Волшебные сады баронессы Гринвуд - Виктория Рейнер

детей, Алессия побежала вместе со мной, а остальные снова занялись делами.

Найдя нужную литературу, мы с девочкой пошли в нашу «учебку».

- Защитный барьер снова передвинулся на метр, - следом за мной в комнату для занятий зашла Эйра. - Если так будет продолжаться, скоро он будет расширяться намного быстрее. Еще несколько километров, и это могут заметить в близлежащих деревнях, что для нас пока не очень хорошо.

- А если попросить источник, чтобы он пока держал границу в нынешних рамках? - задумалась я. - Насколько вообще можно ее расширить, чтобы это не заметили?

- Лес вокруг замка дремучий, очень густой вырос за тысячи лет, так что народ в деревнях не слишком в него углубляется, только самые отчаянные, да и при приближении к барьеру у них безотчетный страх проявляется, такое влияние на чужаков заложено магией. Обычно они заходят не дальше километров десяти от границ своих деревень. Я навскидку даже не скажу, насколько будет незаметно смещение барьера.

- А у нас есть хоть какая-то карта земель баронства? - поинтересовалась я. - А то я вообще представления не имею, с чем работать и чем мы ограничены.

- Ох, что же это я! - хлопнула себя по лбу смотрительница. - У нас же есть зачарованный гобелен! Он уцелел, я успела его из кабинета Райна унести до прибытия захватчиков.

Женщина поднялась со стула и довольно резво пошаркала из комнаты. А я отметила, что она стала быстрее и легче передвигаться. Неужели то, что источник крепнет, на нее так влияет, и скоро она сможет вернуть себе здоровье и физическую форму? Это было бы здорово!

Минут двадцать я с нетерпением ждала, когда вернется Эйра, и когда она появилась в дверях, бросилась к ней, помогая нести довольно тяжелый рулон.

- Вот, надо его на стену повесить хотя бы в этой комнате, пока вы с Алессией не переедете на господский этаж. Сейчас Берт подойдет, он за инструментами пошел.

Вскоре пришел наш работник, и через пару минут гобелен уже красовался на стене. Правда, я на нем ничего не увидела, на вид пустая серо-коричневая холстина.

В непонимании перевела взгляд на экономку.

- Это артефакт, - подсказала она мне. - Нужна капля крови Гринвудов.

Ох, как же я не люблю сдавать кровь! Всегда ненавидела, когда лезвием скарификатора прокалывали кончик пальца, потом долго болело и ныло в этом месте. Но делать нечего. Взяв нож для бумаги, я уколола палец и перенесла выступившую каплю крови на уголок ткани.

В тот же миг по гобелену от этого места пронеслась золотистая волна, и он расцвел красками, причем изображение слегка двигалось, как живое. Вау, вот это магические технологии!

- А теперь я расскажу вам, как им пользоваться, - присела на стул рядышком женщина.

И чем больше она мне показывала и объясняла, тем больше становились мои глаза от удивления.

Глава 26

- Гобелен этот не просто статичная картинка, он показывает, как обстоят дела в баронстве. Вот, например, видишь эту полосу по краю? Здесь проходит граница земель, выделенных короной и все еще по закону принадлежащих роду Гринвуд. Если какая-то часть будет отчуждена - продана, например, это тут же отразится на изображении, граница изменится.

Я посмотрела на карту.

- Ого, да тут территория как у очень большого графства, а то и герцогства! - присвистнула, за что тут же получила укоризненный взгляд экономки.

Ну да, где мои манеры! Тихонько фыркнув, я продолжила разглядывать гобелен.

- Да, правитель в те времена не поскупился и выделил баронству все земли, которые на тот момент охватывал источник, потому они такие обширные.

- А это что за линия? - я ткнула пальцем в еще одну полосу, гораздо ближе к замку, и она тут же вспыхнула золотистым цветом.

- А это контур нынешнего защитного барьера. Видишь, какую маленькую часть он сейчас охватывает из-за того, что источник ослаб?

Действительно, если сравнивать со всей территорией баронства, под защитой на данный момент оставалась навскидку одна двадцатая часть земель, может чуть больше.

- А вот эти что означают? - я указала на прерывистые линии, делящие не закрытые барьером земли на куски разного размера.

- А это, деточка, те земли, которые у нас отняли за прошедшие века. Гобелен показывает, как захватчики их между собой поделили и какие установили границы. Не удивлюсь, если эти самые границы всеми правдами и неправдами за столько лет сделали официальными. Тем не менее это наши земли, и никто не имеет права на них.

- И как же мы может это подтвердить? - засомневалась я. - Мне ли не знать, насколько может быть хитроумной и коррумпированной бюрократическая машина. Там подмазали, тут подмазали, и уже никто ничего не докажет, тем более за давностью лет, как в нашем случае.

- Так-то оно так, да не совсем, - хитро прищурилась Эйра. - Во-первых, этот магический гобелен - редкий древний артефакт, это фактически официальный документ об актуальных границах баронства. Внести в него изменения вручную невозможно, это может сделать только магия мира, исходя из того, как распоряжаются землями владельцы. Продали часть - границы изменились, проиграли какой-то кусок в азартные игры - то же самое, прикупили участок - и опять все сразу отразится здесь.

- Ух ты, вот это хорошо, - кивнула я уже более воодушевленно.

- К тому же есть еще один способ подтвердить, что земли твои, - продолжила женщина. - Каждый глава рода может, используя силу магического источника, свободно перемещаться в любую точку своих земель без помощи портальных артефактов.

- Мгновенно телепортироваться по своему желанию, что ли? - вытаращилась я на нее. - Вот это круто!

- Не поняла, что ты сейчас сказала, но смысл в том, что если земли уже не твои, переместиться туда ты таким способом не сможешь. Это еще одно доказательство твоего права на территорию.

- Ага, только сдается мне, слушать меня здесь никто не будет, прикопают по-тихому и все. Нет человека - нет проблемы. А заяви я о притязаниях на украденные когда-то у нас земли, и для всех окружающих нас по периметру аристократов стану большой такой занозой в седалище.

- Именно поэтому нужно, чтобы как можно дольше никто не узнал о том, что у баронства Гринвуд появилась хозяйка и наследница. По крайней мере до тех пор, пока у нас не вырастут первые