Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Некромант плотнее завернулся в свой изношенный плащ и начал спускаться. В его иссохших жилах потрескивала сила. Он проглотил последние кусочки украденного камня и большую щепотку пещерной пыли, чтобы быть уверенным, что его хватит на завершение задуманного ритуала.

У подножия горы он снова остановился, до предела обостряя чувства. Всю последнюю неделю он украдкой бродил между курганами, наблюдая за жрецами и подыскивая место для проведения задуманного эксперимента. Он выяснил, что группы послушников под руководством одного или нескольких старших жрецов каждую ночь по несколько часов патрулировали северную сторону широкой равнины. Они редко заходили южнее, туда, где высились куда более древние курганы, и спешили вернуться в храмовую крепость до наступления часа мертвых. Нагаш подозревал, что эти дозоры скорее служили наказанием для ленивых послушников, чем были подлинными попытками охранять курганные поля от вторжения. Во время своих разведок он нередко ходил по дорогам следом за дозорами, и они ни разу не заподозрили его присутствия. Прислушиваясь к разговорам варваров, Нагаш начал понемногу понимать их язык.

Некромант решил, что лучше всего попробовать провести ритуал после того, как дозоры вернутся в храм, чтобы свести к минимуму риск обнаружить себя. Приходилось соблюдать осторожность — он не знал, как далеко можно уйти от своей горной берлоги, чтобы успеть вернуться до зари.

Курган, где жрецы погребли атамана и его воинов, был еще относительно цел. Во время дождливого сезона под каменный фундамент натекла грязь. На вершине холма выросла желтоватая острая трава, но до деревянного щита — круглого, как колесо от повозки, сделанного из нескольких слоев струганых плашек и вставленного в каменную раму, еще можно было добраться без труда.

Нагаш вступил в тень, которую отбрасывал курган, и вытянул костлявую, слабо светящуюся руку. Слова срывались с его губ, как камни, когда он произносил короткое мощное заклинание. Сила вспыхнула, и он сосредоточил всю свою волю на деревянном щите.

Зеленый свет лизнул кончики пальцев некроманта, сорвался с них и заплясал на деревянной поверхности. Плашки мгновенно побелели и затрещали — энергия пожирала живую материю. Треск становился все громче и мощнее, и вдруг с глухим грохотом щит рухнул вниз. Нагаш торопливо вошел внутрь, вздымая босыми ногами тучи пыли. За входным отверстием находился короткий туннель из ладно пригнанных друг к другу камней, и вел он прямо в середину кургана. Нагаш легко ориентировался в темноте — его глаза давно приспособились к мраку туннелей в горе. Примерно через тридцать футов туннель закончился входом в могильник: куполообразное помещение из камня и утрамбованной земли, вонявшее плесенью и разложением. Ни на стенах, ни на гниющих постаментах из дерева и кожи, где лежали трупы, не было никаких украшений. Ничего похожего даже на самые убогие гробницы Неехары.

Тело атамана лежало на возвышении в самом центре могильника, окруженное телами его избранных воинов. Сырость и жуки уже успели здорово попортить трупы, плоть и мышцы размягчились и начали отслаиваться от костей. Почти всю кожу на черепе атамана сожрали жуки, обнажив часть скулы и провал рта.

Нагаш с отвращением скривил губы. Дилетанты. Он надеялся найти трупы в лучшем состоянии. Гораздо проще послать силу в мышцы, чем оживлять голые кости. Осмотревшись, он понял, что остальные трупы выглядят еще хуже. Нагаш раздраженно поморщился, вытащил кинжал и приступил к работе.

В сырой земле вырезать ритуальный круг было легко, но чертить магические символы с необходимой точностью оказалось значительно труднее. Приходилось врезаться глубоко в землю, чтобы провести правильную линию, и это отнимало заметно больше времени, чем он предполагал. К тому времени, как Нагаш был готов начать, до рассвета оставалось не больше часа. Он еще ни к чему не приступил, а эксперимент уже здорово осложнился.

Спрятав кинжал, Нагаш ступил на край круга и воздел руки к потолку. Он начал с длинной литании проклятий, сосредоточив весь свой гнев и желание на именах тех, живых и мертвых, кто поступил с ним подло и изгнал в Пустые Земли. Кефру. Неферем. Небунефер. Хекменукеп. Рак-амн-хотеп. Ламашиззар… Литания продолжалась и продолжалась, и под конец он уже шипел от ярости. В какой-то миг имена уступили место словам силы, и сырой воздух затрещал под напором воли некроманта.

Он обратился к поглощенной им силе, изливая ее в круг и на тело атамана.

— Встань! — приказал Нагаш. — Встань, тебе приказывает твой хозяин!

Помещение медленно наполнилось зеленоватым свечением, исходившим сначала от Нагаша, а потом прямо от тела атамана. Зеленым светом зажглись глазницы трупа. Гниющую плоть сотрясла дрожь: сжались мышцы, потревожив колонию жуков и извивающихся червей. Нагаш с ликованием увидел, как изогнулся позвоночник трупа. Одна рука соскользнула с возвышения, гниющая плоть полетела на пол. И наконец, медленно, словно его тянула невидимая веревка, атаман сел. Череп повернулся в сторону некроманта, обнаженная челюсть задвигалась, словно мертвец пытался заговорить.

— Встань! — приказал Нагаш. — Иди вперед!

Труп немного помедлил, словно сомневаясь в своих силах, и Нагаш сосредоточился сильнее. Тело атамана содрогнулось под ударом воли некроманта и неуклюже перекинуло ноги через край. Постамент затрещал под его весом, едва не опрокинув труп на пол. Пошатываясь, мертвец ступил на голый пол, покачался, но постепенно обрел равновесие. Медленно, осторожно выпрямилась спина. Труп повернулся в сторону того, кто его призвал. Там, где раньше были глаза, теперь сверкали яркие огни.

Нагаш растянул губы в омерзительной ликующей ухмылке. Жестокий смех клокотал у него в груди. И тут труп атамана вскинул вверх костлявые руки и прыгнул, пытаясь вцепиться некроманту в глотку.

Узурпатор был так уверен в том, что держит труп под контролем, что не сразу распознал опасность. Только когда согнутые пальцы атамана оказались в нескольких дюймах от его горла, Нагаш в шоке отпрянул.

— Назад! — приказал он и взмахнул рукой, вложив в заклинание еще немного энергии.

Но труп не остановился. Он, спотыкаясь, шел вперед, пальцы сжимались и разжимались, костлявые челюсти алчно щелкали. Зарычав, Нагаш попытался оттолкнуть руки монстра. Тот покачнулся, но восстановил равновесие с пугающей скоростью. Казалось, что с каждой минутой он набирается силы и ума. Проклиная хаотическую энергию абн-и-хат, Нагаш гневно отозвал силу, прекращая ритуал.