Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

Примечание: Косарь – это тысяча долларов (жарг.).

Квартет Синеглазок

К ограде не очень уверенно подъехал военный «Роллс-ройс» 1944 года выпуска. Так – немного крадучись, едут авто, чьи водители первый раз в данной местности. Из-за дверцы шофера вышел рассыльный. На лице – любопытство, в руках четыре конверта.

Двухэтажный дом за сплетенным из витиеватых узоров ограждением. Аккуратная дорожка, посыпанная гравием: от калитки к дому, тридцати футов длиной. Фасад дома двухцветен: главенствующая роль отдана розовому цвету, который подчеркивают голубые вставки на фундаменте и стенах. Строительный материал – кирпич. Черепичная крыша, на окнах кружевные занавесочки. Мансарда, чисто для понта. Аккуратная табличка-адрес:Glamour-street 18/D.

Рассыльный с усмешкой осматривал сооружение: дом кукол, в таком доме живут куклы! Первые впечатления – они самые яркие. И самые честные. Гонец без усилий прошел в калитку, поднялся на крыльцо и позвонил в дверь. Практически тотчас послышались шаги. Щелчок внутреннего запора. Порог явил женщину лет тридцати, чем-то похожую то ли на Барби, то ли на Мэрилин. Роскошная штучка, под стать дому! Только вот глаза злые. Такие глаза бывают у женщин либо с нехваткой секса, либо у конченых стерв. Штучка – визуально прекрасна, а красивые женщины на порядок чаще страдают от недотраха, нежели некрасивые. Конченая стерва – это не человек, а животное вида «курица». Кто именно есть штучка – пока сложно сказать. По ходу разберемся… Рассыльный любезно улыбнулся:

— Вы миссис Мэри?

— Да, зайди-ка!

Недоуменное движение бровями: обычно приглашают войти того, кого ждут. Кто приходит без приглашения – того не приглашают. А ждут, когда гость расскажет предмет своего прихода, и рассказ происходит на пороге. Но хозяин-барин… то есть, хозяйка. Рассыльный ступил через порог. Штучка щелкнула запором, закрываясь изнутри.

— Проходи, мы тебя ждём, — Мэри пошла в глубину дома, сделав гонцу приглашающий жест.

Офис предварительно позвонил заказчику и проинформировал о том, что заказ доставят в такое-то время. Всё четко — никаких странностей! Театрал знает нюансы в своём театре! Курьер последовал по холлу — вслед за штучкой.

— Отец Патрик нас уже предупредил, — объяснила, походя, Мэри. — Сразу видно истинного святого отца. Он пожалел ваше время, и наше тоже…

***

Гостиная в доме миссис Мэри – это просторная комната, богато обставленная. И очень всё со вкусом. Художественный вкус – та вещь, которая либо есть, либо нет. У хозяйки дома такой вкус есть, даром что кукла. Рассыльный несмело замер на пороге. Мужчины всегда становятся несмелы, когда становятся объектом изучения толпы блондинок. Или стада куриц. Или нескольких красавиц. Кому какие ассоциации ближе…

Перед изящным столиком на витых ножках, на низком диванчике, три леди. На столике чай и пирожные. Леди лет по тридцать. Ухоженная кожа, прически-«вавилоны», лупоглазые лица, в губах botox, на ногтях маникюр. И Shellac! У каждой, конечно, сумочка и… злые глаза! С интересом оглядывающие курьера с головы до ног. Эти блондинки похожи как сиамские близнецы, потому что глаза — зеркало души! Мэри, не задерживаясь на пороге, присоединилась к подругам, и блондинок у столика стало четыре. Квартет синеглазок — звучит!

— Девочки, письма от отца Патрика прибыли, — шепнула Мэри и призывно махнула белой ручкой. — Подойди, мистер Рассыльный!

No problem, ladies! Курьер приблизился к столику. Сесть не предложили, да и предложить некуда. Нет никаких стульев и так далее рядом с диваном! А есть четыре молодых девки, в самом соку! Как блондинок не называй, а женские «титьки-питьки» издеваются над мужским инстинктом, как хотят. Если на близком расстоянии… Мистер гонец занервничал.

Впрочем, блондинки были поглощены письмами, а не курьером.

— Давай моё письмо! – на правах хозяйки задала почин Мэри.

— И моё! Для Мэлони.

— Давай-давай! Я – Митчелл!

— И мне! Джоди.

Четыре просьбы прозвучали приказным тоном! Четыре страждущих руки вытянулись к посыльному и нетерпеливо задрожали!.. Обычно блондинки всегда и всё просят именно приказным тоном! Мера стервозности, объективной красоты и степень порядочности здесь не играют роли. Ни хрена совсем.

Гонец раздал конверты и погрузился в наблюдение. Усилием воли отогнав самческое наваждение! Почти полтинник – тот возраст, когда это сделать легче, чем в двадцать пять.

Леди суетливо вскрыли конверты и жадными глазами исследовали письма. Туда-сюда-обратно, о, Боже – как приятно! Чтение – это движение глазных яблок из стороны в сторону.

— О, да! — Мэри сделала рукою характерный жест.

— Девки, класс! – оживилась Митчелл.

— Я чувствовала, что письмо будет приятное! – поделилась Mэлoни.

— Конечно же, я это заслужила! – сама себя убедила Джоди.

Сомнение. Самое противное из всего, что изобрел мистер дьявол! Оно подобно клеткам рака. Противоядия нет просто потому, что раковые клетки ты получаешь как бесплатное приложение к своей жизни. Мы все – носители раковых клеток, разовьются они в собственно опухоль или нет – другой вопрос… Мэри с сомнением глянула на подруг.

— Девочки, скиньте-ка мне свои письма! Если не ошибаюсь, все извещены об одном и том же событии, что лелеяли всегда?..

Как правило, самое главное событие в твоей жизни не происходит без того, чтобы не произошла ошибка. Ошибка либо препятствует событию произойти, либо само такое событие – ошибка. Про это знают даже блондинки… Леди сразу же отдали  Мэри свои письма!.. Хозяйка дома отодвинула чайную чашку, положила четыре листка перед собой на стол и стала вдумчиво изучать. Леди замерли в ожидании…

Четыре одинаковых текста, только обращения в них разные за счет разности имен. Написанные одним и тем же почерком. Видно и без вдумчивости!..

— Девочки, надо по глотку ликёра! Срочно! Наша интуиция нас не подвела! — Мэри вскочила и отбежала к настенному бару. Леди захлопали в ладоши и загылились!

Мистер гонец поморщился и… увидел блондинок в совсем другом свете. Так бывает – мы видим восхитительную женщину, её желаем и уже почти любим, но… объект обожания делает характерный жест, что… низвергает кумира грёз с пьедестала, нарисованного нашим воображением... Всего один жест способен изменить наше отношение! Только что была сладко-приторная гостиная – мгновение – и это уже не гостиная, а… Террариум – то место, где обитают змеи. Склизкие, равнодушные, скользкие! Гады, которых гонец принимал за блондинок. Однако ж… это не любовная игра и никакой не съём тёлок, в конце-то концов! Рассыльный обаятельно улыбнулся.

— Я рад, что принёс вам хорошие вести, леди. Могу чем-то ещё услужить?

Мэри возвратилась к дивану,