Ломая рассвет - Стефани Майер

Он засмеялся своим грохочущим смехом. — У меня устали руки. Я толкал эту коляску весь путь от дома Сью.

— Это покатый склон. Ты всю дорогу, как на санях катился.

Я завез его кресло в гостиную по маленькому скату, который сделал для него сам.

— Подловил. Думаю, я выжимал что-то около тридцати миль в час. Это было здорово.

— Такими темпами ты сломаешь это кресло и будешь повсюду волочиться на локтях.

— Без вариантов. Таскать меня будет твоей работой.

— В таком случае, ты мало где сможешь побывать.

Билли положил руки на колеса и направился к холодильнику. «Какая-нибудь еда осталась?»

— О, да. Пол торчал тут весь день, так что думаю, вряд ли.

Билли вздохнул. — На придется прятать продукты, если не собираемся умереть с голоду.

— Может предложишь Рейчел пожить у него?

Шутливый тон Билли испарился, его взгляд смягчился.

— Она дома всего лишь несколько недель. На первых порах она приезжала надолго. Это тяжело — девочки были старше тебя, когда твоя мать скончалась. У них было больше забот в этом доме.

— Я знаю.

Ребекка ни разу не была дома с тех пор, как вышла замуж, но у нее есть неплохое оправдание — авиабилеты с Гавайев чертовски дорогие. Штат Вашингтон находится слишком близко, чтобы Рейчел могла отвертеться тем же способом. Хотя ей было бы лучше учиться прямо посреди летнего семестра, работая в две смены по выходным в какой-нибудь кафешке в кампусе. Если бы не Пол, она бы возможно снова быстро слиняла. Может именно поэтому Билли его не прогонял.

— Ладно, у меня дела. — Я направился к черному ходу.

— Постой-ка, Джейк. Ты не хочешь рассказать мне что случилось? Или я должен позвонить Сэму, чтобы тот мне рассказал обо всем?

Я стоял к нему спиной, пряча лицо.

— Ничего не случилось. Валяй, звони Сэму. Думаю теперь все мы лишь шайка любителей кровопийц.

— Джейк…

— Я не желаю об этом говорить.

— Ты нас оставишь, сын?

В комнате повисло напряженное молчание, пока я решал, что следует сказать.

— Рейчел может снова занять свою комнату. Знаю, она терпеть не может этот надувной матрац.

— Она лучше предпочтет спать на полу, чем потерять тебя. И я тоже.

Я фыркнул.

— Джейкоб, пожалуйста. Если тебе нужен… перерыв. Что ж, возьми его. Но не такой же длительный. Возвращайся.

— Может быть. В свадебном кортеже, например. Приму эстафету у Сэма, после Рейчел. А Джаред с Ким вообще будут первыми. Наверное мне понадобится смокинг или что-то в этом роде.

— Джейк, посмотри на меня.

Я медленно обернулся.

— Что?

Он пристально смотрел в мои глаза с минуту, показавшейся мне вечностью.

— Куда ты направляешься?

— У меня на уме нет ничего конкретного.

Он склонил голову на бок, сощурив глаза.

— Ты уверен?

Мы сверлили друг друга взглядами.

— Джейкоб, — сказал он. В его голосе сквозило напряжение. — Джейкоб, не нужно. Оно того не стоит.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Оставь Беллу и Калленов в покое. Сэм прав.

На секунду я уставился на него, а потом пересек комнату двумя размашистыми шагами, взял телефон и разъединил кабель от коробки и гнезда. Я стиснул серый шнур в руке.

— Пока, пап.

— Джейк, постой — он окликнул меня, но я уже успел выскочить за дверь.

У мотоцикла не было той скорости, какую я мог бы развить бегом, но зато это было безопаснее. Я задавался вопросом, сколько времени понадобится Билли, чтобы раздобыть телефон и найти человека, способного передать сообщение Сэму. Готов был спорить, Сэм все еще в волчьем обличии. Проблема была еще и в том, что Пол мог вернуться к нам в любое время. Он мог моментально перекинуться в волка и сообщить Сэму, что я затеял.

Но я не собирался волноваться по этому поводу. Я шел с той скоростью, на которую был способен, и если они перехватят меня, вот тогда и буду разбираться.

Я завел байк, и помчался по грязной улице. Покинув дом, я уже не оглядывался.

Шоссе было забито машинами. Я лавировал между ними, не обращая внимания на гудки и неприличные жесты в мой адрес. Я выехал на сто первое шоссе со скоростью семьдесят миль в час. Я вынужден был вильнуть на тротуар и не съезжать с него минуту, чтобы не вмазаться в микроавтобус. Не то что бы это убило меня, но точно бы приостановило. Сломанные кости, во всяком случае большие, срастаются как минимум за несколько дней, я слишком хорошо знал это по собственному опыту.

Автострада слегка расчистилась, и я разогнал свой байк до восьмидесяти. Я не трогал тормоз, пока не выехал на дорогу, ведущую к дому. Я полагал, что путь свободен. Сэм не зашел бы так далеко, что бы остановить меня. Было слишком поздно.

Когда я решил, что сделаю это, то понятия не имел — каким образом, но теперь пришло время задуматься.

Я снизил скорость до двадцати, петляя между деревьями, куда осторожней, чем было нужно. Я знал, что они услышат мое приближение, с байком или без байка, так что сюрприза не выйдет. Не было никакого способа скрывать мои намерения. Эдвард бы все равно распознал мои планы, как только бы я оказался достаточно близко. Возможно, он уже так и сделал. Но рассчитывал, что все сработает как надо, его самомнение было мне на руку. Он хотел драться со мной один.

Поглядел бы на меня Сэм, если бы мне только стоило заявиться к Эдварду, и тотчас вызвать его на дуэль.

Я фыркнул. Мерзкая театральщина.

А после того, как я покончу с ним, то постараюсь уничтожить как можно больше этих тварей прежде, чем они доберутся до меня. Ха — я задавался вопросом — как в этом случае на все это отреагирует Сэм? Вероятно, скажет, что я получил по заслугам. Что ж, мне совсем не хотелось оскорблять его чувства.

Передо мной простерлась лужайка. В нос ударил запах, будто стухших помидоров. Тьфу.

Вонючие вампиры. Живот скрутило. Зловоние переносилось мной с большим трудом — весь путь сюда меня окружал лишь чистый людской аромат — особенно с моим волчьим обонянием.

Я понятия не имел, чего мне ожидать, но пока не замечал никаких признаков жизни в этом большом белом склепе. Разумеется они знали, что я здесь.

Я заглушил двигатель и прислушался к тишине. Теперь я уловил напряженное рассерженное бормотание по ту сторону широких двойных дверей. Кто-то все таки в доме был. Я услышал свое имя и улыбнулся, оставшись довольным, что заставил их понервничать.

Я сделал глубокий вдох — внутри запах определенно хуже — и в один прием оказался на лестнице.

Дверь распахнулась прежде, чем я успел постучать. В дверном проеме оказался доктор, одарив меня тяжелым взглядом.