Золотая Орхидея (СИ) - Трефилова Майя

Пи-Но разочарованно замычал, а Дер-Су спешно удалился. Через десять минут они вновь встретились в роскошном кабинете, который совершенно не располагал к работе. Всю мебель изготовили из редких пород дерева и обтянули дорогой кожей, на облицованных самшитом стенах в золотых рамах висели лучшие картины именитых художников империи. В воздухе разливался аромат дорогих иностранных благовоний. В ином случае Дер-Су отдал бы под суд расточительного чиновника, но всё это великолепие было куплено на деньги князя и являлось залогом, что его брат за свои выходки не вылетит пробкой. И всё же, осознавая своё превосходное положение, князь занял резное кресло начальника, а последний присел на кресло попроще, для посетителей.

Пи-Но предстал перед ними, привнеся в кабинет винные запахи. Он умылся, причесался, даже надел более-менее чистую одежду, но всё равно выглядел грязным и убогим на фоне своего величественного и прекрасного брата. Чиновник то и дело переводил взгляд с одного на другого, и на лице его читалось непонимание, как между одной кровью возможны такие разительные отличия во всём.

— Доставь письмо, — сказал Дер-Су и положил на лакированный стол свиток с императорской печатью, к которой крепилась карточка с местом назначения.

Пи-Но подошел, взял свиток и покрутил его в руках. Изучив внимательно карточку, он, нахмурившись, произнёс:

— Это очень далеко. Какова плата?

— Год будешь жить, ни в чём не нуждаясь, — ответил Дер-Су. — Сколько тебе нужно времени?

— Обычный дракон долетит за неделю. Я попробую за три дня. Пойдет? — поинтересовался Пи-Но, едва не пританцовывая на месте от радости, что брат так щедро его вознаградит.

— Хорошо. И обязательно доставь ответ.

— Позвольте, ваша светлость, — вставил слово чиновник, — поскольку Пи-Но — мой служащий, то я считаю нужным обговорить и свою долю в вознаграждении…

— Будет, если не станете проявлять лишнего любопытства.

На том разговор закончился. Пи-Но положил свиток в холщовую сумку, которую повесил себе на шею, и бодрым шагом направился во двор. Дер-Су несколько секунд размышлял, желает ли проводить брата в дальний путь или ограничиться взглядом вслед. Первая мысль перевесила, и князь покинул душный кабинет, оставив его в распоряжении чиновника.

Вихрем алмазных лент взлетел Пи-Но и через мгновение растворился в голубой дали. Дер-Су лишь мельком увидел чудесное преображение и уже горько жалел, что потратил время на раздумья, а не пошел за братом сразу. Рукой он провел по решетчатым ставням с цветочным орнаментом. Вспомнилась Диларам, ныне утраченная радость…

— Князь Дайерин, ваша светлость, — внезапно окликнули его, и он повернул голову в сторону длинного дворцового коридора.

Перед Дер-Су стояли две девушки, склонившие головы в знак глубочайшего почтения. Это были дочери начальника почтовой службы, Кианита и Сапфира. Их необычные имена объяснялись очень просто. Старшую, Кианиту, назвали в честь императрицы Джин-Ти, имевшей кианитовую броню, а младшую Сапфиру — в честь императрицы Нанаян с сапфировой броней. В темно-синих платьях сестры почти не отличались друг от друга. Лишь мелкие детали, вроде драгоценных камней в заколках и шпильках могли указать, кто есть кто. Дер-Су поклонился девушкам.

— Позвольте проводить вас в ваши покои, — сказала Кианита, и жестом пригласила следовать за ней.

Для Дер-Су подготовили хорошую, но всё же немного не соответствующую его статусу комнату. Несмотря на это, он не желал требовать другую. На низком резном столике ожидала скромная трапеза: рис на пару с маринованными овощами. Уже в покоях князь отметил для себя ещё одно отличие между сестрами. Сапфира двигалась более плавно, чай разливала вдохновенно и даже позволяла себе легко улыбаться. Кианита же казалась печальной и стояла в тени, пока Сапфира ухаживала за Дер-Су.

— Благодарю вас за заботу, госпожа, — произнёс князь, когда младшая сестра закончила все приготовления.

— Для нас честь служить вам, — ответила она. — Если вы позволите, Кианита хотела побеседовать с вами.

