Заря империи - Сэм Барон

Охранники замерли, неотрывно глядя на лучников, пока Гат выкрикивал приказ. Бантор с полудюжиной солдат подбежали к группе Эсккара и встали по бокам командира и Гата. У всех были щиты и приготовленные к бою мечи. Напротив Наксоса и охранников очень быстро возник новый ряд.

Бравада охранников мгновенно сменилась страхом, и теперь они казались парализованными. Никто из них не пытался достать оружие, большинство теперь даже не держались за рукоятки. Несколько человек, в особенности те, кто служил не у Дриго, а у других господ, немного отступили назад, словно чтобы отделиться от Наксоса и людей Дриго.

Эсккар спокойно достал меч из ножен, но держал его так, что острие смотрело в землю, потом преодолел пять шагов, которые отделяли его от Наксоса. Тот поднял глаза на крышу и увидел, что трое лучников целятся ему в грудь. Он даже не пошевелился, когда Эсккар поднял меч и направил ему в живот. Вместо этого Наксос посмотрел на меч так, словно никогда не видел подобного оружия.

— Всем не двигаться! — прокричал Эсккар. — Бросить оружие! Любой, кто попытается воспользоваться мечом, умрет в этой пыли!

Ничего не произошло. Казалось, охранники приросли к земле. Большинство все еще смотрели на лучников над ними.

— Немедленно! — рявкнул Эсккар.

Его голос словно расколдовал их, и мгновение спустя послышались глухие удары — это оружие падало на землю.

Эсккар посмотрел в глаза Наксоса и увидел, как их заполнил страх. Эсккар не стал больше ждать, не позволил ему ничего сказать или сделать и глубоко воткнул меч в живот противника. Изо рта Наксоса вырвался звук, в котором соединились боль и удивление, и он попытался схватиться за лезвие, которое пронзило его. Эсккар яростно повернул меч, отчего изо рта Наксоса вырвался стон, затем выдернул меч из тела.

Кровь заливала все вокруг, просачиваясь сквозь руки Наксоса, когда он пытался прикрыть ими смертельную рану. Он опустился на колени (ноги его больше не держали), затем рухнул на спину, подогнув одну ногу под себя. Другая дергалась в пыли. Наксос пытался что-то сказать, но не мог выдавить ни слова. И раньше, чем он умер, люди Эсккара прошли вперед и оказались рядом с охранниками. С этого расстояния уже можно было наносить удары.

Эсккар наклонился и вытер меч об одежду умирающего, не обращая внимания на предсмертные стоны и подергивания, переложил меч в левую руку и вытер правую, забрызганную кровью из живота Наксоса. Никто из бойцов Наксоса не шевельнулся и не произнес ни слова.

Эсккар вернул меч в ножны. Он повернулся спиной к присмиревшим охранникам и посмотрел на испуганных деревенских жителей, которые держались у него за спиной, надеясь увидеть что-то интересное. Теперь они тоже словно приросли к земле и пораженно молчали.

— Мне не нравится, когда меня называют варваром, — сказал Эсккар, и его голос разнесся по улице. — И моим воинам не нравится, когда к их командиру так обращаются.

Он повернулся к Гату:

— Собери их оружие и следи, чтобы вели себя тихо.

Трелла остановилась в нескольких шагах позади Гата и других солдат. Эсккар позвал ее по имени, и она последовала за ним, мимо остолбеневших охранников. Они вошли в открытые ворота, в большой сад, который отделял дом Никара от улицы.

Дверь в дом была приоткрыта, у нее никто не дежурил, и они вошли без стука. Внутри Эсккар понял, что никто не знает о случившемся. Слуги были заняты, прислуживая гостям Никара, и у них не оставалось времени следить за событиями на вечно шумной улице.

Трелла коснулась его руки, достала кусок ткани, смочила слюной и стерла пятно крови у него со щеки и еще одно с руки, потом внимательно осмотрела его в поисках других следов крови. Лицо у нее побледнело, руки немного дрожали, но в глазах паники не было. Эсккар догадался, что она никогда не видела подобную смерть.

— Убийство людей никогда не бывает красивым, — сказал он тихо, так, что его могла слышать только она. — Если бы я не убил его, то он каждый день угрожал бы мне. — Он на мгновение коснулся ее руки. — Ты в состоянии выдержать то, что нам предстоит здесь?

Трелла кивнула.

Они повернулись при звуке шагов и увидели приближающуюся к ним Крету.

— Добрый день, Эсккар, — она бросила взгляд на Треллу, затем, заметив новый наряд, посмотрела внимательнее. — Следуй за мной, они тебя ждут. Ты уже опоздал.

— Добрый день, Крета, — ответил Эсккар, кивая. — Веди нас.

Крета резко остановилась, но Эсккар заговорил до того, как она успела возразить:

— Никар сказал, что мне следует использовать Треллу как помощницу, и мне нужно, чтобы она находилась рядом со мной.

Его голос звучал уверенно и жестко.

Крета не произнесла ни звука, повернулась и повела их в ту же комнату, где Эсккар ужинал с Никаром. Она постучала один раз, затем открыла дверь. Эсккар и Трелла прошли мимо нее, и она захлопнула за ними дверь.

Сегодня обеденный зал выглядел по-другому и скорее предназначался для ведения дел, чем трапезы. Мягкие кресла и подушки, использующиеся во время трапез, исчезли. Откуда-то принесли новый стол, и приставили к тому, за которым ужинали Никар и Эсккар, так что теперь деревянные столы заполняли почти всю комнату. В воздухе висел запах вина, хорошо ощутимый, несмотря на несколько веток жасмина в дальнем углу.

За столом сидело десять человек — главы пяти Семей, каждого из которых сопровождал или старший сын, или доверенный советник. Никар восседал во главе стола, по правую руку от него — благородные Ребба и Декка. Двум кузенам принадлежало несколько магазинов и много судов, бороздящих реку. Дриго и Нестор расположились на другой стороне. Нестор владел большинством крупных ферм вокруг деревни.

Оставался один пустой стул в конце стола. Эсккар направился к нему и низко поклонился собравшимся. Его сомнения исчезли. Убийство на улице полностью связало его, и теперь он не мог повернуть назад. Он должен был покинуть это помещение начальником стражи. В противном случае ему повезет, если удастся выбраться из Орака целым и невредимым. После убийства Наксоса Дриго определенно назначит цену за его голову. Эсккар понял, что у него есть одно, хотя и временное, преимущество: никто в этой комнате не знал, что случилось на улице, не знал, что их охранники разоружены и теперь сидят в пыли под присмотром его солдат.

— Достопочтенный Никар, я пришел по твоей просьбе. — Он посмотрел на других мужчин и заметил удивление, промелькнувшее на лице Дриго. — Приветствую вас всех.

Трелла подчеркивала, что ему всегда следует быть вежливым и сдерживаться, независимо от провокаций и разногласий, которые могут возникнуть.