Красные кресты - Януш Майснер

- Мы могли бы возместить все расходы, - заметил наконец Мартен, - иди речь о походе против Испании. Но если Эссекс поведет нас на Ирландию...

- Я в это не верю, - прервал его Каротт. - Ведь известно, что испанцы готовят новую Армаду. Если весь наш флот тем временем отправится в Ирландию, кто поручится, что Медина - Сидония не попытается высадиться здесь или положим в Чэтхеме? Помните, Кале теперь у них; они там хозяйничают.

- Так ты допускаешь, что речь идет о Лиссабоне? - спросил Мартен.

- Скорее о Кадисе, - ответил Пьер, понизив голос. - Я слышал, что туда вскоре должен прибыть Золотой флот из Вест-Индии. Похоже, испанский эскорт уже вышел ему навстречу.

- Ба, и я об этом слышал! - воскликнул Мартен. - Искал этот эскорт несколько дней. Видимо, они поплыли до самых Багамских островов, потому что ни у Азор, ни в районе Мадейры я их не видел.

- Могли попросту стоять в каком-нибудь порту, - заметил Каротт. Например, на Терсейре. Ты ведь туда не заглядывал?

Мартен расхохотался - порт Терсейры слыл совершенно неприступной твердыней.

- Нет, туда я в самом деле не заглядывал, потому что вас со мной не было. Зато охотно заглянул бы в Кадис.

- Что до меня, - заявил Пьер, - то я предпочел бы не соваться туда, где свистят ядра. С корсарством я покончил - слишком стар для этого.

- Тогда зачем ты собираешься в Плимут? - спросил Хагстоун.

Каротт пожал плечами.

- Приходится. Откажись я, у меня реквизировали бы "Ванно". Ведь я плаваю под английским флагом. Но - это между нами - я имею желание сменить его на французский, и наверно так и сделаю.

- Полагаешь, в твоем возрасте лучше иметь дело с мужчиной, чем с женщиной, - констатировал Мартен.

Каротт усмехнулся и кивнул.

- Jamais les choses ne se mettent a alltr vraiment mal, s'il n'y a pas une femme sous la roche* - -----------

* Дела никогда не идут по - настоящему плохо, если дело не в женщине (франц.) с умным видом заявил он. - Касается это как проблем графа Эссекса и Генриха IY, так и наших с тобой. Да, кстати, как поживает мадемуазель Мария Франческа?

- Спасибо, - буркнул Мартен, - она надеется...

- Oh! Vts felicitations! - воскликнул Пьер.

- - -------- - ** О! Мои поздравления! (франц.)

- Надеется, что её нареченный со дня на день её освободит, - закончил Мартен.

Пьер смешался, но Ян не рассердился на него за неуместное поздравление. Они взглянули друг на друга и оба рассмеялись.

- Зря я рыскал вокруг Азор, - вздохнул Мартен. - Видимо, он командует эскортом. Может быть и в самом деле ждет Золотой Флот под защитой орудий Терсейры.

Догадка Пьера Каротта, касавшаяся пребывания испанского эскорта в порту Терсейра, была верна. Золотой Флот ещё в феврале вышел из Пуэрто Белло, где шла погрузка сокровищ, целый год доставлявшихся из Новой Кастилии, но дорога Карибским морем до Ла Хабаны занимала обычно пару недель, и не раз в порту приходилось ещё ждать суда с серебром, двигавшиеся из Вера Крус. Только по их прибытию формировался большой конвой под охраной фрегатов и каравелл, которые сопровождали транспорты во Флоридском и Багамском проливах, потом на пути через Атлантику, чтобы соединиться с дополнительным эскортом в условленном месте к западу от Азорского архипелага или неподалеку от Канарских островов. Случалось, что дополнительному эскорту приходилось по нескольку недель дожидаться запоздавшего конвоя либо у Терсейры, либо в других портах или даже в открытом море.

Той весной, в год от Рождества Христова 1596, ожидание затянулось особенно надолго. Командор Бласко де Рамирес отправился из Кадиса примерно в то же время, что Мартен из Дептфорда, и уже месяц торчал в Ангре на острове Терсейра, высылая оттуда легкие фрегаты на поиски приближавшегося Золотого Флота.

Он терял терпение; его личные дела, как финансовые, так и матримониальные, запутывались все больше, приводя его в отчаяние. Вообще то они были тесно связаны, поскольку его материальное положение зависело от женитьбы на Марии Франческе де Визелла и от её приданого. Пока Мария была заложницей шевалье де Бельмона, он полагал, что сумеет прийти к соглашению с его представителями и выкупить её с помощью дона Эмилио и старого де Толосы. Но узнав, что она попала в руки Мартена, утратил всякую надежду.