— Не сейчас, Сапфира! — одернула её старшая, едва сдерживая гнев. — Князь должен пообедать и отдохнуть с дороги.

— Но ты говорила, что больше не можешь откладывать этот разговор, — возразила Сапфира, не дрогнув перед сестрой. — Начинай, я не боюсь.

— Присаживайтесь, госпожа Кианита. И вы, госпожа Сапфира. Выпейте со мной чаю. Я готов вас выслушать сейчас, — спокойно сказал Дер-Су.

Кианита замерла. По нормам этикета князь должен был предложить девушкам разделить с ним трапезу, однако отлично понимал, что навряд ли они привычны к такой простой пище. Столь бесхитростные блюда могли готовить лишь для одного знатного дракона в государстве — для него. Все повара страны знали, что Дер-Су не брезгует пищей подданных, и потому хоть так напоминали ему о том, кто он по своей сути. О том, что он хуже.

Сапфира о таких материях не раздумывала и сразу приняла предложение князя. Сестре оставалось только последовать её примеру.

— Ваша светлость… — начала трудный и мучительный для себя разговор Кианита. — Я прошу вашей помощи. Всем известна ваша мудрость и справедливость в суждениях. Дело в том, что Сапфира… много времени проводит с Пи-Но, вашим братом. Вы же понимаете… это недопустимо…

Старшая сестра осеклась, виновато глядя на князя. Дер-Су молчал, внимательно наблюдая за младшей. Она ничуть не смущалась деликатной темы, улыбаясь одними уголками губ. Влюбленность до того затуманила её рассудок, что даже власти в лице князя она не страшилась.

— Как понимаю, ваш отец не знает? — спросил князь больше для того, чтобы ещё раз проследить за поведением сестер.

— Нет, что вы! Он велит бить Сапфиру палками и запрёт в тёмной комнате. Мне её жаль, но терпеть больше нет сил. Все смеются над ней. Надежда только на вас, вразумите её! Она себя загубит! — взмолилась Кианита, а Сапфира одними губами прошептала: «Себя бы пожалела».

Он знал, чего ждет старшая сестра. Сейчас он должен подтвердить её опасения о будущем сестры при такой компании, а после пообещать наказать за новые попытки общения с Пи-Но. Вряд ли он поступит, как того хочет младшая — вступится за честь брата. Кианита лучше неё, наивной в своей юности, знала Дер-Су, иначе не рассказала бы ему секрет Сапфиры. Но с недавнего времени всё изменилось…

— Ваша сестра уже взрослая. Пусть сама решает, что ей делать, — ответил Дер-Су.

Сапфира выронила чашку, и чай мгновенно впитался в ковер. В глазах Кианиты читался страх, словно она стала свидетельницей преступления.

— Что вы такое говорите!? Разве так можно?! — воскликнула она. — Вы же князь, патриарх, вы должны…

— Верно. Я князь и патриарх, — ледяным тоном прервал её Дер-Су. — Мои слова не оспариваются.

Кианита вскочила и бросилась на выход, выронив из-за пояса бумажный веер. Сапфира осталась на месте, изумленно хлопая глазами. Дер-Су вручил ей потерянное сестрой и велел вернуть. Девушка медленно поднялась, и всё ещё недоверчиво глядя на князя, покинула покои.

Дер-Су продолжил трапезу. Да, прежде он не говорил подобных фраз. Его речь была выверенной, каждое слово обдумано и взвешено. Ни одно суждение не противоречило идеалам драконьей империи. Он знал, что малейшая крамольная мысль уничтожит его, ведь положение его всегда казалось шатким. Прятаться за незримым ледяным щитом он умел как никто. Может, это Диларам сбила оковы с его сердца?

Дер-Су оставил еду и начал бродить по комнате, пока не остановился возле одного угла. Там он лег на мягкие подушки и безразлично смотрел на расписной потолок. Князю не хотелось ничего. Даже если бы сейчас мир рухнул, Дер-Су бы не сменил отрешенно-задумчивое выражение лица. «Ты заставил меня усомниться в своей лояльности», — звучал злой голос в его голове. Больше не нужно скрываться от самого себя. Всё кончено.

Князь закрыл глаза. Он привык нести своё бремя в одиночестве, но сейчас был до того измучен, что в воспоминаниях искал того, кто его поддержит. Второй раз в своей жизни Дер-Су почувствовал, что нуждается в помощи. Мыслеобразы заполнили его полудремлющее сознание.