несколько слов на вашем языке.

— Не опускайтесь до бесполезной перебранки. Это сослужит вам плохую службу.

— Я здесь пленница, но вы не можете заставить меня молчать.

— Вы должны научиться вести себя покорно и вежливо. Вы должны запомнить, что бессмысленная перебранка не поможет вам.

Меня раздражала и пугала его манера разговаривать.

— Сейчас мы перекусим, а потом поговорим. Я объясню, что ожидает вас.

Он хлопнул в ладоши, и появились слуги. Они внесли горячие блюда и расставили их на столе. Нам подали что-то рыбное. Блюдо пахло гораздо лучше соленого мяса, бобов и сухарей, в которых часто попадались жучки.

— Вам это понравится, — сказал он.

Блюдо действительно пришлось мне по вкусу. Я удивлялась тому, что могу есть с таким удовольствием в подобной ситуации и в столь странной компании.

Далее последовала свинина с крошечными зелеными овощами, которых я раньше не пробовала.

— Garbanzos con patas de cerdo, — произнес он. — Повторите.

Я повторила.

— Ваш акцент убивает меня, — сказал он. — Звучит очень грубо.

— Вы не можете ожидать от моего варварского языка, чтобы он звучал так же хорошо, как ваш, — ответила я.

— Ваши слова не лишены здравого смысла.

— Должна же я, в конце концов, завоевать ваше одобрение.

— Поймите, слова могут быть напрасны. Ешьте, а потом мы поговорим о причине вашего появления здесь Я ничего не ответила и продолжала есть. На десерт подали фрукты — финики и маленькие желтые плоды, которые назывались, как я узнала позже, бананы, и которые были особенно вкусны.

— Вам не терпится узнать, где вы находитесь. Нет причин скрывать это. Вы на одном, главном, из Счастливых островов.

— А почему их так называют? — спросила я.

— Не перебивайте. Эти острова раньше назывались Канарскими, потому что, когда сюда пришли римляне, здесь было много собак. Они назвали их «Острова собак» или Канарскими. Собаки исчезли. Острова были заселены воинственными людьми — гуанчи, которые живут здесь и сейчас. Они — дикари и раскрашивают свои тела темно-красной смолой драконовых деревьев. Мы покорили их. Флаг Испании развевается теперь над этими островами. Правда, французы обосновались здесь первыми, но они не смогли поддерживать порядок. Для испанцев острова представляли большой интерес, поэтому мы просто купили их у французов.

— По крайней мере, теперь известно, где я.

— Это окраина города Лагуны, который мы построили. Возможно, вам разрешат ходить в город. Это будет зависеть от вашего поведения.

Пока дон Фелипе говорил, еду убрали, оставив на столе лишь серебряный кувшин с медом.

Дверь закрылась, мы остались вдвоем.

— Теперь послушайте, почему вы здесь и почему наши пути пересеклись. Вы нужны мне для выполнения моего плана.

— Какого?

— Не торопитесь, сохраняйте спокойствие. Послушайтесь совета. Я не хочу, чтобы вы думали, что я похож на варваров с вашего острова. Будьте благоразумны, уступчивы, делайте то, что от вас ждут, и вы оградите себя от несчастья и унижения. Я не грубый пират, а воспитанный человек; происхожу из благородной семьи, состою в дальнем родстве с королевским домом Испании. Я человек со вкусом и чувствами. То, что я должен сделать, противно мне. Я верю, что вы перенесете все. Продолжаю.

Я покорно склонила голову.

— Я — губернатор этих островов и управляю ими именем Испании. Наступит день, когда нам будем принадлежать весь мир. Но на морях появились мародерствушие пираты, и ваш народ особенно агрессивен. У вас есть смелые мореходы, но есть и авантюристы без жалости и совести, которые грабят наши прибрежные города и насилуют наших женщин.

— Не только наш народ виновен в пиратстве, — возразила я. — Говорю это по собственному опыту.

— Вам следует знать, что здесь вы должны держать язык за зубами. Женщине подобает в присутствии своего хозяина быть вежливой и любезной.

— Так вы мой хозяин?

— Вы здесь, чтобы повиноваться мне. И станете повиноваться. Но помолчите, иначе выведете меня из себя.

Его слова заставили меня замолчать.

— Продолжим. Я приехал сюда пять лет назад. Я был помолвлен с девушкой из благородной семьи. Изабелла получила прекрасное воспитание. Когда я покидал Мадрид, ей исполнилось только тринадцать лет, слишком мало для замужества. Она должна была приехать ко мне, когда ей исполнится пятнадцать лет. Эти два года прошли, и нас обвенчало доверенное лицо в Мадриде. Сам король присутствовал на церемонии. Затем она отправилась из Испании сюда. Мы готовились встретить ее. Наша настоящая свадьба должна была состояться в соборе Лагуны через два дня после ее приезда. Я ждал ее с нетерпением, но в это время пришло известие, что гуанчи подняли восстание на одном из островов, и я покинул Лагуну. Я отсутствовал три недели. Тем временем пришел корабль с Изабеллой. Мою юную невесту приняли с почестями. Она была скромным, нежным ребенком, несведущим в жизни. Я знал, что моей задачей будет постепенно и заботливо обучить ее всему. Но этого не произошло. На остров напали пираты. Меня не было здесь, чтобы защитить мою бедную Изабеллу.