Сектор обстрела - Василий Орехов

— Значит, ты для этого и решил прийти сюда из другого измерения? — спросил я. — Потому что у нас курорт по сравнению с вашим миром?

— Не только, — сухо проговорил он. В сотый раз за последние пять минут перевел взгляд на мою подругу и внезапно впервые обратился непосредственно к ней: — А ты выросла настоящей красавицей… — Он сделал паузу и добавил: — Червячок.

Динка продолжала изучающее и молча смотреть на него. Я ее вполне понимал: вчера она от радости уже повесилась на шею человеку, который совершенно этого не заслуживал. И он тоже называл ее «червячок».

— А у вас она что — не растет? — тупо спросил я, уже, кажется, начиная догадываться, в чем дело.

— У нас ее нет, — глухо сказал Стрелок. — После уничтожения Монолита я вернулся домой, поэтому она не поехала меня искать и тоже осталась дома. А через два месяца Дину изнасиловал и убил ее бывший парень.

Глава 7

Меченый

Сказать, что я в конец офигел — значит ничего не сказать. Папаша словно неожиданно и подло, с развороту врезал мне каблуком под дых. Те чудеса, что он рассказывал до сих пор, я лишь принимал к сведению, мысленно раскладывая по полочкам «логично — не логично», «правдоподобно — не правдоподобно». Однако ошеломить меня по-настоящему он сумел только этой информацией. И я несколько мгновений молча смотрел на него, как окончательный дурак, прежде чем наконец сообразил: ловить твою рыбу, да ведь речь-то не обо мне! Это не я тот бывший парень, который убил Динку. Раз Зона там, у них, прекратила свое существование и тамошний я сюда не приехал, значит, там я не познакомился не только с Енотом, Мухой и Патогенычем. Я не познакомился еще и с Динкой. А без меня у нее, соответственно, образовалась другая личная жизнь. У нее, в общем-то, и со мной была другая личная жизнь, как выяснилось. Девочка своего в любом случае не упустит… Впрочем, я изо всех сил надеялся, что эта страница наших взаимоотношений уже навсегда перевернута.

— Вот же гадство, — только и смог выдавить я.

— И еще какое, — скорбно кивнул Стрелок и замолчал.

Молчали все. О чем тут было говорить вольному бродяге?

Молчала и Динка, задумчиво разглядывая химический костер. Переваривала причудливую информацию. Не так-то просто, наверное, с ходу уложить в голове сначала то, что тебя на самом деле больше одного, а через пять минут — еще и то, что другого тебя уже давно зверски убили. И никто не знает: может, убили как раз первого, настоящего, а дубликат — это именно ты и есть?…

— Это ж у какой скотины рука поднялась… — все же решился нарушить затянувшееся безмолвие Гусь.

— Нашлась одна сволочь, — буркнул папаша. Недобро глянул на парня, словно через оптический прицел, снова перевел взгляд на химический костер, который как следует припекал и даже переливался в глубине пластиковых трубок как настоящий. Помолчал. — Ты его знаешь, наверное. Некий Пархоменко Вячеслав Георгиевич.

На сей раз очередь подавиться пришла Гусю.

— Это шутка такая, да? — хрипло проговорил он, сумев наконец глотнуть воздуху. — Что за хрень ты тут несешь, папаша?! Я женщин не убиваю!.. — Он беспомощно пожал плечами, все еще не в силах собраться с мыслями после такого чудовищного обвинения. Обвел взглядом примолкших ребят. В мою сторону он даже не глядел, видимо, опасаясь увидеть выражение моего лица.

— Хотел бы я, чтобы это было просто дурацкой шуткой, — размеренно проговорил Стрелок, не отрываясь от костра. — Тогда все было бы гораздо проще…

Снова воцарилось зловещее молчание.

Я тряхнул головой. Ладно. С этой мутной историей разберемся потом. Сейчас есть более срочные и насущные вопросы.

— Послушай-ка, Стрелок, ты вот говорил, что осознавал личность Меченого, когда Монолит разделил реальности, — на всякий случай решил уточнить я. — Но не сказал, что потом это прекратилось. И что же, все эти годы?…

— Ага. — Папаша поворошил шалашик из пластиковых трубок, чтобы давали больше тепла — совсем как настоящий костер. Пространство внутри огромного купола пресловутой сферы Смидовича, конечно, до сих пор совсем не прогрелось, но в паре метров от костра тем не менее было вполне тепло и сухо. — Все эти годы я мог видеть и осознавать все, что видел и осознавал Меченый. Собственно, именно поэтому и была создана специальная лаборатория для исследования граней между реальностями. Нестандарт оказался первым, кто не принял меня за сумасшедшего, когда выслушал мою историю. — Он старательно прочистил горло. — И именно поэтому я здесь.

Динка снова уставилась на него.

— Несколько лет я был сотрудником лаборатории и одним из главных предметов ее изучения, — продолжал Стрелок. — Все это время команда Нестандарта работала над тем, чтобы прорвать грань между реальностями и попытаться проникнуть в вашу. Поскольку в вашем мире не случилось сокрушительной Третьей мировой войны и у вас сохранились многие гражданские технологии, навсегда утраченные нами, этот прорыв мог иметь революционное значение. Поэтому коллектив Нестандарта, используя знания Меченого, которые передавал им я, разработал оборудование, способное переместить из одной реальности в другую биологический объект. Разумеется, я не должен был участвовать в испытаниях. Я был слишком ценной для исследований фигурой, никто не стал бы мной рисковать. Но потом случилось то, что вы называете Большим Прорывом, когда Хозяевам удалось запустить заглушенный энергоблок и расширить территорию Зоны на несколько десятков километров. Чернобыль-4 оказался накрыт Зоной, и в поле зрения Меченого попала Дина, которая там жила. И я, разумеется, тоже увидел ее…

Патогеныч угрюмо смотрел на него. Муха сидел с отсутствующим видом. Енот слушал байки Стрелка с явным недоверием.

— В моем мире Дина мертва, — негромко проговорил папаша. — Я думал, что и в мире Меченого тоже. Однако внезапно выяснилось, что нет. И я понял, что мне срочно нужно к вам. — Он покосился на Динку. — Наверное, ты думаешь, червячок, что мне столько лет не было до тебя никакого дела, как Меченому. Но все эти годы я оплакивал тебя. Получается так, что, вернувшись домой из уничтоженной Зоны в своей реальности, я застал тебя незадолго до того, как ты планировала отправиться следом за мной в Чернобыль-4. Но ты ничего не сказала мне о том, что собиралась! Поэтому я даже вообразить не мог, что в реальности Меченого моя дочь успела уехать до того, как… — Горло у него перехватило от эмоций, и он замолчал.

— Да, выходит, в нашей реальности она сорвалась с места до того, как Гусь успел с ней познакомиться. — Я чуть повернул голову к Динке. — Или все-таки успел?