Принц Густав. Выжить и победить (СИ) - Полякова Маргарита Сергеевна

Морские операции были, а куда без них? Но для такого дела вполне хватало нанятых каперов. Да и вообще основной театр польских военных был сухопутным. Как я понял из рассказов местных знатоков, единственный польский галеон был построен лет тридцать назад, и лет через 16 был благополучно разобран, так и не поучаствовав ни в одном бою.

Флот — это вообще очень затратное дело. Я такое удовольствие не потяну. Пока, по крайней мере. Но у меня под боком имелись венецианцы и шведы. Последние были даже предпочтительнее, поскольку вечно недополучали жалование и попали под угрозу голода. А угроза эта практически по всей Европе нарисовалась.

Так почему бы мне не убить несколько зайцев одним выстрелом? Часть шведских кораблей получит выгодный фрахт и отправится в сопровождении венецианцев на юг за зерном. Уж какой бы там ни был холод, до Египта он вряд ли дополз. Правда, если не врут мои осведомители, Египет сейчас под турками лежит, а у венецианцев с ними постоянные терки, но… должны ж они хоть иногда отрываться от войн в пользу торговли!

Ну а потом можно трубить на всю Швецию, что благодетель Густав спасет их от голода. Даже интересно, насколько быстро это посодействует просветлению умов в нужную сторону. Да и про Россию забывать не стоит. Если уж в только что образованном Ливонском королевстве к завоеванным мной городам совершенно добровольно начали присоединяться окрестные территории (чтоб с голоду не сдохнуть), то и в России найдутся желающие меня поддержать. Хотя бы на том уровне, чтобы Годунов вынужден был сдержать свои обещания.

Я действовал осторожно, по заранее разработанному плану и постоянно мониторя обстановку. Да, поддерживал местное население, но на халяву у меня никто ничего не получал. Народ честно трудился — в первую очередь строились укрепления. А тот же Годунов не придумал ничего лучше, чем щедро раздавать деньги из казны. Понятно, что в столицу потянулись все, кому не лень. От истинно нуждающихся, до профессиональных нищих.

У меня, честно говоря, мелькнула мысль написать письмо русскому царю, объяснить, что поступать так неблагоразумно. Но, немного подумав, я понял, что это дохлая идея. Не будет Годунов меня слушать. Я для него вообще никто, несмотря на происхождение и победы. Так что пусть история идет своим чередом. Хотя бы в России. Потому что история Речи Посполитой уже изменилась. Весть об убийстве Сигизмунда III долетела до меня даже раньше, чем вернулся Витр.

Отдохнуть ему удалось едва ли пару дней. Нет, я не стал бы гонять человека, выполнившего столь щекотливый и опасный заказ. Я даже готов был сдержать свое обещание — оплатить ему выход на пенсию и мирную, безбедную жизнь. Заслужил, чего уж там говорить. Но Витр, выяснив, что я собираюсь ехать в Прагу, увязался следом. А я собирался в бешеном темпе и от помощи верного человека не отказался.

После убийства короля полякам какое-то время будет не до того, чтобы собирать войско и возвращать утраченные земли. Обученные солдаты пригодятся самим шляхтичам, поскольку за корону развернется жестокая борьба. Сколько там старшему сыну Сигизмунда? Лет шесть? Не факт, что его до короны допустят. Наверняка, найдутся «более достойные». Ну или организуют Регентский совет и будут решать, кто в него войдет.

В любом случае, это мой шанс быстро смотаться в Прагу. Раздать указания, назначить ответственных за их выполнение, нанять людей для перевозки производств, мастеров и их семей, выставить на продажу дом и быстро возвращаться.

Главное — вывезти клад. Люди и оборудование тоже важны, но их можно вывозить постепенно, не слишком торопясь. И для их перемещения можно привлечь помощников. Доверить же кому-то огромное богатство я не мог. Самому придется выкапывать, надежно прятать и перевозить.

Поскольку на сей раз я не планировал тащить с собой обозы с подарками и лишних людей, двигались мы быстро. На корабле из Риги в Любек, оттуда посуху до Гамбурга, и дальше по Эльбе. Погода нам благоприятствовала, и до Праги мы добрались быстро.

