Практическое руководство по злу - overslept

темп. Врата света, которые я мельком увидела на расстоянии, были даже выше, чем я думала, в три раза выше меня — так что более или менее вдвое больше любого другого — и почти так же широки. Дальше я ничего не могла разглядеть. Подмастерье сказал, что там будет вход в ритуальное место, но мне показалось странным, что он ничего не сказал о вратах. Если уж на то пошло, если он мог сделать врата, почему он не создал их для меня, чтобы войти сюда в первую очередь? Я нахмурилась, потом подняла с земли камень и метнула его. На мгновение показалось, что он пройдет сквозь них, но затем произошла вспышка света и громкий взрыв.

— Ты становишься предсказуемой, Акуа, — сказала я.

Обойдя врата, я нашла выход, который Масего действительно сделал после нескольких минут поисков. Как и портал, который позволил мне пройти, он был прозрачным и трудно различимым из-за отсутствия надлежащего освещения. Ложные ворота Акуа находились достаточно близко, чтобы через них было трудно пробраться, ведь зачем делать их просто смертельной ловушкой, если можно заодно сделать их неудобными? Я сделала глубокий вдох, в котором не было особой необходимости, но привычка к этому успокаивала.

— Последний раунд, победитель забирает все, — пробормотала я, прежде чем пройти.

Том II / Интерлюдия : Зверь ᵉᵡᶵ

— Я заглянул в бездну и нашел то, что смотрело в ответ… предвкушая. — Перевод Каббалистической Книги Тьмы, широко приписываемой молодому Мёртвому Королю

Плоть разошлась под ее зубами, и она глубоко вдохнула теплую кровь, прежде чем отбросить труп маленького человека. Скот кричал, пытаясь убежать, но сегодня ночью улицы принадлежали ей. Проклятая упала на четыре лапы, встряхивая шерстью с радостным воем. Она уже была покрыта красным, и его запах, исходивший от нее, был восхитительно пьянящим. Одна из тварей возомнила себя храброй и встала против нее с поднятым мечом. От него пахло страхом. Она набросилась, когти вспороли броню, как пергамент, и эта маленькая зубочистка бесполезно упала на землю вместе с рукой, которая ее держала. Они были такими маленькими, такими слабыми. Ее клыки разорвали его морду, оставив только кости и разорванные мышцы, когда она жадно проглотила плоть. Их было пятьдесят, когда она… она не могла вспомнить. Их было пятьдесят, а теперь осталось только тридцать. Проклятая все еще была голодна, и поэтому она бродила по булыжникам Атера.

Болты с глухим стуком вонзились ей в спину, некоторые пробили броню, все еще свисавшую с ее тела, но они были как укусы насекомых. Вонзив когти в камень, она запрыгнула на стену дома, на вершине которого они прятались, и забралась на крышу. Они попытались бежать, но было уже слишком поздно. Красная от зубов и когтей, она питалась их страхом и плотью, убивая дюжинами, как паникующих животных, которыми они и были. Слишком скоро она стала единственным живым существом на этой крыше, мех блестел в лунном свете. Она понюхала воздух, отыскивая следы остальных. Они думали, что рассеяние спасет их. Как будто что-то могло скрыть их от нее. Выскочив обратно на улицу, она снова отправилась на охоту.

Они прятались за стенами, но она прорвалась сквозь камень, чтобы принять участие в пиршестве внутри. Они бежали по лабиринту улиц, но она слышала биение их сердец, похожее на грохот барабанов. Она отыскивала и пожирала. В темноте они прятались, думая, что находятся вне ее поля зрения, но темнота была старым другом. Их крики возносились к небу, и ни отчаяние, ни мужество людей не могли устоять перед ее гневом. Она росла. Когти заострились, ее кости затрещали, когда ее конечности удлинились, а шкура под мехом стала тверже железа. Она была больше, чем могли выдержать доспехи, даже с этими хитроумными ремнями. Остатки брони упали на землю, и Проклятая облизнулась, вырывая внутренности последнего человека, чтобы с шумом их проглотить. Больше их не было. Лишь обглоданные трупы. Она понюхала воздух. Этот район был пуст, но другие — нет.

Она снова проголодалась. Она бежала на запад, как ветер, камень трещал под ее весом. Проклятая замедлилась, когда она подошла к границе, почуяв запретную магию-ловушку. Там стояли два источника опасности. Она знала их.

Высокая, худая, с двумя мечами.

Рейнджер.

Забавный, бородатый, волшебный.

Подмастерье.

Они стояли у нее на пути.

— Боги, она съела их всех, не так ли? — вздохнула Рейнджер.

— Я слышу сочувствие, моя дорогая? — отозвался Подмастерье. — Любой, кто достаточно глуп, чтобы спровоцировать ее на… это, явно слишком глуп, чтобы жить.

Мечница посмотрела на нее. Проклятая набросилась, но там была стена-не-стена. Свет причинял боль. Она взвыла.

— Узор ее задержит? — спросила Рейнджер.

Подмастерье рассмеялся.

— Она была здесь почти час и съела, сколько — два полных патруля? В прошлый раз, когда она так глубоко увязла, она прорвалась сквозь целый отряд дьяволов, благодаря любезности моего старого учителя. Если узор продержится полчаса, я буду считать, что мне повезло.

— Никогда раньше не видела, чтобы оборотень становился таким большим, — сказала Рейнджер, склонив голову набок. — Я имею в виду, она выше, чем дома.

— Она не ликантроп, — возразил Подмастерье. — Насколько я могу судить, Чернокнижник наложил проклятие на ее род несколько столетий назад. И вот почему, дети, вы устанавливаете ограничение, когда проводите кровавый ритуал.

— Праэс, — хмыкнула Рейнджер, качая головой. — Сколько времени до прибытия Амадея?

— Зависит от того, когда посланник найдет его, — ответил Подмастерье. — Башня находится за пределами моей способности прорицать.

Проклятая колотила в стену-не-стену, не обращая внимания на боль. Скот не убегал. Наглость.

— Он снова разговаривает с Алайей, да? — недовольно нахмурилась Рейнджер.

— Боги, я не ввязываюсь в эту неразбериху, — сказал Подмастерье, ухмыляясь мечнице.

— Я не ревную, — сразу же возразила Рейнджер. — И твой узор поддается, ты, самодовольный отброс из Пустоши.

— Я добавлю еще один слой, — нахмурился Подмастерье.

— Не беспокойся, — сказала Рейнджер. — Сделай мне врата. Я займу ее делом, пока он не приедет.

Мечница повернулась к Проклятой.

— Эй, большая девочка, — улыбнулась она. — Давай разомнемся.

۞

Она взвыла, пробив стену и приземлившись на бок. Ее спина была сломана, но она с хрустом восстановилась, и она встала на ноги, оскалив клыки. Рейнджер спокойно последовала за ней в дом с одним мечом в руке. Вложенным в ножны. Опасный хищник