Тайный советник вождя - Владимир Успенский

Дождался возвращения, позвал в столовую, где на большом обеденном столе валялись клочки разорванных бумаг и фотографий. Сказал мягко:

— Подумай сама, с кем ты связалась?! Этот евреец даже писать по-русски прилично не может.

Светлана молчала, опустив голову. Вид у нее был жалкий. Сталин искал убедительных слов.

— Вокруг него столько женщин. А ты? Посмотри на себя — птенец в перьях. Какая любовь! Не тебя он хочет, к нам пролезть хочет. Устроиться на всю жизнь. Бедная девочка!

Светлана вздрогнула. Не желая того, отец ударил ее в самое больное место: она ведь считала себя гадким утенком, дурнушкой, которая не способна нравиться мужчинам. Каплер зажег в ней надежду, дал счастливое ощущение желанной женщины. Но отец, наверное, прав, ведь у нее самой были сомнения… Да, этот удар был сильнее пощечин… Она так и не поняла, любил ли ее Алексей Яковлевич или умело играл предусмотренную роль? Об этом Светлана сама говорила и писала впоследствии. Неуверенность и сомнения помогли ей быстро преодолеть свое первое чувство. Всего лишь через год она вышла замуж. И, вероятно, в пику отцу, за еврея Григория (Марка) Мороза сына завхоза той школы, которую окончила. Студент. На четыре года старше. Узнав о таком решении, Сталин сказал Светлане:

"Делай, что хочешь. Иди к черту с этим очередным хуппе. [Хуппе сложная еврейская идиома, означающая присутствие духа, дерзость до наглости, склонность к бесчинству, стремление выставить себя, выделиться, играть высокую роль. (Примеч. Н. Лукашова.)] Выезжай из Кремля и не показывайся мне на глаза вместе с ним. Квартиру дадут". Так он благословил ее.

Ну и еще о некоторых последствиях описанной выше любовной болезни или любовного приключения — понимайте как хотите. Самое, может быть, главное Сталин потерял дорогого, близкого человека, с которым связывал многие надежды и планы на будущее. Теплые, доверительные отношения со Светланой не восстановятся никогда. Больше того — отчужденность будет расти. Светлана даже не поцелует отца в гробу, а после похорон сменит фамилию, возьмет материнскую — Аллилуева.

Из участников разыгравшегося спектакля меньше всех понес потерь инициатор — Алексей Яковлевич Каплер. Выигрыш: влез в историю и получил настоящую возможность "изучить жизнь", что никак не вредно для сценариста вообще и киношника в частности. Высланный на пять лет в Воркуту, работал там в театре, вдали от фронта, от ранящих и убивающих пуль и осколков. Берегли одаренного человека.

В 1948 году отбывший срок Каплер был освобожден, но без права жить в Москве или посещать ее. Отправился в Киев к своим родителям. Однако скучно показалось ему в древнем городе. А может, встречи со Светланой искал. Во всяком случае, нарушил запрет и явился в белокаменную. На обратном пути его сняли с поезда и вновь отправили — в уже освоенные места и опять на такой же срок. Но теперь уже не в Воркуту, а в Инту, и не в театр, а в лагерь при шахте. Однако руки углем он не замарал. Пристроился «посылочником», то есть принимал поступавшие с воли посылки для заключенных. Вернулся в Москву живым и здоровым летом 1953 года. Со Светланой они виделись, разговаривали, но никаких высоких чувств не возникло. Да и Сталина уже не было, уже поругивали скончавшегося вождя.

Женился Каплер на Юлии Друниной, замечательной поэтессе и еще более замечательном человеке. Семнадцатилетней хрупкой девочкой из интеллигентной семьи добровольно ушла она на войну. Не в тыловой госпиталь, а медицинской сестрой в роту, на передовую, где кровь и слава, где мужество и неимоверные тяготы будничной фронтовой жизни. Видела, познала, преодолела все, что только было на той безжалостной и страшной войне. Сквозь раны и муки пронесла свою впечатлительную чистую душу.

