Законник Российской Империи. Том 3 - Оливер Ло

Глава 14

Я смотрел на Януша, чья рука превратилась в пыль под действием моего заклинания. Его лицо, искаженное болью и яростью, медленно менялось, уступая место осознанию неизбежного поражения. Кровь стучала в моих висках, адреналин все еще бурлил в венах, я чувствовал, как усталость начинает накатывать волнами, вместе с головной болью. Тем не менее я не позволил себе расслабиться ни на мгновение.

Януш гневно сплюнул под ноги, ругаясь на польском. Какие-то слова я даже понял.

— Курва! — закончил он свою тираду, его акцент стал еще более заметным. — Не думал, что меня пошлют против такого сильного мага. Какой у тебя ранг? Восьмой? Эти уроды решили просто слить меня.

Ранги, какая вообще разница, какой ранг, когда важнее умение оценить обстановку и применить силу?

— Говори, кто тебя нанял, — потребовал я, снова занося руку для удара. Мой голос звучал спокойно, но в нем слышались стальные нотки.

Януш поморщился, баюкая остатки своей культи.

— Полегче, — простонал он. — Ты и так оставил меня без руки. Я все расскажу, тем более нет уже смысла утаивать. Я и Бюро расскажу, не сразу, может, но пытки терпеть не буду, так что… У тебя будет небольшая фора порешать все вне закона. Что скажешь, парень? Устроит тебя такая сделка? Я лишь хочу, чтобы ты добрался до урода, что так нагло решил устранить тебя.

— Ты хотел сказать, подставить тебя, — поправил я его, наблюдая, как на его лице мелькнула тень понимания.

— И это тоже, — кивнул Януш, морщась от боли. — Чертов урод!

Я внимательно слушал, как Януш начал свой рассказ. Он говорил о человеке, который передал ему заказ — некий информатор, чье имя он произнес с явным отвращением. Я запомнил это имя, понимая, что оно может стать ключом к разгадке всего происходящего. Нужно было искать некоего Сергея в одном из рабочих районов. Зачастую ошивается в одном из трактиров, местные знают его, так что найти будет не так уж и сложно, если представиться тем, кто хочет воспользоваться его услугами.

Януш рассказывал о деятельности своей группы в Российской Империи, особо не утаивая сведения, так как, действительно, упираться не было смысла — все равно их всех доставят в Бюро, а дальше церемониться не будут. Оказалось, они представляли одну из фракций Царства Польского, борющуюся за власть. Их задачей было создание сети агентов влияния среди российской аристократии и промышленников. Они подкупали чиновников, шантажировали влиятельных людей, собирали компромат. Все это делалось с целью подорвать позиции тех, кто выступал за сближение с Российской Империей.

— Кто-то прознал о нас, — продолжал Януш, его голос дрожал от боли и злости. — Хотел сдать властям. В итоге так и вышло… Поэтому я хочу, чтобы подонок, что нас нашел — поплатился. Все равно вы им заинтересуетесь и тем, что он может знать еще, только на текущем уровне связей его могут предупредить быстрее, чем будет отдан официальный приказ. У вас в империи все это весело работает, — ухмыльнулся он, но я не отреагировал на его выпад.

Я внимательно слушал, анализируя каждое слово. Картина постепенно складывалась, и я начинал понимать, в какую сложную игру оказался втянут.

— Он обязательно поплатится, — произнес я, и мой голос прозвучал как обещание. — За то, что посмел натравить цепных псов на моих близких.

Януш кивнул, в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. Уважение, которое может заслуживать достойный противник, пусть мы и по разные стороны баррикад.

Я оглянулся и увидел, что сотрудники Бюро уже заканчивали работу на месте происшествия. Левински руководил процессом, отдавая четкие команды. Я схватил Януша за здоровое плечо, поднял и повел его к группе сотрудников.

— Вот, примите нашего польского друга, — сказал я, передавая Януша в руки двух крепких агентов. — Уверен, у него найдется много интересного, чем он сможет поделиться.

Януша увели, и я наконец позволил себе выдохнуть. Напряжение последних часов начало отпускать, но я знал, что расслабляться еще рано.

Странно получается. Поляки, которые против сближения с Российской Империей, а подставляет их тот, кто против соглашения, а значит, тоже против сближения двух государств. Что-то не вяжется. Нет, конечно, есть вероятность, что более влиятельный человек использовал пешек, чтобы разобраться с незначительной проблемой, но допустил ошибку одну за другой, но… Либо меня конкретно недооценивают, либо здесь скрывается нечто большее.

Левински подошел ко мне, широко улыбаясь. Его усы, обычно аккуратно подкрученные, сейчас были подкручены еще идеальнее? О боже, неужели я начал разбираться в этом… Дружба с ним до добра не доведет. Глаза моего товарища сияли азартом и радостью от успешно выполненного задания.

— Ну ты и устроил тут, дружище, — сказал он, протягивая мне руку.

Я пожал ее, приветствуя Левински.

— Спасибо, что прибыл, Ярослав, — искренне поблагодарил я. — Твоя помощь пришлась как нельзя кстати.

Молодой мужчина рассмеялся, хлопнув меня по плечу.

— Да брось, — отмахнулся он. — Не оставил бы я друга в беде. К тому же, твой брат буквально настаивал, что тебя убьют. А еще, — он понизил голос до заговорщицкого шепота, — за излов поляков я явно получу неплохую премию. Так что все в выигрыше.

Я не смог сдержать улыбки. Левински всегда умел найти положительные стороны в любой ситуации.

Мой взгляд скользнул по двору, и я увидел, как сотрудники Бюро помогают жене и дочери Виктора выбраться из пустой повозки. Я невольно издал облегченный выдох. Самым главным было спасти их.

Чуть дальше я заметил самого Виктора. Он сидел на перевернутом ящике, а над ним колдовала Елизавета Гараева. Ее руки светились мягким зеленоватым светом, залечивая рану на плече моего телохранителя.

Я подошел к ним, и Виктор поднял на меня глаза. На его лице играла кривая усмешка.

— Задела… шальная пуля, — буркнул он, пытаясь выглядеть невозмутимым. — Но буду в порядке.

— Хочешь намекнуть на отгул? — усмехнулся я в ответ. — Вот так, едва устроившись ко мне на работу? Ну ты прям работник года.

Виктор фыркнул, но я заметил, как уголки его губ дрогнули в улыбке. Он определенно стал более открытым после ухода из Бюро. Эта мысль грела душу — я начинал видеть в нем все больше человеческого.

В этот момент к нам подошли Антонина и Катя. Лица обеих были