Смешилка — это я! - Анатолий Георгиевич Алексин

Пишу об этом, так как — прости меня, мамочка! — подметила, что люди разных характеров, нравов в некоторых ситуациях — вот, например, на торжественных приемах, презентациях — ведут себя одинаково. Можно подумать, что все они счастливы, все безмерно благодарны судьбе, когда друг с другом встречаются. Даже если встретились первый раз в жизни.

Но меня-то узнавали на самом деле! А узнав, изображали восторг. В тех ситуациях многое изображалось, а не происходило естественно. Восторженно встречали меня и бизнесмены. Предприниматели были разные, но манера общаться со мной — одинаковая. Все напяливали на лицо такую радость, точно наша встреча была одной из главных устремлений их жизни. Все они были явно не дворянского происхождения: жали мне руку с такой силой, что потом впору было обращаться к врачу. Бабулины друзья по дворянской линии делали это иначе. И хохотали иные из них — часто без всякого на то повода — столь оглушительно, что люстры под потолком, мне казалось, начинали подрагивать. И все протягивали мне не только восторг, но и свои визитные карточки. Вручение такого «подарка» сопровождалось одними и теми же обещаниями: «Если понадоблюсь, буду всегда готов!» Хотели наладить со мной отношения. На всякий случай?

— Вот сейчас, господа, вы мне и пригодитесь! — потирая ладони, произнесла я. — Вы мне чрезвычайно понадобитесь!

Если сам режиссер во мне не сомневался, могла ли в себе сомневаться я? Сомнения замедляют действия. А медлить я не собиралась.

Я вытащила из ящика письменного стола сразу пятьдесят пять визитных карточек, набранных изысканными шрифтами и как бы отполированных. На пятерки я не училась: на это у меня не было времени. А тут сразу пятьдесят пять! В тетрадках я нередко наталкиваюсь на странные ассоциации…

Но возвращусь к визиткам. Они подсказали мне сразу пятьдесят пять телефонных номеров. Среди них были и «доверительные» номера личностей не просто состоятельных, а тех, кого именуют магнатами. На обороте многих визиток были добавлены и имена жен. «Вслушаюсь-ка я чутко и в ваши голоса, госпожи жены! Чтобы после безошибочно воспроизвести! И на диктофон ваши голоса запишу, чтоб не забылись!..» Голоса самих бизнесменов я воспроизводить не собиралась (они, как правило, были мужскими). «А вот голоса их жен использую обязательно», — пообещала я самой себе.

Все же одна представительница «большого бизнеса» была женского пола. И я задумала с нее начать… режиссером придуманную затею.

Богачка подошла к «доверительному» телефону сама. Верней, включила мобильник, потому что находилась в автомобиле.

— Сама Смешилка удостоила меня звонком! — наигранно восхитилась она.

О, сколько я наслушалась таких восклицаний! (А может быть, они были искренними?) Отвечала же я на них не с восторгом, а со спокойным достоинством: «Да, это я».

Запись голоса бизнесменки на диктофоне и в моей памяти началась.

— У вас есть дети? — спросила я.

— У меня уже пятеро внуков!

— Тогда вы, безусловно, отзоветесь на мои предложения.

— Какие предложения? — насторожилась она.

И сразу же, без промедлений, я попросила ее подать благородный пример всем остальным состоятельным людям: пожертвовать средства на срочную помощь девочке, страдающей одним из коварных недугов.

— Какой кошмар! Я постараюсь сейчас же, немедленно!..

Ее «постараюсь» мне не понравилось. Чтобы отступать бизнесменке было некуда, один из ведущих радиоканалов назавтра же запустил нашу беседу в эфир. Так все же было надежнее.

Бизнесменка, имевшая пятерых внуков, спасла незнакомую ей «внучку». В финансовом союзе со мной…

Удача подхлестнула мою изобретательность, и я надумала мобилизовать бизнесменов как бы «оптом», а не в «розницу».

Позвонила по всем остальным номерам. Нескольких солидных предпринимателей в стране не оказалось, остальных я пригласила в ту самую телестудию, с которой началась моя дорога в известность. Я так волновалась, что пообещала каждому: «Вас ждет нежданный сюрприз!» Как будто сюрпризы бывают «жданными». Все до единого пообещали явиться. И не в одиночестве, а со своими женами. Если кто-то и предпочитал явиться не со «своей», то уж, безусловно, не под юпитеры телестудии.

С телеканалом мной и режиссером все было договорено: мы разъяснили, что придуманная мной затея телеканал обессмертит. А кто же не хочет бессмертия? Для бизнесменов же само появление на экране было рекламой. Да плюс еще и обещанный мной сюрприз!

Но сюрпризы бывают и неприятными… Об этом бизнесмены, похоже, забыли. Так или иначе, но в студии их с женами с ходу начала увековечивать кинокамера. Она на миг задерживалась на каждом бизнесменском челе — и каждое отвечало улыбкой. Еще более широкой, чем на приемах и презентациях… Можно даже сказать, ликующей. Жены вторили ликованию мужей. Никто не догадывался, что их ждет дальше. Магнаты выделялись приветливостью покровительственной, но заранее многообещающей. Хоть и они ни о чем не догадывались.

— Вот с этого и начнется телесериал, посвященный «Отзывчивому дому Смешилки»! — торжественно сообщил режиссер. — Да, таким будет старт… А затем последуют пятьдесят серий: по числу присутствующих здесь мастеров бизнеса. Каждая подробно сосредоточится на судьбе юного человека, нуждающегося в гуманной поддержке, которую каждый из вас, мы уверены, и окажет. Итак: пятьдесят документальных фактов, пятьдесят ваших благотворительных дел и улыбок. Кстати, улыбки камерой зафиксированы… Поздравляю всех с тем, что съемка многосерийной телевизионной картины сделала первый шаг!

Это и был мой сюрприз. Деваться приглашенным было некуда — и они опять осветились не одними юпитерами, но и улыбками. Правда, уже не столь единообразными.

— Вскоре, поверь, все наши гости поймут, что прославиться благородством им и их бизнесам крайне выгодно. Ну а вслед за ними… Одним словом, за полсотней серий могут появиться следующие полсотни, — сказал режиссер, когда съемка закончилась. — Кроме того, выглядеть гуманным хочется каждому нормальному человеку. А уж оказаться героем фильма… Тут и говорить нечего! Слаб человек, даже когда силен! — Его «шары» привычно и торжествующе проделали свой путь по дивану. — И не исключено, что тебя снова понесут на руках! В том шествии я с наслаждением буду участвовать…

— Спасибо! — сказала я так, будто меня уже понесли.

Сериал, который режиссер снимал — со мной в главной роли! — набирал обороты. Одновременно монтировался фильм об, увы, покинутой нами квартире. Однажды я осмелилась упрекнуть режиссера в том, что иногда он, сокращая снятый материал, режет его «по живому». С тех пор режиссер «резал» кадры, связанные со мной, столь осторожно, точно боялся ненароком «поранить» меня… не на пленке, а в действительности. И определял судьбу тех кадров в присутствии исполнительницы главной роли. То есть при мне.

— Ну а почему мы, в основном следуя твоему сценарию, не обращаемся к тем, которые предпринимателями