Его манящая любовь - Элизабет Леннокс

Она вырвалась и перекинула свою сумку через плечо: – Масса!

Отэм вышла из бара, удивляясь тому, как прочно стоит на ногах, несмотря на количество выпитого. Она гордилась собой, что всегда могла контролировать свое состояние.

Я очень ответственный взрослый человек, думала она с гордостью.

Ксандер задвинул два стула на ее пути, прежде чем она бы врезалась в них, затем повел ее в сторону выхода.

Она выглядит довольно мило, когда пытается притворяться, что не пьяна, подумал он. Мужчина, конечно же, не собирался позволить ей даже пробовать добраться домой самостоятельно.

Выйдя на улицу, девушка посмотрела направо, потом налево, пытаясь отыскать такси, чтобы уехать до дома. Она вдруг резко развернулась, в процессе, почти падая на Ксандера:

– Я забыла оплатить наш счет в баре! – выдохнула она.

– Райкер позаботился об этом, – заверил он, проводя руками по ее спине.

Он что-то услышал слева и чуть не застонал вслух, когда понял, что слышит визг Сьюзи Мартин. Сьюзи, которая усердно пыталась завлечь его в свою постель, около трех месяцев назад. У нее были длинные, светлые волосы, стройное тело, точнее плоское, жуткая улыбка, но красивые глаза.

– Я думала, что ты гей! – сказала она на выдохе.

Глаза Ксандера расширились, и он пытался сдержать смех.

– Эмм, привет, Сьюзи. Как у тебя дела? – нехотя протягивая ей руку для приветствия.

– Не смей спрашивать меня! Тебя мои дела не касаются, ублюдок! Ты должен быть геем!

Он не закатил глаза, но был близок к этому.

– Почему я должен быть геем?

Она уперлась руками в бедра, от злости ее скулы еще сильнее стали выделяться на ее худом лице.

– Потому что ты не хотел меня, как женщину! По-любому ты гей! – она кричала, очевидно, злясь ещё сильнее.

Ксандера душил смех, но он сдержался от слов Сьюзи по поводу его ориентации:

– Нам надо идти.

– Что она имеет в виду? – спросила Отэм, и положила голову на его плечо.

Она знала, что не следовало так делать, но просто он чувствовался так чертовски хорошо!

– Не волнуйся из-за нее, – сказал Ксандер по пути на стоянку, и, подойдя к машине, аккуратно усадил Отэм на переднее сидение.

Она почти мгновенно уснула, а он поехал прямо к себе домой, решив не заезжать к ней. Отэм говорила какие-то странные вещи, и Ксандер решил утром поговорить с ней, и убедиться, что она все правильно понимает.

Глава 9

Отэм привстала с кровати, оглядываясь вокруг, а затем застонала от боли, похоже, ее голова собиралась разделиться на части от стреляющей во лбу боли.

– Ты не гей, – прошептала она.

Ксандер обеспокоенно смотрел, что она проснулась с похмельем.

– Нет. Я думал, это и так было понятно.

Она сжала голову обеими руками, пытаясь удержать простыню на своем теле:

– Но … как сказала Сьюзи, ты никем не интересовался.

Он встал с постели и вышел в ванную. Мгновение спустя, он протянул ей стакан воды и аспирин.

– Меня не интересовали те женщины.

Отэм приняла аспирин и выпила стакан воды:

– Почему не интересовали? И почему она думает, что ты гей?

Она откинулась назад, желая зарыться в подушках, но оказалась на груди Ксандера. Все, что она поняла, что чувствует себя удивительно уютно и тепло.

– Я не могу говорить про всех женщин, я имею в виду Сьюзи. Я не спал с ней. По-видимому, это ее разозлило

Тут у Отэм всплыли в памяти фрагменты вчерашнего рабочего дня.

– А что насчет той ужасной женщины вчера?

Мужчина нежно потер ее плечи, пытаясь облегчить боль от похмелья, но как он понимал из своего прошлого личного опыта, только время могло помочь облегчить ее боль.

– О какой ужасной женщине мы сейчас говорим?

– Злая мегера с черными волосами, пришла вчера утром, чтобы поговорить с тобой.

Его пальцы замерли на ее плечах, пока адвокат вспоминал всех людей, с которыми он вчера встречался.

– Это случайно не Марси Дюпре? – спросил он.

– Думаю, это было ее имя.

Она откинулась назад, чувствуя себя немного лучше теперь, когда аспирин начинал действовать.

Ксандер вздохнул.

– Для Марси Дюпре стало неприятной новостью, что ее третий муж пожелал составить брачный контракт, так как предыдущие этого не делали.

– Почему? С чего вдруг он захотел контракт?

– Потому что она бессердечная, безжалостная женщина, которая меняет мужей, словно дырявые чулки.

Отэм слегка засмеялась, но потом перестала, когда в голове снова застучала боль.

– Думаю, прошлой ночью я выпила слишком много, – вздохнула она, потирая виски.

Но тут девушка замерла, отодвинувшись от него, и посмотрела ему в глаза:

– А что сказал твой брат прошлой ночью?

Ксандер закатил глаза.

– Кто из них? И в какое время? Они много говорили, наверное, ты не слышала и половины.

Она покачала головой, затем остановилась, когда новая боль дала о себе знать.

– Нет, я слышала. Только не уловила смысл.

Ксандер напрягся, беспокоясь о том, что его братья могли что-то сказать, и ранить ее чувства.

– Так что ты слышала, солнышко?

Она закусила губу, пытаясь вспомнить те слова:

– Райкер сказал, что ты бы не смог переспать с другой, если бы даже захотел. Ксандер потянул ее обратно к своей груди и продолжил свой массаж.

– Райкер не знает, о чем он говорит.

Что-то в его тоне ей не понравилось:

– Что ты скрываешь от меня, Ксандер? – спросила она, больше волнуясь, чем в прошлую ночь. – Я пытаюсь понять тебя, но у меня не получается, я чувствую, что ты что-то скрываешь.

Ксандер откинулся назад и оперся затылком на изголовье.

– Ты уверена, что действительно хочешь знать?

Отэм задумалась:

– Да. Думаю, что хочу. Ты собираешься сказать мне что-то ужасное? Что ты тайный серийный убийца, а я твоя следующая жертва? Если так, может быть, тебе действительно следует держать все при себе. Если я умру ужасной смертью, то предпочла бы не знать об этом заранее.

Ксандер захохотал прежде, чем она закончила свой комментарий.

– Нет, я не серийный убийца. Но и не похотливый плейбой.

– Что это значит?

Ксандер повел руками ниже, ослабляя напряжение вдоль ее лопаток.

– Ты уверена, что хочешь это обсудить? Это может все изменить, и тебе, вероятно, не понравится то, что ты услышишь.

И мгновенно, все напряжение тут же вернулось с ней. Она отстранилась от него и встала, схватив свою рубашку со стула, застегивая ее, прежде чем повернуться к нему лицом.