Совместный номер. Противостояние (СИ) - Юлия Михуткина

− Здесь недалеко есть парк. – Ее короткий ответ дает мне понять, что девчонке неловко, и я открываю для нее дверцу машины.

− Тогда поехали?

Кирстен оглядывается назад на крыльцо и достает мобильный телефон.

− Я скажу Рэйчел, что уехала. – Она отходит от меня на несколько шагов и звонит подруге.

Не став прислушиваться к их разговору, я обхожу машину и сажусь, ожидая Кирстен.

Подруга, ну-да, куда же без неё.

− Поехали, − усаживаясь рядом на пассажирское сидение, она пристегивается и закрывает дверцу. Я завожу мотор, и мы выезжаем с крыльца по подъездной дорожке к парковой зоне. Я еще до конца не придумал, что скажу ей про причину моего приезда, но ее тайны я хочу узнать.

Она указывает дорогу, и мы направляемся в парк.  Набираю скорость, и под колёсами разлетаются в стороны пожухлые опавшие листья.

− Я конечно признательна за ланч, но зачем ты приехал? – она поворачивается в мою сторону.

− Давай поговорим, как приедем. Я не хочу отвлекаться, пока за рулем. −  Хочу смотреть ей в глаза, но я действительно не должен отвлекаться, поэтому наш разговор пока что окончен и до парка мы едем в тишине.

Осень в таких местах чувствуется сильнее, чем на улицах города. Парк пополудни трудового дня не слишком люден, кое-где местами встречаются люди старшего возраста, сидящие на лавочках и прогуливающиеся вдоль парковых троп. 

 Доехав до цели и заглушив мотор, я поворачиваюсь в ее сторону. Я уже знаю, что ей сказать.

− Вот теперь давай поговорим. Я здесь по своим делам. В Батон-Руж у меня есть знакомый менеджер Мэйсон, организовывающий турниры по рестлингу, я приехал к нему. Но и к тебе есть вопросы. После собрания ты сразу уехала. Мы даже не обсудили график репетиций. ­– Рукой делаю неопределенный жест, показывая ей, что мне ни хрена не понятно ее поведение. −И вообще, Кирс, я хочу знать, почему ты согласилась на выступление в паре?

− Коннор, у каждого из нас имеется своя личная жизнь. Мне нужно было срочно уехать. – Она поворачивает голову вперед и смотрит в лобовое стекло. Совсем немногословна. Губы сжаты в тонкую линию. Она не хочет об этом говорить. Черт. Но я хочу. Придется из нее вытягивать по слову.

− Без объяснений. Я хочу знать, когда ты будешь на репетициях, – я поворачиваюсь к рулю и в нетерпении снова к ней, −  повернись ко мне, я хочу тебя видеть. Детка, так дело не пойдет. Ты и на репетиции будешь вести себя также? Я твой партнер и ты должна мне довериться. Как мы сможем с тобой работать, если ты мне не доверяешь?

Бл*ть. Разговор явно не клеится. Что же с ней делать?

−  Что ты хочешь знать? – Кирстен смотрит на меня и на мгновение у меня пересыхает во рту от этого взгляда. Какого…? Я быстро беру себя в руки, отгоняя прочь странное чувство.

−  Ты меня боишься? Почему ты сбежала?

−  Давай договоримся так, −  она немного прищуривается, − если я тебе могу и должна доверять, то ты должен показать, что тебе можно довериться. Я не хочу от тебя больше слышать никаких подколов и грубого флирта. Коннор, ничего!

А вот оно что. Её задели мои подколы. Ну ладно, значит, будем без них.

−  Отлично. И ты ответишь на мои вопросы. – Я немного склоняю голову набок, в ожидании ее согласия.

−  Отвечу. −  Она шумно выдыхает. – Я не готова была с тобой говорить. Учитывая, что ты мог снова подколоть, съязвить и все, что ты любишь делать в таких ситуациях. Я хочу идти дальше и бороться в этом шоу. Такой ответ тебя устроит?

−  Не совсем, но для начала неплохо. Где ты работаешь?

В удивлении ее брови взлетают вверх, а губы слегка приоткрываются. Она явно не ожидала этого вопроса.

−  А это тебе зачем?

−  Ну как бы тебе сказать, −  тут я начинаю запинаться. На меня это совсем не похоже, но почему-то перед этой девчонкой я чувствую вину, как будто совершил что-то противозаконное. – Мой менеджер проверяет всех, кто со мной работает, и от кого может зависеть моя репутация. И о тебе наводились справки. Ты не работаешь в том ресторане, где снимали о тебе сюжет.

Она сглатывает, а руки сжимает в кулаки. Девчонка явно нервничает.

−  Кирстен, я никому не скажу, честно, если ты мне скажешь правду. Я тебе обещаю.

−  В стрип-клубе «Ночная стрела» танцовщицей на пилоне, − с пару секунд внимательно смотря мне в глаза, выпаливает она на одном дыхании.

Ни хрена себе! Бл*ть, с кем я связался?! Стриптизерша? Ни хрена себе номерок. Такая  мне точно не нужна в партнерши.

−  Ты стритптизерша? – уже напрямую спрашиваю ее и мне похер, как бы это ни звучало. Такой поворот меня совсем не радует.

−  Нет! Ты не так понял, да я работаю в стрип-баре, и да, я танцую, но я не раздеваюсь. У меня свой контракт с хозяином заведения. Изначально я не раздевалась только из своих принципов. Теперь  меня люди на улице узнают, поэтому я тем более веду себя более чем благоразумно, так как своей репутацией зарабатываю рейтинг и хозяину клуба. Ты не волнуйся, твоя репутация не пострадает, я у этого человека работаю временно.

−  Но, −  я не могу поверить, что она со своими заморочками работает в стрип-клубе, −  как ты туда попала? Зачем тебе это? Ты же что-то вроде книжной заучки в своем университете. Я кстати, видел о тебе сюжет.

−  Да, спасибо, −  она смеется и у нее в кармане звонит мобильный. Девчонка достает трубку, и, переводя взгляд с нее на меня, добавляет, −  это Рэйч, извини, я отвечу.

По ее кратким ответам подруге я понимаю, что ей нужно возвращаться в университет, и наш разговор окончен. Но у меня к ней еще куча вопросов, которые остались без ответов. Ее ответ, что она только танцует, меня совсем не устраивает. Она мало рассказала о себе. Какова причина того, что заучка, или может это тоже прикрытие, работает танцовщицей?

Она заканчивает разговор по мобильному, а я завожу мотор.

−  Мне нужно возвращаться. Меня ищут из деканата.

−  Поехали. Но прежде…Ты мне можешь сказать причину, по которой там работаешь?

− А может, хватит на сегодня откровений? Ты можешь покопаться, где угодно и ничего постыдного обо мне не найдешь.

− У меня на этот счет свое мнение, малышка. За каждым из нас можно что-то найти.

Мне хочется из неё выудить ещё хоть что-то, но, похоже, это всё и больше ничего она не намерена рассказывать.

−  Как знаешь, тебе виднее. – Она снова достает мобильный и звонит, а я выезжаю из парка и везу ее назад. На этом наш разговор полностью окончен, пока мы не доезжаем до крыльца. Я оборачиваюсь к ней, в то время как она, достав листы из своей сумки, что-то диктует.

На ходу всё собрав, она открывает дверцу и жестом со мной прощается. Черт. Она уходит. Не могу сказать, что мое самолюбие задето, но так со мной еще ни одна не прощалась.