Почему дети убивают. Что происходит в голове у школьного стрелка - Питер Лангман

не знаю… На время нападения, помню, я чувствовал себя в ловушке, будто никто меня не понимает, знаете? Как бы — даже не знаю. Просто — меня словно загнали в угол. Казалось, мне некуда деваться, ничего не поделать. Я думал, моей жизни конец»{11}.

Эти слова предполагают, что Митчелл участвовал в нападении не потому, что просто подчинился Дрю, и не из-за обиды на девочек, а из-за отчаяния и депрессии. Еще он злился.

В показаниях он отрицал, что атака имеет отношение к временному исключению или вообще к чему угодно в школе. Тогда почему же он злился?

Одна причина — отношения с отцом: «Мы с папой никогда не уживались — с моим настоящим папой, Скоттом. Я туда [Миннесота] ездил, но мне там совсем не нравилось»{12}. Еще одна причина — сексуальное растление: «В пубертатном возрасте я вспомнил, что меня домогались. Это сильно повлияло на мой гнев, сильно повлияло на то, почему я все время злился»{13}. Виктимизация часто порождает желание отомстить.

Но зачем убивать школьников? Возможно, он направил гнев на мальчиков, которые отметали его претензии на бандитскую славу, и девочек, которые ему отказали. Эти события могли пробудить глубокое чувство стыда, вызванное растлением. Если так, Митчелл — не единственный травмированный мальчик, выместивший гнев на попавшихся под руку целях, а не на главных источниках своей боли. (Факты для этой главы взяты из исследования Кэтрин Ньюмен{14}.)

Сын Рэмбо

На Эване Рамси лежало семейное проклятие. По крайней мере, он сам так думал. За одиннадцать лет до того, как он напал на школу, его отец, Дон Рамси, заработал прозвище «Рэмбо с Аляски». Когда Эвану было около пяти лет, в квартире семьи случился пожар. Сообщалось, что Дон Рамси обвинял в пожаре местных политиков и оплатил место в газете «Анкоридж Таймс», чтобы опубликовать открытое письмо члену правительства. Когда газета отказалась печатать письмо, Дон Рамси решил взять дело в свои руки. Он заявился в издательство, будто солдат на войну. По его собственным словам: «Я был вооружен до зубов… У меня была полуавтоматическая AR 180–223, где-то 180 патронов для нее. Короткоствольный магнум 44-го калибра и где-то 30 патронов для него»{15}.

Рамси вошел в здание газеты и закрыл двери цепью. Бросил дымовые шашки и петарды, затем выстрелил в потолок и направился в кабинет издателя, где взял его в заложники. Несмотря на заявления, что он готов умереть, но заставит газету опубликовать письмо, после короткой полицейской осады Рамси отдал оружие издателю. Он попал за решетку приблизительно на десять лет. 13 января 1997 года Рамси выпустили. 9 февраля Рамси позвонил сыну Эвану и сказал, что теперь он свободный человек. Через десять дней Эван устроил собственную бойню.

У Эвана хватало и других проблем помимо того, что он считался сыном «Рэмбо с Аляски». Еще до этого инцидента из-за пожара в квартире семье пришлось несколько раз переезжать. К тому же мать Эвана, Кэрол Рамси, страдала от алкоголизма — она пила и до осуждения мужа, но ситуация стало только хуже, когда он попал в тюрьму: «Я ничего не делала без алкоголя. Каждое утро на завтрак у меня было пиво, а потом я пила весь день», — говорила она{16}. В 1995 году Кэрол обвинили в вождении в нетрезвом виде; через год — в пьянстве в общественном месте{17}.

Семейная жизнь была неблагополучной и по другим причинам. Не успел Дон Рамси отправиться в тюрьму, Кэрол ушла от него и переехала вместе с тремя детьми в Фэрбанкс, где жила «на велфэре[13] и алкоголе»{18}. Затем Кэрол съехалась с мужчиной в другом городе и перевезла детей с собой. С пива она перешла на виски. Что хуже, ее друг оказался деспотом. Она ушла и от него, перебралась с детьми к очередному мужчине в другом городе. Алкоголизм не прекращался, а второй знакомый оказался таким же деспотом.

Семейная ситуация ухудшилась настолько, что, когда Эвану было семь, вмешалось Отделение служб семьи и молодежи. Когда к ним домой пришел соцработник, Кэрол была так пьяна, что не могла даже выговорить ни слова. Ее три сына сгрудились в квартире без отопления. Температура на улице была 22 градуса ниже нуля.

Эвана с братьями забрали у матери и на два-три года отправили к приемным семьям. Время от времени мальчики возвращались к Кэрол. Когда она снова срывалась, их возвращали опекунам. Однажды вечером мужчина Кэрол ударил ее старшего сына Джона. Джон, кому тогда было около девяти лет (Эвану — семь), решил, что с него хватит. Он повел младших братьев в ночь Аляски, на температуру ниже нуля, чтобы сбежать от семейного насилия. Должно быть, мальчики находились в отчаянии, раз рискнули жизнью. Они укрылись на застекленной веранде в доме директора их школы. Оттуда их и вернули в приемные семьи.

После этого все окончательно пошло под откос. В течение двух-трех лет Эван и его младший брат Уильям сменили десять приемных семей. Такая нестабильность может быть опасна для ребенка, даже если все семьи встречают любовью и поддержкой. А в случае Эвана опека, возможно, один из самых травматичных факторов в его жизни. В одной семье биологический сын опекунов физически и сексуально издевался над мальчиками. На лице и шее Эвана находили синяки. Особенно унизительным было сексуальное надругательство — мальчик мочился в рот Эвану и Уильяму.

Дети предподросткового возраста очень редко совершают — или даже пытаются совершить — самоубийство. Но нет ничего удивительного, что Эван совершил попытку в десять лет. Он зашел в океан, чтобы утопиться; неизвестно, помешали ему или он передумал сам. Почему захотел умереть десятилетний мальчик? Мы знаем, что из-за пожара он остался без дома и впоследствии часто переезжал. Мы знаем, что его отец на много лет сел в тюрьму. Мы знаем, что его мать была алкоголичкой и жила с жестокими мужчинами. Мы знаем, что он переезжал из приемной семьи к приемной семье и что как минимум в одной над ним издевались. После всего этого вместе взятого, да еще до десяти лет, немудрено, что Эван задумался о самоубийстве.

Возможно, существовал стресс и кроме того, что нам известен. Дон Рамси был готов убивать, чтобы опубликовать письмо; каким он был отцом и мужем? Что за жизнь была в доме Рамси при нем? А когда его