Лотос - Т. Л. Смит

вся комната, в которой мы находимся, заполнена дымом. Я просто хочу домой. Опустив голову вниз, я пытаюсь расслабиться. Это сложно — расслабиться, будучи привязанной к стулу, сидя в комнате, полной мужчин, наблюдающих за тобой. Как только я закрываю глаза, чтобы дать им отдохнуть, что-то громко падает на пол, и я поднимаю голову. Кама со злостью разбивает свой мобильный об пол. Он смотрит вверх. Его глаза такие же, как и у Роана, теперь я вижу сходство.

— Ты… скажи мне, куда идти, — требует он. Мои брови поднимаются в замешательстве. — У него Роан, и он собирается убить его. Ты должна сказать мне, куда он его отвезет.

— Орион не убьет Роана, — я качаю головой, и он смеется в ответ.

— Он сделает это ради тебя. Я забрал тебя. Ты видишь здесь дилемму?

— Почему я вообще здесь? — громко спрашиваю я.

Кама подходит ко мне, вытирая пот со лба. Мне следовало бы бояться его — этот человек привязал меня к стулу. Но пока он не сделал ничего, что бы побеспокоило меня или напугало. Он постоянно висел на телефоне.

Он наклоняется ко мне и говорит прямо в лицо:

— Потому что твой любовник поимел меня.

Я киваю, потому что понимаю его.

— Поняла. Но что ты собирался делать со мной?

Кама выпрямляется, его рука опускается к поясу брюк.

— Я планировал отправить тебя к нему по кусочкам, пока он не пришлет все, что мне нужно.

Мои глаза практически вываливаются из глазниц. Возможно, я ошиблась, и теперь чувствую себя глупо. Потому что теперь я боюсь, и не хочу находиться здесь ни секундой дольше. Потянув за свои путы, я пытаю порвать их, но похититель просто смеется и уходит от меня.

— А теперь скажи мне, куда Орион повезет Роана. — Он поднимает телефон, ожидая моего ответа.

— Сначала отпусти меня.

Кама цокает языком.

— Ты, наверное, подумала, что у тебя есть какое-то преимущество, сладкая, но, пожалуйста, помни, кто привязал тебя к этому стулу. — Он смотрит вниз, и затем я замечаю направленный на меня нож.

— Позволишь мне поговорить с ним? — спрашиваю я.

— Босс, я могу заставить ее говорить. — Один из мужчин в комнате поднимается.

Выпрямив плечи, он делает шаг ко мне, хватает мои волосы и оттягивает назад так сильно, что шея начинает болеть. Довольно сложно сказать что-либо, когда меня так крепко удерживают. Затем его другая рука оборачивается вокруг моей шеи, сжимая.

— Просто отключись…

Я не вижу и не слышу ничего, меня душат. Мне не хватает воздуха, и я теряю сознание. Огромное лицо улыбается мне.

***

Я кричу в ту минуту, как прихожу в себя. Я на полу, мои руки связаны, веревки врезаются в кожу, раздирая ее. Мужчина, который душил меня, сидит у меня на груди, из-за чего мне становится труднее дышать. Приподнимаю нижнюю часть тела, чтобы сдвинуть его, но он не поддается.

— Скажи мне, куда мог поехать Орион, — раздается голос Камы, а затем его лицо появляется в поле моего зрения.

— Дом. — Это единственное место, о котором я знаю, где может быть Орион.

— Где этот дом?

— В том районе, где мы жили.

Это здание находилось недалеко от нашего дома, я была там лишь однажды, но очень хорошо помню его. Потому что я собиралась вылезти из машины, но Орион сказал оставаться на месте. Он ни отчего не держал меня в стороне, кроме этого дома, где он работал, — мне никогда не позволялось войти внутрь.

— Поднимай ее, она поедет с нами.

Мужчина, который намеревался сравнять меня с полом, теперь возвышается надо мной, поднимая. Он крепко удерживает мои запястья, которые ужасно болят от врезающейся в них веревки.

— Босс, она нужна тебе в сознании?

Кама смотрит на меня, затем на мужчину, удерживающего меня.

— Пусть будет в сознании… пока. Она нужна нам, чтобы указать дорогу.

Мужчина выталкивает меня из дома и следует за Камой. Открыв дверь, он грубо толкает меня внутрь, усаживаясь рядом со мной. Кама разговаривает по телефону о чем-то, о чем я понятия не имею, но, в основном, что-то про наркотики. И имя Ориона проскальзывало несколько раз. Добрый час спустя мы замедляемся, приближаясь к грунтовой дороге, слишком для меня знакомой.

Я первой замечаю машину Коула. Одинокий свет горит в окне, указывая на то, что в доме кто-то есть. Кама останавливает машину, поворачивается к нам и кивает этому членоголовому, имени которого я не знаю, выходить. Он тянет меня за собой за волосы. Я, правда, стараюсь не кричать. Но у меня длинные волосы, и я не двигаюсь, потому что пристегнута ремнем безопасности. Нелегкая задача — стараться сохранить волосы и одновременно пытаться отстегнуть ремень. На самом деле, это ужасно больно, но знаю, что нужно перетерпеть.

— Давай, шлюха, — говорит он, еще раз дергая за волосы.

К счастью, ремень поддается как раз в тот момент, когда он вытягивает меня из автомобиля. Моя спина ударяется о гравий — мой позвоночник болит, спина болит, все мое гребаное тело болит.

Дверь дома распахивается, и выходит Орион. Он направляется в мою сторону, и его глаза черные, словно ночное небо. Мужчина, который сжимал мои волосы, тянет меня вверх и загораживает свое тело моим, пока Орион продолжает наступать.

— Где он? — спрашивает Кама.

Орион проходит мимо него. Он не слышит ни единого слова. Он направляется ко мне и человеку, что держит меня. Мужчина понимает, что Орион не остановится, и пихает меня, и я падаю на землю. Мои руки связаны, и, когда я пытаюсь предотвратить падение, раздираю ладони в кровь о гравий.

Я слышу характерный звук ударов кулаками. Сажусь на колени, приподнимаясь на руках. Орион со злостью бьет придурка по лицу и телу. У мужчины нет ни единого шанса. Пытаясь встать, я поднимаюсь на одну ногу, когда чувствую, как что-то холодное касается моей шеи.

— Я бы не стал двигаться так быстро, красавица.

Я застываю в одном положении и смотрю на Ориона.

Он быстрый, очень быстрый. У его противника даже нет возможности дотронуться до него, как бы он ни старался. Каждая попытка нанести Ориону удар проваливается, тогда как сам Орион с одного раза попадает в цель. Кажется, что драка будет продолжаться до бесконечности, но мужчина падает на землю.

Я думаю, что все закончилось, но Орион не останавливается. Его кулаки продолжают наносить удары снова и снова. Прямо как той ночью у клуба.

— Он собирается убить моего человека, красавица, не хочешь остановить его? — спрашивает меня Кама.

— Как? —