Поворот судьбы. Книга 1 - Андрей Янусов

С каждой каплей живительной жидкости вытекавшей из меня, становилось всё холоднее и холоднее. В голове всё отчётливей стали слышны удары сердца. Мысли спутались. С каждой секундой моё сознание начало затухать и неметь тело, а потом, когда я в последний раз посмотрел на Шану, сознание окончательно затухло.

Шане не хотелось жертвовать Ивиром, но пока цель не достигнута, она не должна рисковать. Когда парень раненый Аргосом Главное оружие линиев, также одновременно является удостоверением в Ресконе. Он просыпается только в руках линийцев, начиная светиться красным, а в обычных руках является простым кинжалом. Аргос — уникальное оружие созданное помощью магии крови. Даже царапина от него является смертельной, так как при соприкосновении Аргоса с кровью жертвы в тело передаётся особое заклятие, которое распространяется по крови, парализуя и убивая человека. Никому из линийцев он не повредит. свалился на пол, она усмехнулась и уже готовилась его добить, перерезав сонную артерию на шее, как услышала звук упавшего об камень железа. Звук исходил рядом с ней.

Неужели этот мальчишка что-то сделал перед смертью?!

Посмотрев на источник звука, она поняла, что уронила Аргос. «Почему он упал?!», — подумала она и посмотрела на свою руку. От увиденного, Шана впервые, после отправки сюда, впала в панику. Правая рука больше не двигалась. Безвольная плеть — так можно сказать о конечности.

Еще она заметила поразившую её вещь. На ладони этой руки была кровь Ивира, и от неё в кожу прорастали какие-то темные линии. Будто неизвестный художник решил прочертить от капель крови прямые линии, распространяющиеся самовольно по всей руке. Вокруг этих линий, кожа начинала сереть, предвещая что-то нехорошее.

«Что со мной?!», — захотелось прокричать находящейся в ужасе линийке, быстро снимавшей с себя плащ и верхнюю часть одежды. И наконец-то сняв, застала момент, как линии медленно перешли с правого плеча на основную часть тела. Она сразу поняла, что надо было сразу отрезать себе руку, а не терять время на перебирание в памяти симптомов проклятий. Теперь она обречена. Из глаз потекли слезы от несправедливой судьбы.

Почему жизнь такая несправедливая?! Она ведь верно служила своему королю!

Через десять секунд Шана погибла от остановки сердца. И кровь в её теле испарилась, оставив на каменном полу начавшее мумифицироваться тело. Тело когда-то прекрасной девы.

Лясь, услышав какие-то странные звуки за дверью, проснулся.

Открыв глаза, он вслушался в темноту.

«Кхясь» — послышалось за дверью. Сонливость пропала. Появилась заинтересованность и опаска.

«Что там?», — задавался вопросом друг Ивира. Его мучило какое-то ноющее чувство под сердцем.

Еле разбудив Дороса, он подошёл к двери и прислушался.

Вроде ничего не слышно. Стоп. А это что за шум?!

Где-то далеко были слышны звуки ударов мечей и истошные крики.

— Разбуди Жака и Ива! За дверью что-то происходит. — осторожно открывая дверь, прошептал Лясь Доросу.

Сбросив Жака с постели, для снятия сонливости, и, направившись к койке Ивира, Дорос заметил, что она пуста.

— Ива нет! — прошептал Дорос, предчувствуя что с другом случилось плохое.

Лясь в это время, безуспешно пытавшийся открыть дверь полностью, понял, что с той стороны двери что-то навалено:

— Что-то мешает ей открыться… Надо посмотреть, что там.

— Дорос нормально разбудить нельзя?! А?! Что вы проснулись? Сейчас бы спали и спали! Нет, надо обязательно встать поздно ночью и разбудить друзей, чтобы и они не дрыхли! — с ненавистью в голосе произнес Жак, едва сдерживаясь, чтобы не заорать.

Его можно было понять, он итак не высыпался из-за насыщенных дней, а теперь, наверное, еле заснёт из-за боли в голове, заработанной при падении с кровати на пол.

— Тихо ты! В замке что-то происходит, да еще Ив куда-то делся. — взглянув на Жака, ответил Дорос.

— Может, пошел отлить? А в замке, ну мало ли какой-нибудь гость приехал, и его сейчас торжественно встречают.

— Тогда бы он давно уже вернулся…

Устав безуспешно пытаться открыть дверь, Лясь просунул голову в щель и увидел ЧТО мешает ей открыться.

Возле неё кто-то валялся. Приглядевшись, он понял, что это Ивир лежит в темной луже, подпирая своим телом дверь. Недалеко от него кто-то лежал.

— Он там с кем-то валяется. Не знаю, что с ними, но они вроде в отрубе. — сказал волнующимся друзьям Лясь.

Дорос с Жаком, прекратив ходить кругами по комнате и вслух обмениваться теориями о происходящем в замке, помогли Лясю осторожно толкнуть дверь, чтобы отодвинуть Ива. Когда дверь открылась, Лясь и Доросом кинувшись к Иву посмотреть, что случилось с другом, нерешительно остановились. Они поняли, в чем какой луже валяется их друг. Это была кровь.

— Его убили… — панически прошептал Лясь, боясь подойти к «мертвому» другу.

Дорос, наоборот, подскочил к Ивиру и начал нащупывать пульс, молясь про себя, чтобы друг был жив.

— Он жив. Пульс бьется, да и дыхание на месте. — облегченно вздохнул он.

Да, Ивир был жив, но серьезные опасения за его здоровье были. Из бока у него слабо вытекала кровь, и весь он был бледен.

— Жак дай чего-нибудь для перевязки. — сказал Дорос, разрывая тонкую рубашку Ива и обдумывая что можно сделать с раной.

Ответа не было

— Жак, ты меня слышишь?! Его надо срочно перевязать!

— Слышу… Идите сюда. Здесь тело Шаны, вернее то, что с ним стало… — раздался тихий голос Жака, с оттенком скорби.

Оглянувшись, Дорос увидел сидевшего Жака возле второго человека, который быстро был забыт из-за лежащего друга. С той стороны чем-то неприятным сильно воняло. Дорос, видя, что Жак вставать, не собирается, подскочил и забежал в комнату, порвав тонкую простынку и перевязав холодного Ивира, подошел к сидевшему в шоке Жаку. И… обрыгался, когда увидел мёртвое тело Шаны.

Оно выглядело так, будто кто-то изрезал всю кожу ровными линиями. Из этих порезов сочилась какая-то жидкость, словно гной. На первый взгляд даже невозможно было определить, что это Шана, так как лицо было неузнаваемым из-за изрезанной кожи и гноя. Но вот волосы, хотя и потерявшие часть своего вида, остались те же.

Возле мертвой девушки лежало два кинжала, один из которых светился фиолетовым светом, и плащ. В это время, пока Дорос и Жак ошарашено разглядывали Шану, Лясь пытался привести Ивира в чувство, но безрезультатно.

«Неужели это сделал Ивир!? Не может быть!», — судорожно перебирая моменты памяти, думали друзья.

Из замешательства Дороса вывели приближающиеся шаги по коридору и громкие звуки. Звон мечей и предсмертные крики. Ударив не сильно по голове Жака, чтобы тот пришел в себя, и подхватив валяющиеся кинжалы, как единственное оружие, Дорос приготовился к бою. Он уже понял, что в замке происходит что-то страшное, и, видимо, сейчас их будут убивать. За другими дверьми были слышны шорохи проснувшихся слуг, боящихся открыть дверь.