Львовская гастроль Джимми Хендрикса - Андрей Курков

Обернулась на занавеску, за которой аквариум стоял, задумалась. И вдруг хрип, раздавшийся совсем рядом, за этой занавеской, вогнал ее в ступор. Ее парализовало от внезапного страха. А хрип, словно кто-то пытается вдохнуть воздух и не может, продолжался.

Она отползла назад, забыв о порезанном колене. В руке у нее сам собой появился мобильник. Набрала номер Тараса.

— Тарас, быстро приезжай! Я дома! Тут кто-то есть!..

— Понял, лечу! — услышала она голос Тараса и, опустив телефон на пол, попятилась на кухоньку, где уселась прямо на полу, застыв взглядом на краешке занавески, из-за которой еще несколько мгновений назад доносился леденящий душу хрип задыхающегося человека.

Тарас, сбегая по лестнице, первый раз, должно быть, своевременно наступил на пятую ступеньку. Ее душераздирающий вскрик плавно перешел в дребезжание дверного звонка в коридоре у Ежи. Тарас прижал кнопку звонка со всей силы и всё еще держал ее, когда дверь открылась и в проеме появилось перепуганное лицо Ежи Астровского.

— Быстро, поехали! У Оксаны дома грабители! — выкрикнул Тарас и только после этого отпустил кнопку и побежал во двор к машине.

Ежи, как был в тапочках, так и понесся за ним следом.

Старый «опель» вырвался из дворовой брамы на Пекарскую со скоростью «феррари». Тут же раздался визг тормозов, на который Тарас не обратил внимания. Резко повернул налево и снова — на газ.

— Ты чуть потише, а то из меня сейчас сердце выпрыгнет! — вырвалось у Ежи.

— Да мы счас, тут рядом! — не отрывая взгляда от дороги, сказал водитель, и машина, промчавшись на красный сигнал светофора, выскочила на улицу Франко.

Бросив машину прямо напротив Оксаниного двора на проезжей части — места для парковки тут не было, — они выскочили из салона. Тарас забежал во двор, почти впрыгнул в парадное, застучал подошвами по деревянным ступенькам круглой лестницы. Дернул дверь в квартиру Оксаны. И первая, и вторая двери были открыты.

— Оксана, где ты? — спросил, остановившись уже в квартире.

— Я тут, — прошептала она из кухни.

Ее лицо было непривычно бледным, глаза влажными.

— А этот где? — Тарас тоже перешел на шепот.

Оксана показала дрожащей рукой на занавеску, закрывавшую окно.

Тут в коридор зашел, тяжело дыша, Ежи. Он только открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Тарас поднес к его губам указательный палец правой руки, а потом им же указал на занавеску.

И оттуда, из-за занавески, снова раздался хрип. Ежи вздрогнул. Тарас сделал полшага назад.

— Нож, дайте нож! — зашептал Ежи, уже осмотревшийся и заметивший Оксану, сидевшую на полу в своей малехонькой кухоньке. — И палку!

Оксана показала взглядом на столик, но внезапно осмелевший Ежи Астровский уже был на кухне, аккуратно переступив через хозяйку. Он схватил со столика правой рукой хлебный нож с длинным пилообразным лезвием, в левую взял швабру на дюралюминиевой ручке и ринулся к окну.

Тарас и не думал, что у его соседа может оказаться достаточно силы, чтобы, размахнувшись, так ударить шваброй по занавеске, что поднятый ветерок сбросит с кухонного столика несколько бумажных салфеток. В ответ на удар шваброй из-за занавески снова раздался хрип.

— Ты в милицию не звонила? — спросил Тарас хозяйку квартиры.

Она отрицательно мотнула головой.

Тарас, которому вдруг стало неловко наблюдать, с каким рвением Ежи вступил в поединок с неизвестной опасностью, тоже взял в руки веник и кухонный нож.

— Ежи, — зашептал он, — ты шваброй отбрось с окна занавеску! Тогда мы его и прижмем!

Ежи кивнул. Он размахнулся шваброй и ударил по верхним кольцам занавески, которая тут же съехала по деревянной трубке-карнизу в правый конец.

Оксана вскрикнула и сама себе зажала рот ладонью правой руки. Мурашки пробежали по спине Тараса. Ежи застыл с открытым ртом.

В разбитом стекле окна торчала окровавленная огромная чайка. Кровь капала с нее на белый подоконник, а потом дальше на пол, на разбитый аквариум, на камешки и водоросли.

Оксана поднялась с пола. Ее трясло, но она всё равно подошла чуть ближе, присмотрелась к чайке.

Потом опустила взгляд на кастрюльку с водой, в которую она опустила поднятых с пола рыбок. Рыбки были живы. Чайка тоже.

— Я этой пернатой сволочи сейчас горло перережу! — возмущенно заявил Ежи, всё еще сжимавший в правой руке рукоять хлебного ножа.

— Зачем? — растерянно спросила Оксана.

— Ну… Чтоб не мучилась, — Ежи оглянулся на хозяйку. — Всё равно ведь сдохнет…

Оксана отрицательно мотнула головой, наклонилась к раненой птице.

— Осторожно! — предупредил ее Тарас. — Она может клюнуть!

Чайка, словно Тарас напомнил ей о ее оружии, приподняла клюв и, уставившись своими маленькими глазками на Оксану, захрипела снова.

Тарас заметил на кухонной полке скотч, оторвал кусок клейкой ленты и быстрыми, решительными движениями намотал ее на клюв раненой птицы.

— Теперь не опасно, — сказал он.

— Надо «скорую ветеринарную помощь» вызвать, — произнесла Оксана. — Набери справочную, узнай номер! — Оксана показала Тарасу на стационарный телефон, стоявший на пуфике под следующим окном, уже в комнате.

— Да рыбки, вроде, в норме?! — Ежи опустил взгляд на кастрюльку на полу.

Оксана кивнула, не сводя своих глаз с птицы.

— У них услуги платные! — крикнул из комнаты Тарас, всё еще прижимая телефонную трубку к уху. — За вызов сто гривен, дополнительно за помощь. Вызывать?

— Вызывай! — ответила Оксана.

Минут через двадцать в квартиру спешной походкой вошла ветврач в фирменном зеленом комбинезоне с пластиковым зеленым чемоданчиком в руке. Ее лицо выражало озабоченность. Коротко стриженные русые волосы были взъерошены. То ли случайно ветром, то ли сознательно парикмахером.

— Разуваться? — спросила она у Оксаны.

— Не надо. — Оксана жестом позвала ее за собой в комнату. — Вот, видите!

— Ой, как же это она так! — вырвалось у ветврача при виде чайки. — Надо ее освободить!

— А она при этом еще больше может пораниться, — предположила Оксана.

— Вы не вегетарианка? — Врач напряженно посмотрела на хозяйку квартиры.

— Нет.

— Тогда дайте молоток для отбивки мяса!

— Оксаночка, — отвлек хозяйку Тарас, — мы с Ежи за новым аквариумом сходим и за водой для него!

Оксана кивнула. Принесла из кухни молоток. Женщина в зеленом комбинезоне внимательно осмотрела стекло под чайкой, не обращая внимания на слабое похрипывание птицы. Потом ударила молотком по стеклу сразу над нижней перекладиной рамы. Послышался звон.