Попаданка на новой работе - Вероника Воронина

class="p1">Когда мы подъехали к огромному особняку, у меня внутри всё сжалось.

Здание было невероятно красивым. Я сразу поняла, что Макс явно не бедствует, но дело было даже не в богатстве. Этот дом не выглядел как просто роскошная постройка капитана, он казался наследием.

Его архитектура соединяла утончённость 18 века, восточные храмы Стамбула и передовые технологии. Здание было воздушным, лёгким, но величественным, словно выросшим из самого пространства.

Я судорожно сглотнула.

Макс заметил мою растерянность и сжал мою руку в приободряющем жесте.

— Всё будет хорошо, мышка.

Я посмотрела на него и глубоко вдохнула.

— Ладно, идём знакомиться с твоей семьёй.

Как только мы приблизились к входу, нас встретил дворецкий в ливрее. Он с профессиональной сдержанностью поклонился и, забрав багаж, тут же исчез, словно тень.

Улыбчивая девушка в форменной одежде радостно поприветствовала Макса и его гостей и пригласила нас в гостиную, где все семейство уже ожидало возвращение сына.

Когда мы вошли, я на секунду замерла. В комнате собралось достаточно много людей, и все они в первую очередь обратили внимание на Макса.

Первая, кто бросилась в глаза, была Айрис.

Она стояла по центру, сияя такой радостной улыбкой, будто хотела посоперничать с начищенным столовым серебром. Её поза, взгляд, самоуверенность — всё в ней говорило, что она чувствует себя в своей тарелке.

Рядом с ней стояла взрослая пара.

Мужчина был высоким, подтянутым, с лёгкими морщинками вокруг глаз — те самыe морщинки, которые говорят о добром и весёлом характере. Он внимательно изучал нас, но в его взгляде не было ни капли неприязни.

Одной рукой он опирался о диван, а второй обнимал красивую женщину.

Мама Макса была утончённой, с прямой осанкой и благородными чертами лица. Чем-то она напоминала Принцессу Диану. Её глаза, с любовью устремлённые на сына, сразу давали понять, что этот человек всей душой обожает Макса.

Чуть дальше сидела семейная пара — вероятно, сестра Макса со своим мужем и детьми.

На первый взгляд, она казалась милой и дружелюбной. В отличие от остальных, её семья уделила внимание не только Максу, но и нам с Робом и Бенджи.

Дети — Майк и Коул — с любопытством смотрели на бурчащий свёрток ткани, в который мы замотали Бенджи. Муж сестры Макса — Тодд — внимательно следил за Робом, а сама Эвелин, судя по всему, решила уделить внимание мне.

На несколько секунд в комнате воцарилось напряжённое молчание. Все рассматривали друг друга, оценивая и изучая.

И тут первой сорвалась Айрис.

Она буквально бросилась к Максу и крепко его обняла. В комнате всё замерло.

Даже на лице самой ярой стороннице пары Макс+Айрис мелькнуло непонимание и лёгкое раздражение.

Плечи Макса напряглись, и он с явным неудовольствием осторожно оторвал Айрис от себя.

— Что ты тут забыла? — сухо уточнил он — Я бы не хотел тебя видеть в своем доме. Покинь нас, пожалуйста.

Не дожидаясь её ответа, Макс развернулся ко мне, взял за руку и повёл знакомиться с семьёй.

Я почувствовала, как на меня обратились взгляды. Но теперь они были не столько оценивающими, сколько тёплыми и дружелюбными.

Отец Макса — Юлий — улыбнулся и сразу принял нашу компанию.

— Какая интересная у вас команда! — сказал он, глядя на Робота и странный свёрток, в котором был Бенджи.

Дети — Майк и Коул — тут же попытались протиснуться поближе.

— Что это? — они с восхищением разглядывали шевелящийся свёрток.

— Это Бенджи, цветок, который болтает больше всех на этом корабле, — усмехнулся Макс.

Эвелин и Тодд подошли ближе. Сестра Макса неожиданно обняла меня.

Она наклонилась и еле слышно прошептала мне на ухо:

— Рада нашему знакомству. Я впервые вижу, как сияют глаза Макса, при взгляде на тебя.

Я улыбнулась и почувствовала, как волнение, которое грызло меня изнутри, начинает рассеиваться.

Возможно, всё будет не так уж плохо.

Глава 40. Всех выведем на чистую воду

Столовая была огромной и утончённой — длинный стол, обрамлённый элегантными стульями, фарфоровая посуда, изящные приборы и несколько разноцветных ламп, имитирующих естественное освещение.

Но, несмотря на всю роскошь, обстановка за столом с самого начала была натянутой, словно перетянутая струна.

Макс даже не сел, прежде чем холодным голосом обратился к матери:

— Мама, я недоволен тем, что Айрис здесь.

Айрис, которая села поодаль и пыталась сделать вид, что её это не касается, резко дёрнулась.

Мать Макса спокойно положила приборы и вздохнула:

— Я просто хотела, чтобы всем было комфортно…

Юлий, отец Макса, тут же взял ситуацию под контроль.

— Дорогая, давай не будем портить ужин, — он мягко посмотрел на жену, а затем перевёл взгляд на сына. — Макс, Айрис очень настаивала на том, чтобы прийти. Твоя мама хотела сделать приятное всем.

Макс выпустил воздух через нос.

— Если бы ей действительно хотелось сделать приятное, она бы сначала спросила меня.

Айрис, наконец, решила вступить в разговор:

— Макс, но ведь мы так давно не виделись… Я просто хотела—

— Ты просто хотела снова оказаться рядом со мной, невзирая на мои чувства. — Макс отбросил салфетку и, наконец, сел. — Я надеюсь, что после сегодняшнего обеда эта ситуация больше не повторится.

Айрис покраснела, но промолчала.

Юлий сменил тему, начав рассказывать о каком-то деловом проекте, но напряжение всё ещё витало в воздухе.

К счастью, Эвелин вовремя вмешалась.

— Мне кажется тут давно не слышали о проделках Майка и Коула! — весело предложила она, поглаживая младшего сына по голове. — На прошлой неделе они решили, что могут приручить диких чепалов в парке и принесли одного домой.

Юлий громко рассмеялся.

— Птицу с кривым клювом и когтями, как у дикого зверя?

— Именно! — вздохнула Эвелин. — Она чуть не разнесла половину гостиной, а когда её наконец выпустили, то напоследок клюнула Тодда.

За столом раздался смех.

Макс, подхватив тему, со значением посмотрел на Бенджи.

— Не только дети способны на проделки. Вот, например, Бенджи.

— Что я?! — раздался возмущённый голос.

— Ты. — Макс ухмыльнулся. — Вспомни, как ты решил спрятаться в моём шкафу и устроил целый театр теней среди ночи? Или когда пытался "помочь" на кухне и разлил половину контейнера с мукой?

За столом снова послышался смех, даже Юлий улыбнулся, а дети засияли от интереса.

К концу обеда атмосфера стала намного уютнее. Единственным человеком, кто всё ещё выглядел несчастливым, была мать Макса.

Я почувствовала, что если не поговорю с ней сейчас, то это напряжение так и останется между нами.

Я посмотрела на неё и мягко сказала:

— Макс рассказывал мне про ваш уютный закрытый сад. Я