Вкус огня - Ханна Хауэлл

— Это пройдет. Потом поешь. А теперь ложись в фургоне на спину, а я возьму вожжи. Тебе полегчает. — Она покачала головой, наблюдая, как Патриция неверной походкой поплелась к фургону.

— Пусть сегодня фургоном правит Оро, — сказал Ройал, сделав вид, будто не заметил, что молодой человек оцепенел от этих слов. — Он ранен в голову, и ему будет трудно скакать верхом. А ты, Антония, можешь поехать со мной.

— Но моя обязанность — быть рядом с твоей сестрой, — возразила Антония, стараясь выручить Оро.

— Не сегодня.

Ройал взял ее за руку и задержался возле Оро, надеясь, что тот поймет его правильно.

— В фургоне ему будет лучше.

— Вы уверены, что хотите этого? — изумился Оро.

— Мои желания не имеют значения, но я доверяю тебе как брату. Пойдем, Тони.

— В чем дело? — спросила Антония, когда они отошли от фургона. — Почему ты не дал править фургоном мне?

— А что, Оро не справится с упряжкой? — Ройал подмигнул Коулу.

— Ты же знаешь, о чем я говорю, гринго. Не валяй со мной дурака! — рассердилась Антония.

— Я даю каждому то, что ему нужно. Седлай же лошадь, дорогая.

— Я тебе не «дорогая». — Антония начала седлать лошадь. — Но Оро же мексиканец.

— Я это заметил, но ничего не имею против мексиканцев.

— И еще у него в жилах течет кровь индейцев племени яки. — Украдкой взглянув на Ройала, Антония не заметила на его лице ни тени сомнения.

— Если он не писает мне на ковер или в сапоги, мне совершенно безразлично, какая в нем течет кровь. Но при одном условии: если у Оро благородные намерения.

— Если бы у него были другие намерения, он давно бы овладел ею, гринго. — Пришпорив лошадь, Антония поехала к стаду.

— Пожалуй, она права, — сказал Коул, когда Антония удалилась. — Девушки в салуне так и не успокоили его.

— В салуне? Так вот почему Патти была в таком плохом настроении в последнее время. Да и Антония тоже. — Ройал вскочил в седло. — Куда поехала эта маленькая блондиночка?

— Может, тебе стоит немного подождать?

— Зачем? Теперь все ясно.

— Да, но лучше услышать все из ее уст, — возразил Коул.

— Я смутно о чем-то догадывался. Понимал — Антония не врет, но что-то скрывает.

— Мне нужно время для того, чтобы подготовить хорошую речь.

— Чтобы успокоить Антонию? — удивился Ройал.

— Она заслуживает этого.

— Да, но Антония была не вполне правдива, не так ли?

— Конечно, и я понимаю почему. Запомни: Оро ей как брат.

— Но из-за того, что она скрывала это, могли возникнуть большие неприятности.

— Несомненно, Ройал. — Коул нахмурился и покачал головой. — Как ни печально, но у них были все основания предполагать, что если Оро и Патриция не справятся со своими чувствами, их ждет беда.

Ройал кивнул:

— Я видел своими глазами, как они страдают.

— Боюсь, это действительно чревато неприятностями.

— Понимает ли Патриция, насколько опасна ситуация?

— Если их чувства по-настоящему сильны, они выдержат все это.

— Оро выдержит. А в Патриции я не так уверен. — Ройал заметил, что Антония и Томас едут впереди. — Я предпочел бы обойтись без этих проблем.

Антония оглянулась и увидела, что Ройал смотрит на нее. Интересно, о чем он думает? Ройал не выглядел обозленным, но Антония не сомневалась: ему не понравилось, что она вовлечена в обман, даже если он понял причины этого. Ройал не из тех, с кем можно играть. Антония решила остаться возле Томаса, надеясь избежать ссоры с Ройалом.

— А Оро наконец набрался храбрости и все ей выложил, — сообщил Томас, когда они готовились к полуденному отдыху.

— Ты довел ее до такого состояния, — отозвалась Антония, слезая с лошади и доставая флягу, — что она, наверное, только сейчас обрела дар речи.

Томас спешился.

— Дорогая, я старался хоть немного облегчить страдания бедной девушки. У нее были такие печальные глаза.

— Ты очень помог Патриции. Теперь у нее глаза не печальные, а воспаленные.

Томас рассмеялся:

— Да, такое питье не для нее. А знаешь, что может случиться?

— Что?

— Когда ему подвернется удобный случай, Оро увезет маленькую чику в укромное местечко.

— Перестань так глупо улыбаться. Девчонка очень упряма. И колючая, как репейник.

— Ну ладно. Но будет очень плохо, если Оро потеряет ее в тот момент, когда она так близко от него.

— Да. Патриции следовало бы все объяснить. Иначе Оро нанесет ей вред. Мы все нанесем ей вред.

— Да, нужны слова и ласка. Оро не знает слов, но в остальном он хорош.

— Почему же ты тогда так хмуришься? — спросила Антония.

— Оро теперь осядет на месте. У него будет жена, немного земли, и ему придется воспитывать детей.

— А тебе трудно представить, что он может оставить тебя, да, Томас? Вы ведь больше чем братья.

— Верно. Поэтому я ревную. Не думал, что это произойдет так внезапно.

— Думаю, мы несправедливы к Бенкрофтам.

— Пожалуй, да. Но, дорогая, они поймут. И может быть, порадуются, что поступили справедливо.

— Это хорошо. Очень хорошо. Для них важно, чтобы люди были счастливы, а все обиды закончились.

— Надеюсь, обиды закончатся, чика. Главное, чтобы девушка, завоевавшая сердце Оро, имела силы остаться с ним, когда начнется травля. А она начнется. Их ждут большие испытания. Англоамериканцы не любят такого.

— Бенкрофты очень влиятельны в этих местах. Это может облегчить ситуацию. Они примут эту пару и поддержат ее.

— А им очень будет нужна поддержка. И немалая.

Антония опасалась, что Томас окажется прав. Женившись на Патриции, Оро получит небольшой надел земли, граничащий с землями англоамериканцев. Тем это не понравится. Мексиканцы, попытавшиеся удержаться на земле, которую получили еще тогда, когда Мексика владела Техасом, испытали это на себе. Многие считают, что Техас только для англоамериканцев.

Заметив, что Ройал направляется к ней, Антония поняла, что разговора не избежать. Нельзя сесть на лошадь и уехать. Между тем Томас поспешил покинуть ее. Догадавшись, что назревает ссора, он решил не принимать в ней участия. Ничего, она еще отплатит ему за это бегство. Но когда Ройал приблизился, Антония тоже вскочила в седло. Если дело примет слишком крутой оборот, она скроется. Ройал настороженно смотрел на нее. Антония приготовилась к защите. Конечно, еще ничего не улажено. Он это прекрасно сознавал. И все же чувствовал необходимость поговорить с ней и, может быть, пробить стену, выросшую между ними.

Ройал устремил взгляд на Оро и Патрицию. Они сидели рядом, счастливо улыбаясь.

— Похоже, они во всем разобрались, — заметил он.

— Теперь тебе некуда отступать, гринго, — сказала Антония.

— А я и не собираюсь. — Ройал взял поводья ее коня. — Не люблю игры, Антония.