Темпус - Дмитрий Шмелев

Остался воин-шкаф. С этим будет посложнее, но вполне решаемо. На жалость надавлю. Они же, когда глыбу из болота тащили — не знали, что в ней что-то есть. Точнее, кто-то. А это значит, что старички-магистры без их участия меня на плато подобрали. А уже это в свою очередь означает, что можно нагло и бессовестно врать.

Скажу, что воином охраны был, таким же, как он. При нападении словил стрелу…в колено и по голове огреб. Тяжелым причем огреб, массивным. Упал, очнулся, хыпс. Причем не просто хыпс, а временная амнезия. Ничего не помню, никого не узнаю, лишь смутные, размазанные лица магистров, да атаковавших противников. Причем противник, проиграв и отступив, пообещал взять матч-реванш. Меня, как смертельно раненого, в глыбу льда тут же сунули, чтоб до города довезти, да целителям на руки сдать. И это почти удалось, но… Коварный враг в самом конце путешествия, когда я, бедный и несчастный, замороженным полутрупом на телеге трясся, атаковал из засады. Впрочем, об этом воин должен и сам знать. Откуда я это знаю? Так глыба же не глыбой была, а магическим саркофагом. Не знаю всяких колдовских тонкостей, но магистры меня иногда пробуждали от ледяного сна, разговаривали, новости рассказывали. Во время одного из таких разговоров как раз и напали.

Чтож, звучит более или менее правдоподобно. Надеюсь, воин поверит. Пусть даже следить первое время будет — скрывать все одно нечего. Да и про амнезию — частичная правда. Кем раньше был — действительно не помню. Хотя, судя по навыкам, да умениям, примерно догадываюсь. Итак, пора "просыпаться".

Сладко зевнув, я слегка потянулся всем телом и открыл глаза. Все та же поляна, все те же действующие лица. Обстановка практически не изменилась, разве что углей вокруг костра стало больше. Рядом лежал пустой котелок с остатками еды на стенках. Сволочи! Неужели все без меня схарчили? Ту вкусность, так ароматно пахнувшую?

— Свободу попугаям! — засипел я на чистом русском, пытаясь приподняться на локтях. — Жрать хочу! Где трехразовое питание больного?

Студенточки во главе с воином тут же заспешили ко мне с противоположного конца поляны. Опять двадцать пять: два заинтересованных взгляда против двух настороженных.

— Что пялишься? — уставился я прямо в глаза эльфийки. — Жрать давай, и корми с ложечки.

Несмотря на то, что сказано это было на непонятном ей языке, мимика говорила сама за себя. Остроухая смутилась, и отвела глаза, а воин нахмурился. Видимо, взгляд получился слишком требовательным — как бы за угрозу не приняли. Как же, дроу на своем наречии обругал бедную эльфийку, ненавидит ее небось! Тьфу!

Отведя взгляд от рыженькой, я уставился на воина. Ишь, насупился как. В глаза, в глаза мне смотри! Давай поиграем в гляделки? Чтобы легенда была правдоподобной, тебя сразу придавить надо, доказать свое право на власть. Скажу, что командиром охраны был.

Белобрысый громила, поупиравшись недолго, стыдливо отвел взгляд. Проиграл, проиграл! Не расстраивайся, по-другому и быть не могло. У дроу зрение особое, к темноте привычное, а значит, мои глаза априори выносливее человеческих. И взгляд пронзительнее. Хорошо хоть, что время ближе к вечеру и яркий солнечный свет не мешает.

Прочистив горло, я посмотрел на гному и, перейдя на всеобщий язык, начал задавать каверзные вопросы:

— Где мы? Где магистры? Вы — студенты? Сколько человек выжило?

Надо сказать, я попал в точку. Напряжение заметно спало, а воин убрал руку с рукояти меча на поясе.

— Откуда ты знаешь магистров? — спросил он меня.

— Был командиром охраны.

— Бедненький, то-то я смотрю ты весь в ранах… — сочувственно протянула гнома.

Хм, в ранах? Точно! Ведь на плато тело носителя утыкали стрелами, словно подушечку для иголок. Я тут же испуганно посмотрел на свои руки. Ровным счетом ни-че-го. Что за мистика?!

Хотя нет, постойте! Вижу. Небольшие, застарелые шрамы, словно после тех ранений прошло несколько лет. Побочный лечебный эффект глыбы?

— Затянулись… — ошарашено протянул я, имитируя удивление. — Ведь три болта навылет прошло!

— Три болта навылет? — удивленно приподнялись брови человеческой студентки.

— На вас напали? — заерзала гнома, почти не скрывая своего интереса.

— Да. — устало закрыл глаза я. — Их было слишком много и они ударили из засады. Хорошо, что студентов туда не взяли.

— Где это произошло? — перестал хмуриться воин.

— Каменистое плато, возле выхода из подземных катакомб. — не покривив душой, ответил я чистую правду. Все равно из присутствующих никого там не было — иначе бы не спрашивали.

— А нас магистры на плато не взяли… — взгрустнула гнома.

— Правда что ли? Да неужто?! — какой я чересчур саркастичный… — Значит вы все же студенты. Где мы и что с магистрами? И дайте наконец попить, а то в горле пересохло.

Вся компания насупилась, а эльфийка молча удалилась в сторону сваленных в кучу вещей. Ничего, недолго тебе осталось. И не на таких управу находили.

— Неужели магистры… — изобразив вселенскую скорбь, я неверяще уставился на человеческую студентку. Та лишь отвернула голову вбок. Воин, покряхтев, с трудом выдавил из себя:

— Все, до единого.

Вон он, тот момент, когда пора перехватывать инициативу.

— Кто-нибудь еще выжил? — в моем голосе прорезались командные нотки.

Молчание послужило самым красноречивым ответом.

— Из нашей группы только мы. — понурилась гнома. — Возможно кто-то из другой, но мы не можем сказать точно.

Тяжело вздохнув, я сделал вид, что задумался. Пока все идет как по маслу. Пора инициировать вторую стадию отношений: сближение. Ведь мы все такие бедные и несчастные, потеряли друзей-сокурсников и учителей-магистров. А я потерял еще и отряд моих коллег-защитников, которые были мне как…братья. По оружию. Хе-хе.

Дождавшись, пока вернется эльфийка и принесет питье, я с подозрением принюхался, осматривая жидкость в кружке. Вроде бы обычная вода, но кто знает. По крайней мере не пахнет травами, как в прошлый раз. Ладно, поверим. Отпив с помощью гномы, я начал "сближение":

— Что ж… Зла на вас за усыпление не держу. Давайте знакомиться. Командор отряда "Химера", представитель высокого дома дроу Vai'lle…Сорок седьмой.

— А почему командор? — заинтересовалась человеческая студентка.

— Так звучит внушительнее. — я нашел в себе силы и подмигнул ей.

— Сорок седьмой — это номер в строю? — спросил воин.

— Нет. Имя.

— Как имя? — изумленно распахнула глаза гнома. — Ведь это цифра!

— Неужели тебя так и зовут? А как тебя называли родные?