О чем думала королева? (сборник) - Леонид Шифман

Я должна ответить?

Нет, я риторически… На вопрос о том, что такое дверь – существительное или прилагательное – он ответил, что прилагательное, потому что дверь к чему-то приложена. Вот и эта темная энергия – она к чему-то приложена, что-то этой энергией обладает. Не вещество, потому что вещество проявляло бы себя иначе. Значит, поле. Какое-то неизвестное поле, обладающее энергией, колоссальной энергией, заставляющей галактики (только представьте себе – галактики, миллиарды галактик, в каждой сотни миллиардов звезд!) разбегаться быстрее и быстрее.

Поле. И что? При чем здесь Зоя, единичные явления и…

Ну да. Без поллитра это… Кстати, Ира, у меня есть коньяк, хотите? С шоколадкой и лимоном. Хороший коньяк, настоящий, французский. Сам я не пью, мне подарили на… Хотите?

Давайте. Может, я действительно начну лучше соображать, а то скачки вашего вдохновения кажутся мне пока слишком…

Скачки вдохновения, гм… Это не скачки вдохновения, это простое неумение изложить достаточно понятно совершенно очевидные для меня самого вещи. Опыта нет. Когда-нибудь… Впрочем, когда-нибудь найдутся популяризаторы получше меня… Держите рюмку. Хорошо, я тоже немного… За что выпьем?

За понимание.

Понимание. Двусмысленный тост. То есть… Я хотел сказать, что в нем заключено минимум два смысла.

Конечно. Я это и имела в виду. За то, чтобы я, наконец, поняла суть этой вашей теории и всего, что случилось. И за то, чтобы мы с вами поняли друг друга, потому что иначе вы не сможете объяснить мне свою теорию. Как видите, оба смысла друг с другом связаны и друг из друга вытекают.

Вы случайно не оканчивали еще и философский факультет? У вас не два диплома?

Один. А шоколад вкусный. Обожаю черный бельгийский, он такой горький…

Вы любите горькое?

В шоколаде – да… Вы хотели рассказать о темной энергии. Или о неизвестном науке поле, которое этой энергией обладает. И расталкивает галактики. Но самое главное – вы хотели мне объяснить, при чем здесь Зоя, единичные явления, и почему случилось десятое августа, которое все мы по вашей вине…

Вот видите. Вы тоже считаете – по моей вине!

Разве нет?

Если да… Тогда получается, что я самый страшный преступник в истории, и Сталину с Гитлером и Пол Потом в придачу до меня далеко, как до… Я бы не смог жить, если бы думал так. Я бы…

Покончили с собой? Вообще-то я собиралась задать этот вопрос позднее, когда вы рассказали бы о том, как пришли к… Но раз к слову пришлось, спрошу сейчас. От вашего коньяка у меня немного кружится голова, так что небольшое смещение смыслов… Итак?

Тон у вас сейчас, как у милицейского полковника.

Не отвлекайтесь.

Хотите знать? Нет, не покончил бы. Вы правы. Я трус. Да. И эгоист. Может быть, если бы все время думал об этом, то сошел бы с ума, а потом в состоянии аффекта… Но, наверно, тоже нет. Послушайте, Ира, как по-вашему, эти ученые, которые в сороковых годах работали над бомбой… в Штатах и у нас… особенно в Штатах… Сциллард, Оппенгеймер, Теллер… Они должны были, как честные люди, люди с совестью… а совесть у них была, это были хорошие люди, да… все они должны были покончить с собой, когда узнали, что «Малыш» убил в Хиросиме сто тысяч человек? И Нагасаки! Четверть миллиона!

Десятого августа погибло…

Больше, да. Не напоминайте. Меня, как вы знаете, не вызывали в суд по этому делу.

Да. Вам дали Нобелевскую премию по физике.

Значит…

Ничего это не значит. Вы меня напоили коньяком, и теперь я буду говорить все, что захочу.

Послушайте, Ира…

Нет, это вы меня послушайте! Миллион двести тысяч человек на всех континентах. Люди. А животные… На Земле осталось шестнадцать пингвинов, знаете? Почему-то они… Вы можете сказать – почему? Нет? Ну да, вы не биолог, вы физик.

Послушайте…

Простите… Я хотела это спросить потом… Действительно, давайте вернемся к тому вечеру.

Значит, вы меня все равно об этом спросите?

Обязательно. Не отвертитесь. Рассказывайте, а в уме прокручивайте вариант ответа… Только не думайте, чтобы я не слышала, хорошо?

Да. Я подумал, что это темное поле – единственная возможность связать в одно целое все явления. И происшествие с Зоей. И единичные события. И склейки, которые с каждым происходят ежедневно, но случаются гораздо чаще, если начинаешь думать о них целенаправленно.

Мы-то при чем? Где галактики и где мы с вами? Где имение и где вода?

Ну да, в огороде бузина, а в Киеве дядька. Помню: сидел в кресле, смотрел в экран компьютера и думал, как вы сейчас: при чем здесь темная энергия? Только потому, что, кроме известных четырех, это единственное физическое поле, которое я могу без вреда для логики использовать в решении задачи? Вообще-то, многие открытия так и были сделаны: методом исключения. Или методом тыка. Выражаясь по научному – классическим методом проб и ошибок. Так это всегда было. Кеплер, к примеру. Вы знаете, сколько кривых линий он исследовал и отбросил, пока не пришел к выводу, что планеты обращаются вокруг Солнца по эллипсам? Казалось бы, после окружности, что сразу приходит в голову? Эллипс, да? Любой современный студент… Так нет же, Кеплер сначала взял яйцевидный овал – и конечно, ничего у него не вышло с расчетами орбит. И только во всем разочаровавшись, вспомнил об эллипсах. Так уж почему-то наши мозги устроены: верная мысль приходит или самой первой (и тогда ее отбрасываешь по принципу – первый блин комом), или самой последней, пропустив вперед все прочие, включая самые нелепые и не относящиеся к реальности. Да. Мне повезло в том смысле, что… Физических полей всего пять – четыре известных плюс пятое, сомнительное, не объясненное, но все-таки вроде бы существующее. Перебирать почти и не пришлось. Но все было по классической схеме: помню, я сразу подумал о темной энергии, думал о ней еще тогда, когда смотрел, как Зоя шла по двору к нашему подъезду. И отбросил эту идею, потому что… Ну, по той самой причине: где имение, а где вода… Потом – и хорошо, что тем же вечером, а не год спустя – опять подумал: а все-таки, почему не… Я пытался приспособить для своей цели и электромагнитное поле (не получалось, никто же не наблюдал никаких электромагнитных явлений, возникавших во время склеек), и гравитационное (это даже обсуждать нечего, для него нужны массивные тела с переменной массой, а где такие в природе?), и поле ядерных сил (оно слишком короткодействующее), и слабое (отличающееся от ядерного только тем, что пользы от него еще меньше). Что осталось? Темная энергия. И вопрос: от нее-то какая польза? Она там, в мире галактик, а мы здесь… Почему вы так на меня смотрите, Ира?