Слышал я, что жизнь Друниной с Алексеем Яковлевичем (после первого не очень удачливого замужества) складывалась хорошо, спокойно, без изнурительных материальных забот, хотя, конечно, доставляли огорчение не только разница в возрасте (двадцать лет), но разность опыта, разность мироощущения, восприятия происходивших событий. Что выливалось и в стихах чуткой, искренней Юлии:

"Сверхчеловеки"! Их немалоМеж нами, серыми людьми.И человечество усталоОт суперменов, черт возьми!..От тех, кому ничто другие…И мне поднадоели «те»,И мне знакома ностальгияПо уходящей Доброте.И позабыть ли, как когда-тоБез гордых поз и громких словВошли обычные солдатыВ легенды, в песни, в даль веков?И суперменов клан надменныйВо всей красе раскрылся мне:Когда иные суперменыХвост поджимали на войне…

Ладно, что уж судить да рядить. Алексей Яковлевич скончался в сентябре 1979 года в Старом Крыму. Там и похоронили. [Юлия Владимировна Друнина, не сломленная годами войны и несколькими ранениями, оказались бессильной перед напором гнусностей и лжи так называемой перестройки и реформаторства. Покончила с собой осенью 1991 года, оставив записку: "Почему ухожу? По-моему, оставаться в этом ужасном передравшемся, созданном для дельцов с железными локтями мире такому несовершенному существу, как я, можно только имея крепкий личный тыл…" Она была так же уязвима, как уязвим всякий человек с чистой совестью. И погиб поэт, невольник чести… (Примеч. автора.).]

Ну и еще один последний аспект этой истории, о котором я уже упоминал вскользь. Своими домогательствами Каплер нарушил то равновесие, ту национальную взаимотерпимость, которые сложились во время войны. Присущая Сталину неприязнь к троцкистам и сионистам, пропущенная теперь через призму личных переживаний, превратившаяся в постоянную боль, переросла в неугасимую ненависть к тем, кого он называл «еврейцами» и «жидами». Что, впрочем, не мешало ему нормально относиться к тем евреям, которые не блистали своей беспардонностью, не попадали в его представлении в разряд мерзких «хуппе».

Характерная деталь. На первом же после скандала с Каплером Пленуме ЦК Иосиф Виссарионович произнес (цитирую по памяти) такие фразы: "Необходимо опять заняться проклятым вопросом, которым я занимался всю жизнь, но, как видно, немногого достиг. Это национальный вопрос…

Некоторые товарищи еврейского происхождения думают, что эта война ведется за спасение еврейской нации. Эти товарищи ошибаются. Великая Отечественная война ведется за спасение, за свободу и независимость нашей Родины во главе с великим русским народом".

На местах — и в тылу, и на фронте, — из этих слов были сделаны соответствующие выводы. Началось пока еще неофициальное следствие по "крымскому вопросу", нацеленное против тех, кто слишком усердствовал в старании создать на теплом полуострове еврейскую республику. В частности, заведено было соответствующее «дело» на жену второго лица в государстве на Полину Семеновну Карп-Жемчужину-Молотову.

Едва завершилась история со Светланой — «порадовал» отца разлюбезный сынок Василий. Дождливым весенним вечером, когда пилотам, как известно, делать нечего, полковник Сталин и его приятели в очередной раз "приземлились за столом", поговорили за бутылкой водки о том о сем, и решили от скуки устроить большую рыбалку. Дабы развлечься и разнообразить рацион питания личного состава своей геройской воинской части. Сказано сделано! Наутро, изрядно опохмелившись, поехали в город Осташков, что в Калининской области. На берегу реки был накрыт стол опять же с соответствующими бутылками. А кончилось тем, что один из авиаснарядов «РС», которыми принялись глушить рыбу (что уже само по себе деяние незаконное) взорвался в руках полкового инженера. При этом инженер погиб, а Василий Сталин и еще один летчик получили ранения.

Вот документы, которые красноречиво говорят сами за себя.

Секретно.

Зам. начальника 1-го Отдела НКВД СССР

Комиссару Госбезопасности 3-го ранга

т. Власику Н. С.

Заключение о состоянии здоровья полковника

СТАЛИНА ВАСИЛИЯ ИОСИФОВИЧА

т. Сталин В. И. доставлен в Кремлевскую больницу 4/IV-43 г. в 11 часов по поводу ранений осколком снаряда.

Ранение левой щеки с наличием в ней мелкого металлического осколка и ранение левой стопы с повреждением костей ее и наличием крупного металлического осколка.

В 14 часов 4/1V-43 г. под общим наркозом проф. А. Д. Очкиным произведена операция иссечения поврежденных тканей и удаления осколков.

Ранение стопы относится к разряду серьезных.

В связи с загрязнением ран введены противостолбнячная и противогангренозная сыворотки.

Общее состояние раненого вполне удовлетворительное.

Начальник Лечсанупра Кремля

Бусалов

4 апреля 1943 г.

И еще:

ПРИКАЗ НАРКОМА ОБОРОНЫ СССР

26 мая 1943 г.

Командующему ВВС Красной Армии Маршалу авиации тов. НОВИКОВУ

ПРИКАЗЫВАЮ: