Шаг за грань - Алексей Ефимов

То, что в огромном базовом лагере Чужих царит настоящая паника, было видно даже малоискушенному в военном деле Борису. Именно паника, повальная и массовая. Около челноков дрались. На глазах у мальчишек сразу три, попытавшихся взлететь, столкнулись и рухнули всей массой на лагерь, расплескиваясь реками пламени. Брошенная техника вкривь и вкось забивала подъезды, валялись вперемешку оружие, раненые, продукты, контейнеры… Шум, гул, рев, вой на десятках языков стояли над ошалелыми толпами оккупантов. Гигантские массы Чужих метались туда-сюда совершенно без смысла – казалось, они готовы бежать от малейшего непонятного щума или просто резкого жеста.

Наспех сколоченная из солдат разных народов, плохо управляемая, громоздкая армада вторжения, громадное большинство бойцов которой привыкли лишь к «действиям подавления» против слабо развитых рас, потерпела от земной армии, ополченцев и туземцев сокрушительное поражение… Оказалось, что биться насмерть с оснащенным неплохой техникой, дружным и отчаянным противником, который к тому же хорошо обучен и защищает свой дом, – вовсе не то, что жечь и расстреливать полубеззащитных… До очень многих вражеских солдат эта простая, в общем-то, истина дошла лишь сейчас и оказалась откровением.

– Дали им наши, – сказал Борис и зло засмеялся. – Смотри, как шарахаются, гады!

Впрочем, на том участке, где находились мальчишки, был относительный порядок. Сторкадские десантники – в броне, выставив бластеры, вперемешку с боевыми машинами – огромным овалом окружали место своего базирования. Раненых у них было тоже очень и очень много, но их быстро грузили в челноки, и никто не пытался прорваться вперед по беспомощным телам, как это сплошь и рядом было видно вокруг. Между рядами лежащих на земле сторков (и только сторков, своих разноплеменных рабов они, очевидно, побросали на произвол судьбы) и челноками с бешеной скоростью метались невысокие мохнатые существа, чем-то похожие на сказочных гномов. Одетые в бирюзового цвета комбинезоны, четырехрукие, эти существа без малейших усилий попарно подхватывали сразу по двое носилок (удивительно земного вида) – одни на уровне пояса, вторые – во вскинутых вверх руках – и тащили их в челноки, стремительно семеня короткими кривыми ногами, толстыми и мохнатыми.

На пленных землян никто не обращал внимания – сейчас сторкам было не до них. Мальчишек посадили на ближайший свободный пятачок, под присмотр двух безликих, как истуканы, десантников, и тут же забыли о них.

– Уроды поганые, – пробормотал Витька, потирая пострадавшую шею. – Нет, вот же не повезло нам, а?

– Будь добр, пожалуйста, заткнись, – повернулся к лучшему другу Борька. – И без тебя тошно.

– Нет, ну, может, наши нас освободят? – не унимался Витька. – Десант выбросят или еще что…

– Ага, щазз, – зло отозвался Борька. – Бомбу на башку кинут, чтоб не трепался, – и привет.

И – как накаркал. С неба накатился нарастающий рев реактивных турбин. Мальчишки одновременно вздернули головы и повскакали.

«Кречетов» – «МиГ-штурм» – было не меньше ста, они занимали все небо, приближались и вот стали расходиться в стороны – влево-вправо – словно тянулась распяливающая бесчисленные пальцы огромная рука, – и одновременно помчались к земле, окутываясь белесыми вихрями пусков.

У Чужих, и без того явно деморализованных, начался буквально ад. Никакой ПВО в лагере не было, укрытий тоже – солдаты лезли под челноки, под технику, даже друг под друга, безжалостно затаптывая раненых. Сторкадские десантники немедленно открыли огонь – иначе не сдержать было обезумевшую толпу, – многие вокруг ответили им тем же, и эта бойня на краю могилы смотрелась до безумия дико. А потом ракеты долетели, наконец, до земли – и вокруг мальчишек встал частокол взрывов. В воздух летели куски земли, обломки, изуродованные тела, ударные волны сталкивались, словно перебрасывая их в каком-то безумном танце.

– Давай! – кричал Олег, стоя в рост, и взмахивал рукой. – Бей! Давай! Бей! – И каждый взмах его руки словно рождал пламя и смерть. Волосы дворянина развевались, лицо было искажено каким-то остервенелым вдохновением.

Упав и цепляясь руками за судорожно заходящуюся в тряске землю, Борис кричал от восхищения другом и презрения к самому себе – он не мог встать так, как Олег.

– Крррой! Давай! Еще!!! – мимо с визгом пролетел гнутый кусок металла, едва не перерезав Олега пополам, – тот засмеялся, покачнувшись от тугого удара вихря, рожденного смертью. – Молодцы! Бей! Бей! Бей их!

А потом огненная темнота наотмашь ударила в лицо – и больше Борька ничего не помнил…

Сражение за Китеж было очень тяжелым, хотя и не слишком длительным – всего пять дней. Чужие бросили на штурм планеты огромные силы: около миллиона солдат десанта, 5 тяжелых штурмовых мониторов, 700 штурмовых транспортов, 15 тысяч тяжелых челноков, 7 тысяч атмосферных истребителей, 8 тысяч единиц тяжелой бронетехники и 11 тысяч легких боевых машин. Силы защитников были намного меньше, но также довольно внушительны: боевой орбитальный терминал, 12 кораблей (крейсер, 3 эсминца и 8 корветов) и 180 истребителей ПКО; 550 атмосферных штурмовиков, 600 атмосферных истребителей, 80 атмосферных бомбардировщиков, более 300 вертолетов из состава ВВС, предварительно переброшенная на планету 4-я Объединенная армия (см. таблицу).

80 тысяч регулярных солдат при отражении штурма погибли, как и более 150 тысяч мирных жителей. Защитники планеты дрались насмерть, две трети погибших мирных жителей пали с оружием в руках. В боях с ними Чужие потеряли 400 тысяч убитыми и две трети всей наземной и воздушной боевой техники. Более 400 тысяч – в основном, рабы с покоренных планет – попали в плен, остатки десанта сумели эвакуироваться только потому, что никто, даже сами защитники, не ожидали такого исхода, а слабая эскадра ПКО землян почти полностью погибла при попытке перехвата десанта и, естественно, не смогла воспрепятствовать эвакуации.

Интересно и показательно также то, что более двухсот тысяч туземцев – плохо вооруженных и никем не призванных – добровольно приняли участие в отражении десанта Чужих. По натуре вовсе невоинственные, харг-каарт сражались неожиданно упорно и мужественно; три четверти из них погибли. Кроме того, десятки тысяч женщин и детей землян были спасены от врага туземцами в лесных убежищах.

Что же до пленных землян – их было не больше нескольких десятков…

8. Пленные победители

Первый год Галактической войны

Открыв глаза, Борька закричал.

На него сверху – почти в упор – смотрело лицо, чем-то напоминавшее лицо мумии – с выпирающими странными костями, нечеловеческое, бледно-синее, с запавшими щеками и глубокими ямами глазниц. Борька дернулся, откатываясь… и вдруг сообразил, что они в космосе.

Нет, в большом полутемном помещении, где царил голый металл, не было ни одного иллюминатора. Но Борька, сын своего времени, тут же определил по еле заметной вибрации пространства, по состоянию организма – они в гипере. А эта коробка – космический корабль. Трюм – пожалуй, менее тесный, чем тот, в котором их семья летела на Китеж. Но…

Трюм был наполнен этими странными существами. Их было не меньше сотни, они сидели и лежали, чем-то занимались, переговаривались – в воздухе витал странный, хотя и не неприятный запах, похожий немного на запах грибного леса. Существо, которое держало Борьку, когда он очнулся – явно женщина, с земными, так сказать, женскими половыми признаками, да и одетое во что-то вроде жакета и юбки, драные и грязные, – протягивало к мальчику левую руку.

– Чего тебе?! – заорал Борька.

И облегченно услышал голос Олега:

– Не кричи, Борь, ты что?! Это шэни. Они пленные… как и мы. И они хорошие. Они мне помогли с тобой.

Борька почувствовал, что краснеет. Дурацкое освещение и страх сыграли с ним злую шутку – он не узнал шэни, внешний вид которых изучали в школе! Но стыд тут же отступил – Борька вытаращился на Олега:

– Кто пленные?! Мы?!

Женщина, державшая на коленях голову Борьки и так его напугавшая, улыбнулась – почти по-человечески, только зубы у нее были очень мелкие и совершенно ровные, еле разделенные бороздками.

– Мальчик испугался, – сказала она по-английски с оксфордским произношением. – Ничего. Я тоже очень испугалась, когда впервые увидела землянина, а когда он улыбнулся – едва не убежала, увидев, что у него клыки, как у зверя. А я была уже совершенно взрослая.

Борька невольно улыбнулся в ответ и тут же прикрыл рот рукой:

– Ой. Извините.

– Ничего, – покачала головой шэни. – Обычаи различных рас и их внешний вид могут стать источниками и более серьезных проблем при контакте между ними.

Борис не нашелся что ответить. Только теперь он смог осмотреть себя и Олега. На мальчишках была та самая одежда, в которой они попали в плен, но оружия и доспехов и следа не осталось…