Танго втроем (СИ) - Эрлих Светлана

— Не веришь мне? Будто читая мои мысли, спросила хозяйка.

— Оно и понятно,— она улыбнулась и продолжила, беря меня за руку.

— Тогда давай так. Меня зовут Лада. А ты беременна, срок пока небольшой, отец твоего ребёнка сейчас в реанимации, и все это из-за того, что одна любящая его дама решила сжить тебя со свету, но неумело провела ритуал. Теперь войдёшь?

Я тут же переступила порог квартиры, радуясь тому, что вот так сразу нашла нужного мне человека, просто по одному звонку, и буквально в своём собственном дворе. Это выяснилось после того, как она назначила мне встречу и назвала адрес. Мы с ней жили, как выяснилось, по соседству, странно, что мы раньше не встречались и не пересекались. Обычно соседи знают друг друга, особенно когда много лет живут бок о бок.

Я рассматривала Ладу, думая о том, что вот уж и правда говорят, внешность обманчива, ведь я рассчитывала встретить старуху среди кучи хлама и странных вещей, с обязательно жирным черным котом. А тут милая женщина в уютной квартире угощает меня липовым чаем со свежей сдобой. Более чем странно.

Хорошо, что мне не пришлось пересказывать Ладе все, что я услышала от Пилар. Она сама все выяснила, лишь прикоснувшись к моей ладони.

— Значит так, дела твои не так уж и плохи,- сообщила мне колдунья.

— Все, что натворила та девушка, можно исправить и нейтрализовать. Вот только тебе самой ритуал проводить не стоит. Беременным не очень рекомендуется посещать кладбище, а уж тем более с целью колдовства. Мало ли какая дрянь потом прицепится. Поэтому я все сделаю сама.

А ты спокойно иди домой и ни о чем не беспокойся. Все будет хорошо, поверь мне. И даже больше, чем просто хорошо. Обещаю, что впредь эта женщина не сможет причинить тебе вред.

Я поставлю защиту на любого рода магию, и если она снова возьмётся за старое, то навредит только себе, и все, что она сделает, будет перенаправлено на неё.

Я в великом спокойствии и воодушевлении встала из-за стола. Не верить Ладе у меня причин не было. Достав из сумочки кошелёк, я протянула ворожее деньги.

— Перестань, не надо. — Лада ребром ладони отодвинула протянутые купюры.

— Но как я могу вас отблагодарить?

— Роди второго сына, этого будет достаточно,— ответила ворожея.

— Второго? — рассмеялась я.— Мне бы первого выносить, а про второго я и загадывать пока не хочу. Так что это ещё не скоро будет.

— Это будет скорее, чем ты думаешь,— загадочно ответила Лада и выпроводила меня из квартиры.

Я не стала в тот момент задумываться над ее словами. Мне было достаточно того, что все вернётся на круги своя. Что вызванный Пилар призрак женщины исчезнет и перестанет беспокоить меня, того, что Дадо выйдет из больницы, и все наладится.

Но для того, чтобы все наладилось, мне все же предстоит кое-что сделать самой, думаю, что мне следует поговорить с Дадо и расставить все точки над «i». Думаю, что мы с ним достаточно поиграли в любовь, и теперь нам стоит расстаться.

Да, именно так, после того, что натворила Пилар, я не могу подвергать опасности себя и малыша. Откуда я знаю, что ещё придёт в голову этой безумной женщине?

В больницу я больше не ездила, предпочитая общаться с лечащим врачом Дадо по телефону и получая таким образом всю интересующую меня информацию. Естественно, заранее договорившись, что самому Дадо о том, что я справляюсь о его состоянии, врач не скажет. А за его пациентом пусть любимая девушка присматривает, не зря же она безвылазно торчит возле его больничной койки. Моё там присутствие явно будет излишним.

Все, что могла я для него сделала, главное, что он идёт на поправку, ну а если возникнут вопросы, почему я ни разу его не навестила, думаю, Пилар найдёт слова, чтобы это объяснить. Красноречия и желчи у неё для этого вполне хватит.

Моя жизнь вошла в привычное русло, и я снова окунулась в работу и выкинула из головы эту сладкую парочку.

* * *

Хлопнула дверь кабинета слишком сильно, а я очень не люблю громкие звуки.

