Мир на продажу. Деньги, власть и торговцы, которые обменивают ресурсы Земли - Javier Blas

и контроль над своими компаниями, создавая сплоченные группы, которые продержались несколько поколений.

А поскольку самый известный сырьевой трейдер в мире сейчас находится на полупенсии, его преемники воспользовались возможностью, предоставленной его уходом, и ушли в тень, превратив отрасль торговли сырьевыми товарами в бастион секретности. Освободившись от токсичного имени своего беглого основателя, они смогли еще больше интегрироваться в широкую финансовую индустрию, заложив основу для будущего, в котором они будут сочетать авантюрный дух Марка Рича с экономической мощью Уолл-стрит.

К началу 1990-х годов все первоначальные партнеры Марка Рича вышли на пенсию - даже Пинки Грин. Бывшая жена Рича, Дениз, чья семья помогала финансировать компанию на заре ее существования, также продала свои акции. В каждом случае Рич организовывал выкуп акций уходящего акционера, и в результате впервые с момента основания у Рича был контрольный пакет акций торгового дома, носящего его имя.

Рич, которому было уже за пятьдесят, по-прежнему возглавлял свою компанию. Под ним находился квартет из четырех более молодых трейдеров тридцати-сорока лет. Среди них был Вилли Стротхотте, импозантный немец, который руководил американским подразделением компании в период кризиса, вызванного обвинительным заключением, а теперь отвечал за торговлю металлами и минералами. В Лондоне были Мэнни Вайс, быстро говорящий бруклинец, который вместе со Стротхоттом обеспечил доминирование Marc Rich + Co на рынке алюминия, и Клод Дофин, обаятельный, изысканно одетый француз, который возглавил торговлю нефтью. А в Нидерландах работал Дэнни Дрейфус, хитрый трейдер старой закалки, который руководил торговлей зерном.

Рич находился под давлением, как профессиональным, так и личным. Его брак с Дениз распался, и семья переехала. У его дочери был диагностирован рак. Американские власти продолжали добиваться его ареста. А после того как алюминиевый завод в Западной Вирджинии, связанный с Ричем, вступил в конфликт с рабочими, профсоюзы развернули против него рекламную кампанию, путешествуя по миру и раздавая плакаты "Разыскивается: Marc Rich".

Рич, не имея ни одного из своих старых партнеров, к которым можно было бы прислониться за советом, становился все более и более уязвимой фигурой. Дэнни Позен, в то время глава московского офиса Marc Rich + Co и сын одного из первых партнеров Рича, говорит: "Я не думаю, что он сошел с ума, но я думаю, что с ним что-то случилось".

В начале 1991 года Рич привез из США своего личного адвоката, чтобы тот помог ему управлять компанией. Адвокат, Боб Томаджан, был бонвиваном из Остина, штат Техас, который больше любил кататься на гидроцикле, чем разбираться с логистическими деталями транспортировки медной руды. Но Рич, оставшись один на вершине и подозревая, что трейдеры замышляют сместить его, сделал Томаджана своим привратником. Внезапно трейдеры, многие из которых зарекомендовали себя, работая на Philipp Brothers или Марка Рича в течение многих лет или десятилетий, стали выполнять его приказы.

Он установил Томаджана в офисе рядом со своим кабинетом", - вспоминает Марк Крэндалл, старший трейдер по торговле нефтью. Когда вы хотели поговорить с Марком, Марк говорил вам, чтобы вы встретились с Томаджаном".

Настроение в компании изменилось. Marc Rich + Co все еще была на вершине мира, но уже не чувствовала себя таковой. Трейдеры, которые в предыдущие годы заключали блестящие, рискованные и сомнительные сделки, теперь были поглощены офисной политикой. Вайс, Стротхотте и другие убеждали Рича более широко распространить акции среди сотрудников, но Рич стоял на своем. Он не давал понять, что когда-нибудь уступит место молодому поколению.

Мне нравится этот бизнес, и я хочу продолжать им заниматься", - сказал он одному из интервьюеров. Я люблю делегировать полномочия, но в то же время при принятии важных решений и особых рисков последнее слово остается за мной".

Торговцы больше не чувствовали себя партнерами в захватывающем бизнес-предприятии, имеющими шанс в один прекрасный день возглавить компанию, а были подневольными слугами, выполняющими поручения своего далекого хозяина. Рич, вундеркинд из Philipp Brothers, ушедший из-за того, что Джесселсон не давал ему справедливой доли в доходах компании и не позволял торговать так, как он хотел, повторял те же ошибки в своей собственной компании.

Дело не только в деньгах... Дело в деньгах, в чувстве принадлежности к компании, в том, чтобы иметь возможность влиять на ее организацию", - говорит Крэндалл. А Марк, закрывшись за спиной Томаджана, превратил всех в вассалов. Он заставил всех почувствовать себя кучкой шлюх".

Схватка была неизбежна. Первая стычка произошла между Ричем и Стротхоттом. Немецкий трейдер произнес речь в университете Цюриха, в которой обсуждал дела компании. Рич, становившийся все более параноидальным, воспринял это как знак неподчинения. Уговоры снизить долю в компании уже вызвали у него подозрения. Поэтому он велел Стротхотту уйти.

За ним должны были последовать другие. Клод Дофин, глава отдела по торговле нефтью, уже много лет терзался под властью Рича. Затем, летом 1992 года, умер его отец. Дофин решил, что с него хватит: в начале июля он подал в отставку, сообщив Ричу, что планирует вернуться во Францию и заняться семейным бизнесом по продаже металлолома.

Рич позвонил Вайсу, который к этому времени остался единственным старшим трейдером в Лондоне. Возвращайтесь в Цуг и займите пост президента компании, - умолял Рич. Вайс отказался. Ему скоро исполнится сорок лет, он уже был богат, его семья обосновалась в Лондоне, и он хотел проводить с ней больше времени. Он сказал Ричу, что, что бы ни случилось, он хочет взять длительный отпуск.

Если вы собираетесь уходить, то лучше уходите сейчас", - огрызнулся Рич. И вот 8 июля Вайс подал в отставку, всего через несколько дней после того, как это сделал Дофин.

К этому времени компания Marc Rich + Co находилась в состоянии полномасштабного кризиса. Но вскоре все должно было стать еще хуже.

Конец 1980-х и начало 1990-х годов не были счастливым временем для многих представителей индустрии торговли сырьевыми товарами. Рынки были сложными, США погрузились в рецессию, а отрасль стала известна своими впечатляющими крахами - такими, как катастрофическая попытка Джона Дойса захватить рынок нефти Brent. Компания Marc Rich + Co, благодаря своим нефтяным сделкам с Южной Африкой, торговле алюминием и растущему бизнесу в России, пережила этот период без кризиса. Но все должно было измениться.

Пока самые высокопоставленные трейдеры компании были поглощены междоусобными разборками, сам Марк Рич приступил к огромной и чрезвычайно рискованной сделке.

Все началось в 1991 году, когда Дэвид Розенберг, торговец металлами в Лондоне, убедил Рича поддержать его план по захвату рынка цинка. Для трейдеров Рича не было ничего нового в том, чтобы занимать крупные