Лукоморье. Первый курс - С. Бадешенков

Благополучно доставив Тартака в гостиницу, я пошёл к недалекому, лесному озерцу. Хотелось просто посидеть на берегу, возле воды, обдумать полученную информацию.

Вот интересно, я столько читал об эльфах. Ну не то, чтобы научные труды, нет — фэнтези. Там описывались эльфы, как нечеловечески красивые существа. Перворождённые, познавшие многовековые знания, эльфы уединились в своих лесах-крепостях.

Не спорю, поют они, действительно, классно. Земная попса нервно курит в туалете! Появись здесь Киркоров или «Корни» с их зелёными бровями, которые колосятся при свете луны, я даже и не знаю, сколько бы они прожили после своего выступления. И дожили бы они до конца его?

Но вот, что касается их нечеловеческой красоты… Я как-то не заметил их этой особой красоты, хотя вон Тимон, так просто млеет в присутствии Гариэль. Да, конечно, глаза в пол лица, производят впечатление своей необычностью и выразительностью, но и у человеческих девушек тоже с этим не плохо. Я думаю, что просто они не такие как мы, люди. Их лица уже наших. Глаза больше человеческих, и видят лучше. Волосы прямые, преимущественно — светлые. Они производят впечатление более хрупких, по сравнению с людьми. Но это впечатление обманчиво. Они достаточно сильные и очень гибкие. Как сказала Гариэль, далеко не все они владеют магией, но все они понимают лес, частью которого они являются. Почему-то они стараются не показывать эмоций, как индейцы из американских вестернов. Не знаю, чем это вызвано. К людям они действительно относятся с некоторым пренебрежением, что меня, например, очень задевает и вызывает желание устроить что-то, что заставит их отнестись ко мне по-другому. Не знаю как, но по-другому.

Мои размышления прервало ощущение чьего-то присутствия за спиной. Я быстро поднялся с травы и обернулся. В неверном свете звёзд, передо мной стоял эльф в абсолютно черном одеянии. Мне вспомнилось наше прибытие сюда и эльф, в окружении юношей. Как-то он тогда на нас очень внимательно поглядывал. Как там его зовут? Форинтиэль, кажется…

— Почему ты не со своими? — задал вопрос эльф.

Ну, что за дела? Я что, уже не имею права отделяться от группы? Мы так и должны тесным стадом бродить по лесу?

— А я обязательно должен быть со своими? — нейтральным тоном поинтересовался я.

В неверном свете звёзд было видно, что Форинтиэль улыбнулся. Не отвечая, старый эльф прошел мимо меня и остановился на берегу озера, гладя на противоположный берег. Некоторое время он молчал, а потом заговорил каким-то глухим голосом:

— Дракон ещё спит, но время придет, и он проснется. Он раскроет свои крылья и пойдет по дороге предков. Он понесет с собой горе врагам и надежды друзей. Время придет…

Ну вот, искренне огорчился я, у старика начались глюки. Ну, почему это произошло при мне? Что мне рассказывать, если спросят? Я несмело сделал шаг к нему, совсем не представляя, что мне дальше делать. Форинтиэль, не спеша, повернулся ко мне.

— Вот так всегда и бывает — негромко сказал он, — что-то приходит, и сразу не поймешь, что, и кому это предназначено, и только через некоторое время проясняется смысл.

Форинтиэль кивнул мне, и неслышно ступая, исчез в лесу.

Ну, я, вообще-то, думаю, что это про Тюрона. Он — единственный дракон среди нас. Правда, выражение о том, что он спит, мне не понятно. Про дорогу предков, ясно. Он ищет своих предков и раскапывает их знания. На это нужно какое-то время. Про горе и надежду не знаю. Это всё-таки будущее. Надо будет обсудить это с ребятами…, или не надо?

Глава 12.

Меня разбудил дружный хор птичьих голосов, воспевавших утро. На соседней кровати, блаженно улыбаясь, спал Тимон. Видимо что-то хорошее приснилось под утро. Ослепительное солнце, пробиваясь сквозь золотую листву, создавало изумительно хорошее настроение. Слышался голосок Аранты, распекавшей за что-то братьев ад Шейт. Да, денёк предстоит хлопотный. Сегодня мы покидаем Светлый лес и едем домой. Четыре дня промелькнули быстро.

Я больше не встречал Форинтиэля. О происшедшем в ночь праздника, я рассказал только Гариэль. Она, задумавшись, некоторое время сидела молча. Потом заговорила:

— Знаешь, Колин, такое с Форинтиэлем иногда бывает. Он делает прорицания. Его устами говорит провидение. Мы не можем сразу понять, к чему эти прорицания относятся. Только со временем, когда что-то происходит, становится понятно, о чем шла речь. Вся беда в том, что Форинтиэль произносит прорицания в трансе. Он не знает, откуда что берётся. Иногда речь шла об очень важных делах, но кому это предназначалось, выяснять не удавалось. В результате гибли люди и эльфы. Были разрушения.

— Но, речь шла о том, что горе будет врагам, а друзьям надежда.

— Колин, а ты можешь точно сказать, кто эти враги? Дракон-то, ещё спит. Я не уверена, что речь идёт о тане Тюроне. Что, если это иной дракон, и нам предстоит стать его врагами?

— Да. Об этом я, как-то, не подумал. Может речь идет о нашем недоброжелателе? Может все эти примочки и есть признаки пробуждения?

— Может быть. Хотя, нет. Вряд ли. Драконы, насколько я знаю, не бывают темными. А с нами воевал темный маг.

— Может быть это условное название — дракон. Прозвище какого-нибудь темного мага.

— Все может быть. Не знаю.

Я хитро прищурился и ангельским голоском спросил: — Это как же так? Эльфы, которые все знают и все предвидят?

— Колин! — сердито повернулась ко мне Гариэль, — Я вот сейчас как дам тебе по шее! Эльфы знают много, но не все! А уж что касается предвиденья!… Просто мы относимся ко всему спокойно. Чему быть, того не миновать!

— А, понятно. Фаталисты значит.

— Фаталисты — это что? — недоуменно спросила Гариэль.

— Это от слова фатум. У нас на Земле, вернее там, у них… Короче это, как раз и означает, то, что ты говорила. Будет то, что будет, и ничего нельзя изменить.

— Да примерно. Но мы хоть боремся со злом, не то, что эти дроу!

— Дроу? — насторожился я, — темные эльфы?

Гариэль неохотно кивнула.

— Они что, действительно существуют?

Снова неохотный кивок.

— Расскажи мне о них — потребовал я.

— Что тебе рассказывать? — вскипела Гариэль, — дроу — это изначальное зло! Они практикуют магию Хаоса! Понятий добро, милосердие, сострадание и любовь, для них не существует.

— Они, по внешнему виду, как-то отличаются от вас?

— А как ты думаешь, если они живут под землёй?

— То есть, они имеют бледный вид?

— А гномы, что, имеют бледный вид?

Я честно попытался вспомнить, как выглядят гномы. Вроде бы, они не бледные. А какие?

— Не мучайся — поняла мое молчание Гариэль, — дроу имеют темную кожу и абсолютно белые волосы. Глаза у них имеют красноватый оттенок. Радужка меняется от светло желтого до темно коричневого цвета.