Время жить. Пенталогия (СИ) - Тарнавский Виктор Вадимович

Тухин выстрелил в последнего ангаха из арбалета, но стрелка, угодившая гиганту в одну из рук, не затормозила и не замедлила его. Прежде чем кто-то успел что-либо сделать, он исчез за дверью, захлопнув ее за собой.

– За ним! – рванулся вперед Горн.

– Не уйдет! – растянул губы в оскале Даугекованне. – Я заблокировал там все двери. Теперь он пойман.

Все к тому времени высыпали из кухни, радуясь спасению и ужасаясь от вида убитых. Но дело было еще не закончено. Млиско и Горн с пистолетами наготове заняли позиции у запертой двери, за которой скрывался последний враг. Все замерли, только из дальнего угла доносились чьи-то негромкие всхлипы.

Горн рывком рванул дверь на себя, но в открытый проем, опережая Млиско, вдруг кинулся маленький хенанец. Сверху на него обрушилась стальная молния, разрубившая его буквально напополам, но и ангаху удалось пережить своего противника ровно на полсекунды. Прошитый чуть ли не десятком игл, великан с ревом обрушился на пол, содрогнувшийся от удара.

Не прекращая стрельбы, Млиско ворвался в помещение тамбура и тут же с облегчением опустил пистолет. Все кончилось, и можно было собирать трофеи и считать потери.

Победа обошлась им дорогой ценой. Погибло пятнадцать человек, и потеря каждого из них казалась невосполнимой. В самом начале схватки была убита Добра Сланско, заслонившая собой Тихи. Был выдернут из толпы багром и зарублен врач Рагон. Ради нескольких решающих мгновений пожертвовал собой Димо Роконан. Принял на себя удар, предназначавшийся для Млиско, маленький незаметный застенчивый хенанец, чьи успехи в изучении иностранных языков так и не продвинулись дальше нескольких баргандских слов, и имя которого так никто толком и не успел запомнить…

Тело Корка Корвейса представляло собой сплошное кровавое месиво, относительно неповрежденными были только ноги и голова.

– Мы остались живы благодаря ему, – рассказывала Эргемару Хеннауэрте Ленневере; глаза ее были сухими и колючими. – Они ворвались к нам со стороны двора, сразу же зарубили несколько человек, а остальных оттеснили в кухню и стали своими баграми выхватывать одного за другим. Тогда Корк прорвался вперед, откинул в сторону багры и вызвал одного из них на бой. С голыми руками он продержался против вооруженного дубинками ангаха больше пяти минут. Он швырял в него табуретками, пытался отразить с их помощью удары, но в конце концов ангах сбил его с ног и стал избивать. Все это время остальные трое просто смотрели, не трогали нас. Если бы не Корк, вы бы, наверное, не успели…

– А если бы не Диль Адарис, мы бы погибли все, – кивнул Эргемар. – В решающую секунду он отвлек на себя внимание пришельца… ценой своей жизни. Возможно, он наделся, что бог спасет его, но на самом деле это Диль спас всех нас… Но как нам теперь будет не хватать его, его и Рагона… Без них мы как самолет, потерявший половину крыла…

К счастью, раненых было немного – всего семь человек, и тяжелее всех – Бус, которому ангах отрубил кисть правой руки. У Карвена была глубокая рваная рана в правом боку, где его пробороздил крюк.

Их единственного врача не было в живых, и ранеными занялась Эрна Канну – высокая рыжеволосая гранидка, два года провоевавшая фронтовой санитаркой. Ей помогал Эстин Млиско, за время своей военной службы в рядах коммандос и карьеры наемного солдата научившийся оказанию первой помощи. Вдвоем они обработали раны и покрыли их заживляющим гелем из аптечки. Больше они сделать ничего не могли. В одном из помещений базы Эргемар видел регенерационный аппарат, точно такой же как тот, на котором ему вылечили ногу, но как он работает, не знал даже Даугекованне, а разбираться с подробной инструкцией не было времени.