Все мои подчинённые хорошо об этом знают и поэтому, входя, прикрывают ее, придерживая, но тот, кто вошёл в кабинет сейчас, или не знал моего отношения к громким звукам, или, наоборот, знал слишком хорошо и сделал это специально, чтобы привлечь моё внимание именно таким способом.

Я подняла голову, чтобы сделать замечание и осеклась: уж кого-кого, а Дадо увидеть здесь я ожидала меньше всего.

— Не думала, что тебя так быстро выпишут из больницы.

— Может, поздороваешься? — Дадо раскинул руки для объятий и широко улыбнулся.

Чтобы показать ему, что мне все равно на то, что он пришёл весь такой красивый, и уж никоим образом старалась не выдать ему себя в том, что я по нему все-таки ужасно соскучилась.

Я закрыла блокнот, в котором делала пометки на неделю вперёд, встала, обошла стол, встав перед ним, опустила ладони на гладкую, деревянную поверхность, упёрлась в столешницу ягодицами.

— Привет,— сухо бросила я.

— И это все? — улыбка Дадо стала шире, а тон сделался игривым.

Он будто и не помнил, что вышвырнул меня из своей квартиры, вдоволь поиздевавшись, что я его заочно уволила, хотя документ об этом так и не подписала. Рука не поднялась, ведь он попал в аварию с Пилар, а потом чудесным образом исцелился в рекордно короткие сроки.И вообще много всего после этого успело произойти, а ещё к этому можно добавить, что мы не виделись с ним долгих три месяца.

Он абсолютно не думает о том, что, возможно, я уже за это время успела замуж выйти, или ещё что-то подобное в том же духе замутить — он об этом как видно совершенно не думал.

Да и вообще, какое право он имеет вот так врываться в мой кабинет, да ещё и вести себя так нагло? Я уже готова была высказать ему это в лицо, но он сбил меня и спутал мои мысли, подойдя вплотную. Я ощутила аромат его кожи, его неповторимый, исключительный,присущий только ему одному запах кожи, который сводил меня с ума.

Я уже говорила ранее, что Дадо никогда не пользовался всевозможными одеколонами, дезодорантами и духами, как это делают многие мужчины, но запах от него шел просто сводящй с ума, по крайней мере на меня лично это действовало именно так. Дадо протянул руки, и я была обескуражена тем, что он, схватив за ткань блузки, резко рванул ее, разводя две половинки, соединяющиеся на груди, в разные стороны так, что отлетели пуговицы.

— Ты что делаешь? — уставилась я на него, даже не подумав о том, что следует прикрыться или хотя бы дать пощёчину этому наглецу который, не смущаясь, по-хозяйски, будто имеет на это право, провёл указательным пальцем от шеи до ложбинки между грудей.

— Ты в прошлый раз сказал мне, что прежде, чем получить доступ к твоему телу, я должна буду тебя узнать. Что с того момента изменилось? — спросила я с вызовом, но пока произносила все эту тираду, вдруг сама начала спешно раздеваться, будто испугалась, что он, услышав подобное напоминание, и в самом деле передумает.

Конечно, я могла раздеться молча и не произносить то, что может его спровоцировать. Он может улыбнуться своей обворожительной и дерзкой улыбкой, раздразнить меня как в прошлый раз, а потом развернуться и уйти.

Я это понимала, но обида за прошлый раз взяла верх, и хотелось вернуть ему ту дерзость и взять над ним реванш. Таким уж был мой характер, иногда я просто не умею сцепить зубы и промолчать.

— Говорил, но какое это имеет значение сейчас?

Дадо стянул с себя футболку через голову и отбросил ее в сторону. Я стянула трусики и тоже отшвырнула их в сторону, но вдруг, будто что-то вспомнив, посмотрела на дверь кабинета. Дадо, проследив за моим взглядом, хищно ухмыльнулся, говоря:

— Не переживай, я закрыл ее на замок.

В ответ я обвила руками его шею, прижалась к нему всем телом, утыкаясь носом в ключицу и вдыхая запах его кожи. Как же мне его не хватало, думала, я сама не понимала, насколько увязла в нем, пока не потеряла из вида на целых три месяца, и сейчас, когда ощутила его руки на своём теле, поняла, что безумно хотела его все это время.