Город Барабу (Цирк - 1) - Барри Лонгиер

Том Уорнер остановился у края карьера, после крутого подъема у него все еще болели икроножные мышцы. Он перевел дыхание, взглянул на темно-багровое небо Мистении, повернулся и посмотрел на дно карьера. Сквозь густую дымку ядовитой каменной пыли ему были видны немногие из егс товарищей - они рубили камень, собирали куски в корзины, втаскивали ношу на нагруженные спины и несли по крутой тропинке к входу в карьер.

- Человек! - При звуке этого голоса, донесшегося из громкоговорителя, все в карьере замерли. Постепенно, поняв, что окрик относится не к ним, рабочие по одному брались за дело. Том Уорнер поднял глаза на герметично закрытую башню. - Человек, куда ты направляешься?

- Господин, в это время мне нужно являться к начальнику деревни.

Последовала небольшая пауза, которую нуумианцы назвали бы моментом страха.

- Проходи, человек.

Том поклонился башне, повернулся и зашагал по склону к деревне, зная, что взгляд стража будет следить за ним, пока он не скроется за гребнем. И этот взгляд не упустит ни малейшего жеста. Однажды Джейсон по глупости пошутил вот таким образом: вытянул руку по направлению к башне, ладонью вперед и растопырил пальцы. Никто из людей не знал, что означает этот жест у нуумианцев, зато все стали свидетелями, как эти существа могут сердиться.

Том Уорнер прижал ладонь к бедру. Добравшись до гребня, он увидел перед собой другую герметично закрытую башню. За ней начиналась деревня: длинные ряды бараков из пластика и металла.

- Человек, куда ты направляешься?

Том резко остановился, стиснул пальцы, сделал два глубоких вдоха и поднял голову.

- Господин, мне приказано являться в это время к начальнику деревни.

Пауза.

- Для какой цели?

- Господин, я не знаю.

Пауза.

- Проходи.

Том сделал шаг и почувствовал, как противно дрожат колени. Он закрыл глаза, размял пальцы и сделал еще несколько глубоких вдохов. Ненависть у них не чувство, подумал он, а вера, религия, философия... Немного расслабив напряженные мышцы, Том, не оглядываясь, двинулся дальше.

Слой каменной пыли, покрывавшей все вокруг, стал менее толстым, и Том попытался отряхнуться, хлопая себя по лохмотьям. Дойдя до центральной улицы деревни, представлявшей собой четкий ряд однообразных бараков, он приблизился к сторожевой башне, возвышавшейся над бараками. Страж здесь был другой.

- Уорнер, ты слишком рано вернулся из карьера.

Том пожал плечами:

- Господин, я должен явиться к начальнику деревни.

Этот страж, казалось, настроен более дружелюбно, чем другие, и Том, облизав запыленные губы, решил рискнуть.

- Господин, ты что-нибудь знаешь об этом? - Он снова облизал губы. Друзья назвали бы его сумасшедшим за разговоры со стражем.

- Не знаю, Уорнер. Может быть, это связано с новой группой рабочих, прибывающих в деревню. Том облегченно вздохнул.

- Господин, спасибо. - Он ждал приказа.

- Проходи, Уорнер.

Том пошел дальше, мысленно качая головой. Впрочем, сторожа в зоопарке тоже проявляют интерес к животным, когда узнают их получше.

Он сошел с дороги, приблизился к двери барака и открыл ее. Сделав шаг в полутемное помещение, закрыл за собой дверь. В коридоре было еще три двери: по одной справа и слева, и одна в самом конце, которая вела в спальную секцию рабочих. Том открыл правую дверь. Сидевший за чистым столом мужчина с унылым лицом поднял голову от каких-то бумаг, прищурился и кивнул:

- Входи, Том.

Уорнер вошел в комнату, выполнявшую функции как кабинета, так и спальни, закрыл за собой дверь и опустился на раскладушку у стены.

- Что тебе от меня нужно, Френсис?

Френсис Денэйр, начальник деревни, отбросил прядь седых волос, упавших на глаза.

- Том, мы получаем новых рабочих для карьера. Их надо разместить здесь, в деревне.

Уорнер усмехнулся и покачал головой:

- Где? Нам и сейчас не хватает коек.

- Придется потесниться.

- Френсис, а как с пайками? Их уже давным-давно не увеличивали. Ты понимаешь, что из-за нехватки калорий самые слабые просто умрут?

Френсис покачал головой:

- Пайки останутся на прежнем уровне. - Его взгляд скользнул куда-то, потом вернулся к Тому.

Том опустил голову:

- Если бы нас кормили получше и дали современное оборудование, мы увеличили бы производство на тысячу процентов.

Денэйр улыбнулся:

- Как ты думаешь, Том, что они делают с этим камнем?

Уорнер пожал плечами:

- Полагал, используют для изготовления цемента... что-то в этом роде.

Френсис покачал головой:

- Камень, который мы добываем, отвозят в другую деревню, а там его засыпают в другой карьер.

- Ты... ты уверен?

Френсис кивнул:

- Прошлой ночью через холмы проходили беглецы. Они мне и рассказали.

Том прислонился к стене, положил руки на колени и закрыл глаза:

- И только из-за того, что ненавидят нас.

- Нуумианцы обвиняют людей в том, мы ограничили экспансию их Империи.

- Это сделали не мы, а Ассамблея Квадранта...

- ...в которой большинство голосов за людьми.

Том вскинул брови и кивнул:

- Наверное, этого вполне достаточно, чтобы у нуумианца зародилась ненависть. - Он взглянул на Френсиса.

- Раз уж Ассамблея взялась улаживать эти дела, то, может быть, они вспомнят и о Мистении? Было бы неплохо.

Френсис уже читал свои бумаги.

- Нас обменяли на три другие планеты. Что-то вроде компромисса. Ассамблея открывает три необитаемых мира, а Мистения остается в составе Империи.

- Но почему?

Френсис пожал плечами:

- На Мистении есть люди; для Империи мы своего рода терапия. - Он поднял лист бумаги и протянул Тому. - Вот новое распоряжение. Делай что хочешь.

Том прочитал документ, качая головой. Потом посмотрел на Денэйра:

- Откуда рабочие?

- Какие-то странствующие артисты. Нуумианец, который мне об этом сказал, сообщил, что сначала прибудет небольшая передовая группа, а уже потом, через несколько дней, основная часть. Кто-то начал против этих бедолаг гоату. Интересно, чем они это заслужили?

- Я никак не пойму, чем мы это заслужили. - Том закусил губу, но тут же сменил тему: - Слышал что-нибудь о Линде и моем мальчике?

Денэйр покачал головой:

- Из лагерей заложников уже двадцать дней нет известий. - Старик протянул руку и потрепал Тома по плечу. - Уверен, у них все в порядке. Пока мы играем с нуумианцами в эти дурацкие игры, они не тронут женщин и детей.

Том покачал головой:

- Три года. Три года. Сколько еще могут длиться эти игры? Сколько времени надо нуумианцу, чтобы удовлетворить свою ненависть?

Френсис отвел глаза и пожал плечами. Они оба подозревали, что ответ на этот вопрос - вечность.

29

Сев То Линта, консультант "Большого шоу О'Хары" по Нуумианской империи, сошел на землю с шаттла № 1 и остановился, наблюдая за тем, как люди устанавливают на площадке шапито. Человек по имени О'Хара подошел к нему, кивнул, посмотрел на рабочих и нахмурился.