Им некогда было даже скорбеть по погибшим. Каждый час задержки сокращал их резерв времени перед неизбежной погоней. И пока одна группа раскладывала посреди хозяйственного дворика погребальный костер, другая, во главе с Даугекованне, обшаривала базу в поисках вещей, которые могли бы пригодиться им во время похода.

Проще всего было с оружием. База была, по сути, маленькой крепостью, и с помощью запасов, хранившихся в арсенале, ее можно было оборонять от целой армии. Там были шесть игольных пистолетов, аналогичных тем, что достались им в наследство от Икхимоу и Гроакха, двенадцать автоматических иглометов с магазинами на сто сорок четыре патрона и одно штурмовое ружье, названное потрясенным Млиско мечтой десантника на вражеской территории.

Это и в самом деле было настоящее произведение оружейного искусства. Изготовленное из пластика и легких сплавов, ружье в полностью снаряженном состоянии весило не более трех килограммов. Оно имело удобный складной приклад, специальный прицел не известной им конструкции, позволяющий вести снайперский огонь на расстоянии до километра (они не знали слова "лазер", а у Даугекованне не хватило ни слов, ни знаний), и подствольный гранатомет с магазином из шести гранат осколочного, фугасного или шокового действия. Снизу и по бокам ствольной коробки находились сразу три патронника, позволяющие вести одиночный и автоматический огонь тремя типами боеприпасов: обычными иглами, пулями повышенной мощности (разрывными, бронебойными и зажигательными) и капсулами, предназначенными для настильной стрельбы. Точно над целью капсула лопалась, усеивая все вокруг миниатюрными разрывными стрелками.

Наконец, поверх ствола можно было устанавливать метатель, выстреливавший на расстояние до пятидесяти метров тонкий металлический трос с кошкой или гарпуном на конце. Даугекованне, который за время своего пребывания на базе Дальней разведки не раз видел штурмовое ружье в действии и даже имел возможность познакомиться с ним поближе, рассказывал, что солдаты Звездной Гвардии передвигаются по этим тросам с помощью специальных захватов, в мгновение ока взбираясь на отвесные стены и преодолевая реки и расщелины.

Кроме стрелкового оружия, в арсенале нашлись четыре прибора ночного видения, огромное количество разнообразных боеприпасов, ящик самонаводящихся сенсорных мин, срабатывавших при появлении цели в радиусе тридцати метров, и ящик компактных, но мощных взрыв-пакетов с таймерами и взрывателями ударного действия. Все эти тонкости Даугекованне были известны лишь по описаниям, но оба ящика, тем не менее, добавили в общую кучу.

Остаток места в бункере для хранения оружия занимали переносные зенитно-ракетные комплексы – шесть ракет в тонких полутораметровых цилиндрических контейнерах и два пусковых механизма к ним со съемными лазерными прицелами и решетками антенн. О том, как с ними обращаться, не знал никто, но Млиско решил на всякий случай захватить их с собой. По крайней мере, с ними они могли чувствовать себя не совсем беззащитными против атаки с воздуха.

На базе нашлось довольно много инвентаря для ухода за плантациями и выполнения хозяйственных работ: лопаты, мотыги, секаторы, топорики на длинных ручках, несколько бритвенно-острых мачете с полуметровыми клинками, даже два плазменных резака, за несколько секунд перерубающих опорный столб маскировочного навеса. Необычайно ценной для них была и портативная швейная машинка, найденная – подумать только – в комнате Гроакха.

Значительно хуже обстояли дела с продовольствием и совсем плохо – с водой. Запасов круп, бобов, консервов и прочих продуктов семи десяткам человек хватило бы при экономном использовании не более чем на три недели, несколько ящиков со стандартными пайками позволили бы им протянуть еще несколько дней, а дальше необходимо было переходить на местные ресурсы. Воду база получала с подземного источника, а резерв хранился в больших цистернах, поэтому взять с собой они могли только то, что поместилось бы в их фляжках. Правда, на продовольственном складе отыскались с полсотни пластиковых колб с низкосортным спиртным напитком. Большую часть их безжалостно опорожнили, чтобы использовать освободившиеся бутылки под воду, и только несколько штук взяли с собой в качестве согревающего средства.