Кот в мешке и прочие неприятности (СИ) - Анна Милок

— В Пристоле встретить на улице оборотня довольно обычное явление, чего нельзя сказать о всей стране в целом. Да и приходится им далеко не сладко. Всю свою сознательную жизнь я потратил на то, чтобы улучшить положение в обществе своих собратьев, и останавливаться на достигнутом не собираюсь. Эта же цель привела меня к мистеру Гарану, вашему жениху. Его семья имеет значительный вес в обществе, место в парламенте принадлежит ему по праву рождения. Заручись я его поддержкой, то смог бы выбить больше прав для иных. Я работаю на него уже несколько лет и, увы, очень мало продвинулся в своем деле, — я терпеливо слушала оборотня и не перебивала. — Даже успел отчаяться, пока не увидел вас.

Я повернула к нему голову, не шутит ли. В нашей стране революционеры заканчивали плохо, пополнять королевские казематы мне хотелось в последнюю очередь.

— Вы пахнете зверем, я чувствую. Никто из иных не выдаст вашу тайну, прежде всего потому, что никому из нас это не выгодно, а во вторых, потому что вы дадите каждому луч надежды. Смогла одна, смогут и остальные.

Приехали… Меня посетила абсолютная уверенность, что Тобиас Мор хочет меня завербовать и заставить шантажом влиять на собственного супруга. Как там любят говорить в народе? Ночная кукушка дневную перекукует. У самого Мора насадить свои интересы на члена парламента не получилось, теперь мой черед. А если откажу? Раструбят по всем концам о моей связи с оборотнем? Какой связи, к Праотцу бы их всех отправить! Несколько невинных поцелуев… А им больше и не надо. Даже разбираться не будут. Вернут домой, заклеймят позором, а что хуже всего, так достанется еще и родителям, даже малышке Тине перепадет.

— Сомневаюсь, что я имею достаточно влияния на Фина, чтобы оказать вам содействие.

— Это поправимо, — Мор гаденько улыбнулся, или это мне так показалось. — Я не требую от вас жертв, сам уже их принес достаточно. Вам, наверняка, интересно, почему вы не чувствуете моего зверя.

Я неопределенно повела плечами. А должна чувствовать? Каким же это образом интересно. В этом доме лучше лишний раз рот не открывать, тут и без того горазды ярлыков навешать и заодно камень на шею.

— Был молод и глуп, и очень хотел выслужиться перед министром. Его собирались отравить, а я помешал и перехватил бокал с вином. И знаете, юная мисс, они мне даже не поверили, пока я не выпил все содержимое сам.

— Зачем?

— Ну, про глупость я ведь вам уже рассказывал. Молодые оборотни часто страдают от излишней самоуверенности, я слишком полагался на высокую регенерацию, но она мне не помогла. Точнее не спасла лиса, который спас мою никчемную жизнь. Теперь я немногим сильнее обычного человека, разве что обоняние превосходит в несколько раз.

— Вы, наверняка, жалеете о своем поступке?

— Сложный вопрос. Много об этом размышлял. Не помешай я этому, виноватым остался бы сам, — Мор повернулся ко мне и слегка склонил голову в поклоне. — Не забивайте себе этим голову. Помните главное, мы — союзники. Вынужден откланяться, не могу заставить вашего жениха ждать.

Поразительная откровенность для оборотня, даже для бывшего. Не думала, что и такое бывает. Разве это не выход? Отказаться от звериной сущности и стать обычным человеком.

Растерянным взглядом провела фигуру удаляющегося Мора. С вербовкой он может и не преуспел, зато точно сумел меня отвлечь от утреннего инцидента.

Еще несколько долгих минут я пребывала в замешательстве и только после этого смогла скинуть с себя оцепенение и пойти вперед к хозяйственной части особняка, туда, где держали моего верного друга. Возле псарни было подозрительно тихо, даже горе-сотрудников нигде не наблюдалось, что, пожалуй, было к счастью, так как они меня не интересовали от слова совсем и даже немного раздражали. Я быстро и беспрепятственно прошмыгнула в приоткрытую дверь, чтобы поскорее оказаться рядом с Боном.

Пес поднял голову только когда услышал скрежет ржавых петель открываемой створки, даже не поднялся навстречу, лишь наградил взглядом полным тоски. Я сделала шаг и чуть не споткнулась об миску, еда в которой была нетронутой, хотя эту ужасную похлебку и едой назвать язык не поворачивался.

— Понимаю, дружок, — ласково потрепала я его по холке, присаживаясь рядом. — Это тебе не пирожки миссис Кейн. Бон тихонько заворчал в ответ и опустил свою голову мне на колени. Сердце предательски екнуло, то ли от жалости к псу, то ли от непрошенных воспоминаний.

— Не грусти, малыш, скоро все поправится, — говорила я и сама не верила в свои слова. — Как насчет пойти на свежий воздух и поразмять косточки? — нарочито бодро предложила я другу, нисколько не сомневаясь в том, что он меня понимает.

На секунду в глазах собаки промелькнул интерес.

— Уверена, я и мячик для тебя раздобуду, — я знала, чем подогреть интерес своего косматого друга.

— Р-р-раф! — теперь голос Бона звучал гораздо радостней.

— Вот и отлично! Хандрить всегда успеем, — перемены в настроении лучшего друга меня не могли не радовать.

Я уже потянулась обратно к щеколде и вдруг испуганно замерла на месте. Какие-то неясные звуки доносились из коридора. Это точно были не работники псарни, встречи с ними я нисколько не страшилась, но и разобраться в чем дело пока тоже не могла. Скорее шестое чувство, хваленая женская интуиция, предупреждало, буквально вопило об опасности. Слюна вмиг стала вязкой, а в пересохшем рту я отчетливо почувствовала вкус крови, те самые металлические нотки. Я могла бы отмахнуться от назойливых видений, но поведение Бона говорило о том, что я не схожу с ума и все это происходит взаправду.

Дружище лег на лапы, прижал уши, едва не скулил. Таким своего храброго друга я видела впервые. Не знаю, что руководило в этот момент мной, точно не здравый смысл, но я решила пройти вглубь и проверить, что же там происходит. В конце-концов, я нахожусь на защищенной частной территории. Что я могу увидеть там страшного?!

Большая часть вольеров пустовала, но чем дальше я шла, осторожно, на цыпочках, тем отчетливее слышала лязг железа, странный вой, очень тихий, похожий на стон. Эти странные звуки привели меня к наглухо закрытой двери. Из-под узенькой щелки лился тусклый свет, а стоило приникнуть ухом к старому деревянному полотну, как до меня донесся храп местных пропойцев. Движимая любопытством я прильнула к к щелке замочной скважины, пытаясь разглядеть, что происходит внутри.

Моему взору тут же открылась печальная картина. В ряд стояли несколько клеток и вольеров разных размеров,