Только любовь - Ирина Юрьева

– Сама возьмешь, если хочешь, – отрезал мальчишка, решив, что над ним насмехаются.

– Фу, грубиян!

Горад воспринял детскую стычку как должное, но, к концу дня, мальчик стал раздражать и его. Группы юных волшебников дважды менялись, а Альв не хотел уходить. Уверяя, что он нужен старшим, Альв постоянно придумывал повод торчать рядом с Руни. Он то предлагал ей поесть, то хотел лично выяснить, что означает какой-нибудь знак на пергаменте, то жаждал вдруг показать «что-то важное». Злиться за это на мальчика было смешно, но Горад ощущал неприязнь.

Это он, Горад, на правах друга, мог настоять, чтобы Руни пошла отдохнуть или выпила сок. Он один имел право с ней говорить о делах и о том, что ее занимает. Внимание Альва не нравилось, так как мальчишка пытался занять его место…

Вздрогнув, Горад посмотрел на подростков. Ребята работали и не смогли уловить нехорошие мысли наставника.

– Что со мной? Что происходит? – с тревогой подумал Горад, ощущая мощнейший прилив беспокойства. – Я думал, что справился, и вот… Опять!

Встретив Эрла, Горад сразу понял: они очень разные, и, в то же время, похожи. Они одинаково смотрят на магию. Оба одержимы стремлением к знанию. Оба готовы меняться и идти вперед. Оба умеют прощать.

У них был разный жизненный опыт. Горад повидал много стран, а жизнь Эрла прошла в Гальдорхейме. Горад управлял Силой с раннего детства, Эрл лишь открывал в себе дар чародея и воина. Но это им не мешало. Они понимали друг друга куда лучше, чем остальных заговорщиков. Боль, пережитая каждым из них, не смогла потушить интерес к жизни и породить фанатизм, отличающий Ионна, Мелена, Лунда и остальных горожан.

Горад встречал многих женщин, Эрл помнил одну. Его чувство казалось Гораду опасным. Он был убежден, что любовь – редкий дар. Большинство чувств, которые пышно зовут этим словом, достойно другого названия. Прихоть, влечение, флирт… Интерес, желание, дружба… Страсть… Самовнушение… Явный психоз!

Узнав, что в Гальдорхейме у Эрла осталась любимая, Горад почувствовал к ней недоверие. Видя опасность, которой себя подвергает друг ради того, чтобы встретиться с ней, Горад счел его чувство безумным. Он жалел Эрла, пробовал предостеречь от ошибки. И сделал все, чтобы помочь ему выполнить четко продуманный план, когда понял, что друг не отступит.

Впервые встретив их вместе, Горад понял, что ошибался.

– Я рад, что мой друг разыскал вас, – сказал он, представившись Руни. – Эрл был прав, когда говорил, что не сможет любить никого, кроме вас. Вы прекрасная пара, и я ему даже завидую!

Руни тогда рассмеялась, а он уловил, что она в положении и от души их поздравил. Ему тогда было легко. Он считал Руни с Эрлом одним целым, видел в них две половинки единой души, верил в их счастье.

В те дни Горад часто проводил время с Руни. Им было легко и свободно. Они разбирали в архиве старинные свитки, могли обсуждать дела Круга, шутить и смеяться, готовя лекарства.

– Тебе повезло с женой! – часто поддразнивал Эрла Горад. – Где мне найти такую же? Может, поехать в Гальдор за ее сестрой?

– Лучше не стоит, – слегка поморщившись, отвечал Эрл. – Свельд тебе не подходит. Совсем. У нее есть другой.

– Значит, ждать, когда ваша любовь вдруг угаснет, и вы разойдетесь?

– Жди! Лет триста или пятьсот. Или сразу семьсот, – предлагал ему Эрл.

– Разве столько живут?! – ужас в голосе был очень искренним. – Я умру раньше!

– Ладно, Горад, – прерывала его излияния Руни. – Рожу дочку. Когда она подрастет…

– Руни, я не люблю малолетних!

Они хохотали, не принимая подобные речи всерьез. Когда все изменилось? Недавно, внутри катакомб. Руни стало там плохо, и он ее вывел назад. Но, пока они шли к люку, Горад открыл, что счастливая жизнь, за которою он наблюдал, была только иллюзией. Руни страдала. Она сомневалась в себе. Полагала, что Эрл с ней несчастлив. Что он разлюбил ее и теперь ищет другую.

Сказать, что Горад был тогда изумлен, слишком мягко. Он был потрясен и растерян, не зная, как быть и что думать. Открытие вызвало мощную вспышку стыда и досады на Эрла. Как можно, живя с такой женщиной, думать о ком-то другом? Почему Эрл не хочет дать Руни уверенность в собственных чувствах? Зачем он ее заставляет страдать? Руни любит его. Разве этого мало? Горад сделал бы все, что смог, лишь бы дать Руни счастье.

Горад был уверен, что Руни – та женщина, рядом с которой он сможет прожить жизнь. В ней нравилось все. Ее внешность, ее вкус, манера держаться, живой интерес к окружающим, мягкая сдержанность, такт восхищали Горада. До этого дня мысль о том, что он может на что-то рассчитывать, была абсурдной. Теперь, в катакомбах, Горад ощутил, что, решившись, сумеет разрушить непрочную семью.

Однако мужской кодекс чести внушал, что нельзя соблазнять жену друга. Подобный поступок не даст ему счастья. Горад перестанет себя уважать, если сделает так. Если бы чувства Руни остыли, Горад бы не стал колебаться и сделал бы все, чтобы вызвать ее интерес. Но она продолжала любить Эрла. Этот разрыв причинил бы ей сильную боль.

Не желая поддаться соблазну, Горад начал просто ее избегать. То, что Руни не стала удерживать, вновь подтвердило, что ей нужен Эрл. Дружба, которой Горад дорожил, для Руни ничего не значила. Горад поклялся, что справится с чувством, возникшим помимо желания. Оно смущало его, вызывая тревогу и страх.

Приезд в город Иланы опять разбудил злость на Эрла. Зачем он ее притащил в город, зная, насколько непрочны его отношения с Руни? Реши Эрл расстаться с женой, все бы вышло честнее и проще, но он ничего не менял.

У всех бывают фантазии. Время от времени хочется их воплотить в жизнь? Допустим! Но, если уж ты женат, то, будь добр, веди себя так, чтобы не причинять Руни боль. Наглых рыжих девиц, выставляющих свой пышный бюст, в Агеноре хватает. Прижало – так выйди за Круг, разрядись и забудь, что такое вообще было. А позволять, чтобы лахудра цеплялась к тебе на глазах у жены, да еще заявляла при всех, что она лучше – это уже перебор!

Горад злился, когда видел, что Эрл ее поощряет, но твердо решил устраниться и не осложнять ситуацию. Он хотел быть беспристрастным, боялся использовать в собственных целях внезапную слабость приятеля. Высказав вслух, что он думает об этой рыжей Илане, Горад отступил, предоставив Эрлу возможность решать самому. Теперь страдать и каяться было бессмысленно. Нужно искать выход. Думать, чем можно помочь.

– Горад, – тихо окликнула Руни, заставив отвлечься от мыслей. – Взгляни, что тут?

Часть плана, которую она держала в руках, отличалась от всех остальных. Боковые рисунки давали возможность понять, как она примыкает к другим. В середине большой лист был пуст. Несколько непонятных значков и какая-то «надпись» по кругу. (Рисунок букв был незнаком.)