Бог войны - Дэвид Вебер

мальчик. Я не смогла бы любить его больше, если бы он был нашим сыном с рождения. И - я знаю, ты не воспримешь это превратно - несмотря на все, что твоя невестка делала неправильно, воспитывая его, он тоже вырос в довольно замечательного молодого человека. Того, кто станет отличным бароном и лордом-правителем после тебя.

- Уверен, что Гаярла указала бы на то, что это мы с тобой потеряли дочь из-за этих неестественных, развратных дев войны, что ясно доказывает, кто был лучшим родителем. Однако, как бы то ни было, я согласен с тобой в том, что Трайанал представляет собой особое чудо в данных обстоятельствах. Но ты уверена, любимая, что готова сделать это так быстро?

- Теллиан, есть ли какая-то причина, по которой твой размягчающийся мозг заставляет тебя забывать, кем были мои отец и дед? Уайтсэддлы не совсем чужды политике или обязанностям правителей. Не то чтобы у нас был большой выбор по этому поводу... вот почему я так рада, что Трайанал - это тот, кого мы уже любим. - Она покачала головой. - Пиши письма, Теллиан. Но сделай это из Гланхэрроу! Ты и так уже потратил достаточно времени, раздумывая о том, чтобы оставить меня позади!

- Да, миледи, - сказал он. Но затем он заключил ее в объятия, стоя высоко на террасе, где каждый из его ожидающих оруженосцев мог видеть их, и поцеловал ее долго, томительно и страстно. Он не торопился, чтобы сделать это должным образом, и оставил ее задыхаться, когда они наконец выпрямились.

- Мужлан! - Она ударила его по нагруднику сжатым кулаком, ее глаза сияли. - Как ты смеешь так публично оскорблять мое достоинство! Мой муж будет знать, как справиться с твоей фамильярностью, Сирра!

- Я не знаю об этом, - сказал он, его глаза пожирали ее лицо с яркой, страстной нежностью, - но я знаю, как мне не терпится вернуться домой к тебе. И, - его глаза блеснули, и он снова легко коснулся ее губ своими, - будет ли ваш муж знать, как обращаться со мной, или нет, миледи, я, несомненно, буду знать, как обращаться с вами!

Глава тридцать четвертая

- Ты ходишь лучше, чем я ожидал, - с улыбкой сказал Брандарк, когда Базел вышел на веранду особняка в сгущающихся сумерках.

- А разве ты не стремишься быть просто самым забавным человечком в мире? - прогрохотал Базел, опускаясь и осторожно присаживаясь на широкие перила веранды.

- Если я этого не делаю, то это не из-за недостатка усилий или врожденного таланта, - ответил Брандарк, его улыбка превратилась в ухмылку, когда Базел скривился от очевидного дискомфорта. - У вас сильно болит зад, милорд защитник?

- Ну, что касается этого, то дело не столько в моей заднице, сколько в моих ногах. - Базел фыркнул, а затем с очевидной осторожностью повернул левое плечо. - И не стану отрицать, что мое последнее падение было не самым приятным опытом, которым мог бы наслаждаться мужчина.

- Да, я успел это заметить, - сказал Брандарк, рассудительно глядя на него. - С другой стороны, не думаю, что когда-либо видел, чтобы кто-то пытался уложить шестимесячный курс уроков верховой езды менее чем в неделю. Особенно не Конокрад. - Он задрал свой выдающийся нос кверху и громко шмыгнул носом. - В отличие от нас, компактных и умелых Кровавых Мечей, вы, бедные, слишком большие любители, выглядите в седле как мешки с высохшим конским навозом. Тебе не кажется, что вы с Уолшарно, возможно, немного переусердствовали, учитывая ваши врожденные недостатки, не так ли?

- Не то чтобы у нас был большой выбор по этому поводу, - отметил Базел, его тон был гораздо более серьезным, чем у Брандарка. - Если быть честными, мы и так потратили на это слишком много времени.

- Ты обещал Келтису, - парировал Брандарк.

- Да, обещал, - признал Базел, его подземный бас был тяжелым. Он встал и подошел к внешнему краю веранды, его шаги были тяжелее, чем обычно, в новых сапогах для верховой езды, которые сапожник лорда Идингаса закончил только накануне. Он посмотрел на звезды, и они ответили ему далекой, бесстрастной красотой, в то время как тонкий полумесяц хрупкой молодой луны Девы висел низко над горизонтом.

- Я действительно обещал, - сказал он, не сводя глаз со звезд, - и все же думаю, что, возможно, было бы лучше, если бы я его не послушал. Здесь царит мерзость, Брандарк - такая, с какой мы с тобой еще никогда не сталкивались, даже в храме Шарны. У меня нет ни малейшего права втягивать других в такое зловоние зла, как это. В этом есть смерть, и хуже, чем когда-либо могла быть смерть.

- Знаю, - сказал Брандарк очень тихо, в его голосе на этот раз не было ни намека на легкомыслие.

Базел повернулся, чтобы посмотреть на него, навострив уши и выгнув брови, и Кровавый Меч пожал плечами.

- Чесмирса, возможно, и сказала мне, что я никогда не стану бардом, Базел, но я потратил все эти годы, изучая каждую балладу, каждое стихотворение, каждое эпическое стихотворение, которое смог достать. И, при всей должной скромности, я думаю, что продемонстрировал, что я честный исследователь. Как только Томанак предупредил тебя - на самом деле предупредил всех нас - о том, что там происходит, я понял, о чем он говорил. Ты думал, я этого не сделал?

- Нет, - признал Базел и покачал головой. - Нет, маленький человек. Я мог бы после этого желать, чтобы ты этого не делал, но никогда не было ни малейшего шанса, что ты этого не сделаешь. Но это не значит, что я горю желанием увидеть тебя в разгар подобных событий.

- Полагаю, такого рода вещи случаются с людьми, достаточно глупыми, чтобы якшаться с защитниками Томанака, - беспечно ответил Брандарк. Затем он склонил голову набок, с любопытством выставив уши наполовину вперед. - Тем не менее, должен признать, что я просто немного удивлен, если здесь еще не появилась Крэйхана, - казалось, холодный ветерок пронесся по веранде, когда наконец было произнесено это имя. - Я бы подумал, что для кого-то вроде нее все это место, - он указал большим пальцем через плечо на освещенные фонарями окна особняка, - было бы похоже на одну огромную банку из-под печенья, в которую ей не терпелось запустить