Собственно, предварительная работа уже была проведена. Мастера были уведомлены, что придется переезжать. Разумеется, согласились не все. Но я и не ждал чудес. В Праге останется пара не слишком важных производств, отвечать за которые будет Колек, а борьбу с незаконным производством товаров возьмут на себя венецианцы. Это в их интересах. Хотя, полагаю, не так уж много будет тех, кто решит изготавливать мои придумки самостоятельно. Просто потому, что я производил товары в малых объемах, и самые ценные рецепты знали только несколько человек.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дом я хотел выставить на продажу, но его неожиданно решил выкупить Лисак. Ого! Похоже, магистр Бендер неплохо здесь развернулся. Оказалось, что прохвост влез-таки в доверие к императору Рудольфу. Но, помня о печальной судьбе своего предшественника, не обещал ни философского камня, ни золотых гор. Фокусами высшее общество развлекал.

Рудольф, правда, пытался давить. Дескать, как же так? Такой талантище обязательно добьется нужного результата! Но Лисак тут же начинал посыпать голову пеплом, громко каялся в своей недостаточной образованности и клялся, что не может обмануть императора, не будучи уверенным в своих силах.

Аферист! Впрочем, я не лучше. Еще год назад Лисак отписал мне, что нашел невесту с очень внушительным приданым. Но папеньке-торгашу хотелось в зятья дворянина. Пусть и не самого знатного. Так что я (волей принца) состряпал бумагу, где возводил Лисака в дворянское звание за «заслуги перед особой королевской крови». Жалко что ли? В Польше вон каждый первый шляхтич. И попробуй усомнись в их благородном происхождении!

Богатое приданое должно было помочь Лисаку выкупить мой дом (здание в таком престижном месте для торговца было верхом мечтаний, но недвижимость здесь принадлежала дворянам) и окончательно забыть собственное прошлое. Ну, а пока он утрясал формальности с будущим тестем, я занимался кладом.

К его вывозу я подготовился заранее, догадываясь, что забирать придется в спешке. Так что еще перед отъездом в Россию я приготовил сундуки. И теперь мог их использовать. На дно — плотную ткань, затем часть клада, затем снова ткань, а сверху — что-нибудь ценное, но не слишком подозрительное. В основном книги, ткани, посуду и шкатулки с парфюмерией.

Учитывая, что в этот раз я забирал с собой всю имеющуюся на продажу продукцию, сундуки на общем фоне выделяться не будут. Торговать я намеревался в Гамбурге. Причем для этого даже задерживаться не придется. По отчетам я прекрасно знал, сколько чего у меня есть на продажу. И заранее договорился с покупателями.

Да, конечно, если бы я взял процесс в свои руки, выручил бы больше. Однако рисковать не стоило. Мне и так в Гамбурге заплатят щедрее, чем заплатили бы в Праге. А времени терять было нельзя. Доклады из Речи Посполитой шли не такие оптимистичные, как я рассчитывал.

Да, прямо сейчас никто не рвался возвращать утраченные территории. Не до того было. Поляки договорились-таки до идеи Регентского совета при королевиче Владиславе, и теперь выясняли, кто достоин туда войти. С огоньком выясняли — убийством оппонентов, мятежами и прочими традиционными польскими развлечениями.

Однако Замойский обиду не забыл. Как так? Он победил, а шведы всё переиграли! Так что гетман призывал отринуть всякие мелочи, и заняться действительно важными делами. Ибо негоже уступать свои земли всяким проходимцам. На мое счастье, понимание того, что является действительно важным, у Замойского и большинства поляков отличались. Однако рассчитывать следовало на худшее. Так что я торопился.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Большой обоз с товарами не слишком нас замедлил, ибо дотащить его требовалось только до Эльбы. Не скажу, что путешествие по реке было намного удобнее и безопаснее, чем по суше, но получилось однозначно быстрее.

В Гамбурге мы задержались на двое суток, но все закончилось благополучно. Товар скинут, золото за него спрятано, и корабли до Риги наняты. Прага окончательно осталась позади. Да, там еще доделывались дела, но в незначительном масштабе. Без моего личного участия вполне могли обойтись. А передо мной открывались новые перспективы. Насколько они реальны — зависит от того, смогу ли я отстоять свои завоевания.