Немного позже командор услышал, что Мартен ищет его в море, и понял, что ему придется самому сразиться с Яном, если хочет вернуть невесту. Дело приобретало все большую известность, и от него теперь зависели и дворянская честь, и вся репутация командора. Но как же он мог сразиться с Мартеном, ничего не зная даже о месте его пребывания?

Он уже решил было назначить Яну встречу, когда приказ адмиралтейства отправил его на Азоры. Нечего даже было и думать уведомить об этом своего врага. Это стало бы изменой, угрожающей безопасности Золотого Флота; Мартен мог явиться на место встречи в сопровождении крупных английских сил и покуситься на ценную добычу. Ведь нельзя же было рассчитывать, что корсар сохранит такую новость исключительно для себя! С другой стороны Бласко де Рамирес готов был пожертвовать нареченной, удайся ему любым другим способом подправить свои финансы, одновременно спася честь идальго.

Был такой способ, но чтобы к нему прибегнуть, надлежало прежде всего прибыть в Кадис достаточно рано, чтобы принять участие в планируемой экспедиции в Ирландию, а затем заманить Мартена в ловушку, которую Бласко обдумал до мельчайших деталей.

На Ирландию он возлагал огромные надежды. Надеялся, что король ему доверит если уж не верховное командование целой Армадой, то по крайней мере главными её боевыми силами, которым предстояло атаковать Дублин и обеспечить высадку войск. Если все пройдет успешно, его не миновала бы подобающая награда, не говоря уже о военных трофеях, которые можно захватить в Дублине. Наверняка он наконец-то стал бы адмиралом, мог даже получить графский титул вместе с подобающими владениями. И тогда уже подумать о выкупе из заклада поместий в Новой Испании, о возвращении в Сьюдад Руэда и наконец - о ещё более выгодной женитьбе.

Все эти планы зависели теперь от более или менее удачных результатов плавания в Атлантике. Еще несколько дней отсрочки с прибытием Золотого Флота могли все испортить, если в Мадриде примут решение послать Армаду в Ирландию до возвращения флотилии эскорта в Кадис.

Де Рамирес знал, что каждый день проволочки уменьшает его шансы. В Испании хватало командоров и молодых контр - адмиралов, которые соперничали за командование в ирландской экспедиции. Если он опоздает, ему будет поручена охрана побережья, а не атака на Дублин...

Известие о приближении Золотого Флота к Илхас Азорес пришла в Ангру знойным июньским днем, когда командир эскорта предавался послеобеденной сьесте. Его доставил капитан легкого фрегата, некий Филип Чавес, корабль которого "Сан Себастьян" отличался небывалой скоростью. Из донесения Чавеса следовало, что во главе транспортов плывет группа из четырнадцати галеонов, груженых золотом и серебром, но лишенная всякой охраны. Остальные суда конвоя оставались далеко позади и вероятно дальше к востоку из-за сильного шторма с запада, который несколько дней назад рассеял корабли. Эта вторая часть конвоя перед бурей состояла из тридцати шести хорошо вооруженных судов, эскортируемых несколько уже устаревшими каравеллами военного флота заморских провинций.

Выслушав доклад, командор де Рамирес решил немедленно выйти с главными силами навстречу головной группе конвоя, чтобы взять её под опеку, и одновременно поручил своему заместителю, капитану Паскуале Серрано, заняться поисками запоздавших, которым не угрожала опасность со стороны пиратов ввиду довольно сильного эскорта.

Капитан Серрано, старый, опытный моряк, одобрил этот план, но позволил себе заметить, что после того, как четырнадцать судов с сокровищами окажутся в защищенном порту Терсейры, стоило бы тут же подождать прибытия и тех, которые ему предстояло найти, чтобы в путь на Кадис вышел весь конвой, под усиленной охраной.

Только это вовсе не входило в намерения командора. Он сухо заявил, что не нуждается в советах; делает и приказывает делать то, что считает нужным. В данном случае он приказал не медлить.

Серрано больше не возражал, хотя собиралась буря и ему казалось, что её надлежало бы переждать в порту, не подвергаясь опасности вновь растерять эскорт. Когда его фрегаты спускали шлюпки, чтобы те отбуксировали их из безопасного укрытия в глубоком заливе, небо стало цвета бронзы, земля - как раскаленная железная плита, воздух - как бесцветное дрожащее пламя. Легкие, обманчивые порывы ветра не наполняли парусов; огромные полотнища вздымались и опадали бессильно, а течение разворачивало корабли то в одну, то в другую сторону. Только ближе к вечеру, когда тяжелое расплывшееся солнце опустилось к вершинам гор, освещая косыми лучами грозные гряды облаков, надвигавшихся с северо-востока, оживившийся ветерок наморщил воду залива. Фрегаты Паскуаля Серрано кое - как выстроились в походный порядок и начали отдаляться, а тяжелые каравеллы де Рамиреса величественно двинулись им вслед.